Измена. Двойня для дракона (СИ) - Бланш Лилия - Страница 27

Радость омрачается осознанием, что их от меня скрывали целых шесть лет.

Опускаю малышку на пол и строго велю больше не убегать от гувернантки.

Перевожу взгляд на Элену. Вот теперь ты мне за всё ответишь, истинная моя. За то, что сбежала, за то, что разорвала нашу связь, за то, что скрывала от меня детей!

Элена смотрит на меня глазами, полными страха, но у меня нет к ней сострадания.

Только злость.

— Что со мной сделала наша дочь⁈

Элена

— Здесь не лучшее место для разговора, — отвечаю я. Ладонь на моей талии превращается в кулак.

— Не лучшее? — цедит Рантар. На скулах гуляют желваки, глаза загораются магическим аквамарином. — Ладно, пойдём

Хватает меня за руку и на глазах у всего королевского двора тащит меня за собой. Моей репутации конец.

Покидаем бальный зал, идём по коридору, и за первым же углом Советник открывает портал.

Я не успеваю опомниться, как мы оказываемся в его покоях.

Он хватает меня за плечи и прижимает спиной к стене. Обнажённые лопатки соприкасаются с холодным камнем.

Рантар в бешенстве.

— Ты знала, что беременна, когда сбегала от меня?

— Нет.

Вскидываю подбородок и встречаю его взгляд.

Мне страшно до одури, но я не собираюсь сдаваться. Он не увидит ни страха, ни сожалений. Я сделала то, что должна была.

— Ты знала, что беременна, когда выходила замуж?

— Нет.

— Когда же ты узнала?

— Когда ритуал бракосочетания состоялся и жрец разорвал истинную связь, я потеряла сознание от боли. Меня осмотрел целитель и…

Кулак с силой впечатывается в стену. Совсем рядом с моей головой.

— Как. Ты. Могла⁈

В голосе Рантара прорезается рёв дракона. Зажмуриваюсь на мгновение, а потом открываю глаза и спокойно отвечаю:

— Ты меня предал! Ты даже представить не можешь, как больно, когда изменяет любимый человек. Гораздо больнее, чем когда рвётся связь истинной пары.

— Знаю, — внезапно глухо отвечает дракон. — Меня сводила с ума мысль о том, что ты спишь со своим мужем, что ты родила ему детей, а сегодня, когда он лапал тебя на балу, я был готов убить его.

— Я не знаю только одного, — продолжает он, — как тебе удаётся сохранять такое убийственное спокойствие, Элена?

Легонько встряхивает меня, и я ударяюсь затылком об стену.

— Как ты сопротивляешься влечению? Как получается смотреть на меня с таким холодом, будто я тебе никто? Как ты могла расчётливо скрывать от меня моих детей?

Меня бросает в жар, захлёстывает возмущение. Я не нахожу слов, чтобы ответить на все несправедливые обвинения. Хватаю воздух ртом, пытаясь обрести дар речи, но в следующее мгновение всё это становится поздно.

Мужские пальцы впиваются стальной хваткой в мой подбородок, а губы накрывает поцелуй.

Жёсткий, собственнический, не оставляющий надежды на спасение.

Рантар безжалостно терзает мои губы, прикусывает, слизывает кровь и проникает языком внутрь.

Он не целует, он захватывает и ставит собственное клеймо на мне.

Запястье бешено пульсирует и метка истинной пары обжигает самым настоящим огнём. Она стремится соединиться через шрам, разделяющий её, жаждет стать единым целым.

Дракон оставляет в покое мои губы и слегка прикусывает мочку уха. Шершавый язык проходится по месту укуса. Затем зубы Рантара оставляют свою метку на моей шее, спускаясь всё ниже и ниже.

По телу бежит дрожь, в голове не остаётся ни единой мысли.

Он стаскивает с моих плеч платье, расшнуровывает корсет, и вскоре я стою перед ним обнажённая по пояс.

Зубы Рантара задевает вершинку груди, и я выгибаюсь дугой. Из горла вырывается стон.

Я слышу треск ткани. Дракон срывает с меня платье окончательно, а следом летят и клочья нижнего белья.

Он поднимает взгляд на меня, и, не разрывая зрительного контакта, принимается целовать колено. Медленно, чувственно, чуть прикусывает и зализывает каждый сантиметр моего тела. Поднимается вверх по ноге, перемещается на живот, затем переходит к груди.

Внутри меня разгорается пожар. Низ живота пульсирует, внутри разгорается жажда принадлежать своему истинному. Я уже готова умолять о том, чтобы он прекратил пытку и просто взял меня. Кусаю губы в кровь, чтобы не озвучить просьбу.

Рантар словно читает мои мысли. Оставляет в покое грудь, обхватывает моё лицо ладонями, приподнимает, смотрит в глаза. Поглаживает большими пальцами — по коже разбегаются мурашки по всему телу. Меня завораживает аквамариновый взгляд.

И, наконец, он подхватывает меня под ягодицы и несёт в постель.

Просыпаюсь от яркого света, бьющего прямо в глаза, и вижу мужскую фигуру у окна.

Рантар, полностью обнажённый, стоит, прислонившись лбом к стеклу.

Тихонько сажусь на кровати, прикрывая грудь простынёй.

Однако он тут же разворачивается. Резко, как хищник, почуявший добычу. Медленно приближается ко мне.

Осторожно обхватывают руками колени. Всё тело ноет, а кожа до сих пор горит.

Впервые ночь с Советником была такой… жёсткой? Нет, скорее жадной.

Мы изголодались друг по другу. Да, он первый набросился на меня, но когда мы добрались до постели… Я покраснела от воспоминаний.

Я совершенно потеряла голову и вела себя совсем не так, как полагается замужней женщине. Да ещё и с чужим мужчиной.

Не говоря ни слова, Рантар начинает одеваться. Бросает на меня хмурые взгляды — от ночной страсти не осталось и следа.

Кидает мне свой халат, коротко приказывает:

— Одевайся. Я открою портал в твою комнату.

Тянусь к халату, подцепляю пальцами, сжимаю в руке гладкую ткань.

Внезапно Рантар опирается о кровать. Мою руку накрывает мужская ладонь.

— Ты же понимаешь, что я заберу у тебя детей?

Сердце гулко стучит в висках.

— Рантар…

— Я не могу позволить, чтобы моих наследников воспитывал посторонний.

— Я понимаю, но не отбирай их у меня. Позволь быть с ними рядом.

Он выпрямляется, складывает руки на груди, насмешливо кривит рот.

— В качестве кого, Элена?

— В качестве гувернантки. Няни. Просто их матери.

— Я подумаю. Одевайся.

Он подумает.

Это уже кое-что.

Я надеваю халат. Гладкий шёлк приятно холодит тело, меня окутывает запах горьких трав. Запах Рантара.

Рантар застёгивает последние пуговицы на рубашке, подтаскивает кресло к кровати, садится и говорит:

— Теперь рассказывай, что вчера со мной сделала Райлин?

Пока я говорю, он молча слушает.

Сверлит меня тёмным взглядом. Пару раз дёргается кадык, выдавая волнение.

Молчит, заставляя меня волноваться всё больше. Не понимаю, что у него на уме, какие решения он примет? Вдруг всё же останется на стороне Лараны?

Рассказываю всё, начиная с особенностей своей магии и заканчивая видением Райлин.

— Великая двойня, значит, — говорит Рантар и снова замолкает.

— Ты что-нибудь знаешь об этом?

Дракон коротко кивает, глядя куда-то в сторону. Если ему известны подробности легенды, то делиться со мной он явно не собирается.

— Я не знаю, как конкретно влияло на тебя проклятие, но очень надеюсь, что теперь ты сможешь рассмотреть дело моего отца с его точки зрения.

— И ты рискнула снять с меня проклятие, не зная точно, как оно работает?

По мне скользит насмешливый взгляд синих глаз.

— Идём к детям.

Встаёт и решительно направляется к двери. Я вскакиваю с места и спешу следом за ним.

— Подожди, Рантар! Они ничего не знают о тебе. Нужно сообщить им как-то помягче.

— Они Кандааны, Элена, — чеканит дракон. — Справятся.

— Я не одета! — выкрикиваю последний аргумент.

— Так иди оденься, — пожимает он плечами и открывает мне портал. — Встретимся на месте.

Я практически вываливаюсь из портала — так тороплюсь. До смерти пугаю Риту, которая, не найдя меня в комнате, задремала в кресле.

— Леди Маалан, — вскакивает служанка. — Я вас потеряла.