"Фантастика 2025-77". Компиляция. Книги 1-33 (СИ) - Сухоруков Андрей - Страница 903

— Поднимайся, паренек, — сказал он строго. — Пора отправляться в путь. В Монастыре не любят ждать. Там в почете дисциплина. Даю тебе десять минут на сборы.

Андрей вспомнил, как вчера в Резервацию прибыл отряд из Монастыря. Монахи, по одним им понятным критериям, отобрали трех учеников. Слава Богу, что он оказался в числе избранных. Это значит, что теперь он станет астрономом. До сих пор он не признавался даже себе, насколько важно для него было попасть в число отобранных. Почему-то он решил, что в Монастыре ему будут рады. Наверное, так и не забыл монаха Игнатия и надеялся, что тот поможет привыкнуть к новой жизни.

Наставник Тарас простился с ним вчера, больше ничто не удерживало его в Резервации. Со старой и привычной жизнью придется распрощаться навсегда. Неожиданно он окончательно и бесповоротно стал взрослым. Сознавать это было удивительно приятно. Андрей почему-то был уверен, что монахам не придется жалеть о том, что они выбрали его. В своих силах он был уверен. Его хорошо обучили. Он умеет читать. Пишет почти без ошибок… Остальное будет зависеть от него самого. Он обязательно принесет пользу Монастырю, добьется успеха, справится с любым заданием, каким бы сложным оно ни было!

Андрей решительно поднялся со скамьи, надел портки и рубаху, протер глаза кулаками. От одной мысли, что вскоре он попадет в незнакомый чужой мир, который отныне станет ему родным, Андрей почувствовал себя абсолютно счастливым человеком.

— Я готов!

— Дорога предстоит не близкая, надо поспешить, — мрачно сказал монах, привешивая себе на пояс ножны с коротким мечом.

Андрей с удивлением посмотрел на него. Так близко боевое оружие ему еще видеть не приходилось.

Монах перехватил его взгляд, засмеялся.

— Тебе, паренек, еще предстоит узнать очень много удивительного и поучительного, прежде чем ты сможешь приносить Монастырю пользу, — сказал он, с интересом рассматривая Андрея. — Мир за пределами Резервации крайне жесток и не так благороден, как ты, наверное, думаешь. Там много боли, жестокости и грязи. Моли Бога, чтобы мы смогли добраться до Монастыря без проблем. Если случится беда, и мы встретимся с плохими людьми, придется пустить в дело наши мечи. В Монастыре тебе обязательно понравится, как образованный человек, ты будешь отгорожен от нужд мира еще сильнее, чем здесь, в Резервации. Не жизнь, а сахар — сиди, работай, в ус не дуй!

Со стороны реки раздались призывные крики.

— Это нас зовут. Пошли.

— Почему нас не провожают наставники? Мне было бы спокойнее, если бы я увидел их еще раз. Не хочу быть неблагодарным.

— Даст Бог, ты с ними еще увидишься…

Монах шел очень быстро, в Резервации никто так не ходил — не было необходимости. Андрей старался не отстать, ему приходилось бежать трусцой. Почему-то это наполняло его сердце радостью. Теперь придется все-все делать быстро-быстро. Неужели монахи никогда не устают и не ленятся? И астрономы тоже?

«Вот с какого странного открытия началась моя новая жизнь», — подумал он с удивлением.

На берегу их ожидал отряд, готовый к походу. Шесть монахов, вооруженных не хуже наемников из Замка, кучер и два ученика, которых, наверное, уже через несколько дней можно будет называть астрономами.

Ученики стояли, понуро склонив головы, перемены их не радовали. Андрей хорошо знал подростков, которых отобрали вместе с ним. Одного звали Николаем, а другого Геной. Впрочем, близкими друзьями они не были. Здоровались, конечно, и болтали о пустяках, но не более того. После того, как Евгений покинул Резервацию, Андрей так и не удосужился завести настоящего друга. Он надеялся, что теперь все будет по-другому. Общие заботы сближают. Но к грядущим переменам еще предстояло привыкнуть.

Старший монах заметил, что ученики напуганы, и постарался успокоить их:

— Советую поскорее забыть о жизни в Резервации. Она для вас отныне столь же далека как Луна. Нельзя войти в одну и ту же реку дважды. Думайте о будущем, в этом больше проку. Помнить следует только знания, которые вам дали наставники. А теперь помойте свои лица речной водой и пальцем почистите зубы. Отныне вы будете это делать каждое утро.

К удивлению Андрея, отряд передвигался медленно. Ученики расположились на телеге. Три монаха на конях двигались впереди, еще трое сзади. Каждые два часа устраивали получасовые привалы. Когда пришло время обеда, остановились на два часа. Выбрали удобное место возле небольшого озерца. Ученики не удержались и искупались. Монахи смотрели на них с плохо скрываемой иронией. Юноши забавляли их.

Ребята расположились на берегу, необходимо было обсохнуть на солнышке. Сначала лежали молча, потом завели неторопливый разговор. Начали, как всегда, с пустяков. Обсудили температуру воды, согласились с тем, что обед, которым их накормили монахи, был намного вкуснее, чем обычный в Резервации. Но каждый из них понимал, что отныне они друг для друга самые близкие люди, так получилось. В Монастыре им придется начинать жить с чистого листа. Для начала нужно было научиться говорить о серьезных вещах, как положено взрослым людям. Андрей решил попробовать.

— Рады, что стали астрономами? — спросил он.

Гена от неожиданности расхохотался и долго не мог успокоиться.

— Нет, конечно, — сказал он, наконец. — Мне это не нужно.

— Почему? — удивился Андрей.

— У меня нет твоего таланта и страсти к наблюдениям. Моя душа стремится к совсем другой деятельности.

— А зачем же ты согласился отправиться в Монастырь?

Монахи не взяли бы тебя против воли.

— Я очень хочу попасть в Монастырь. Образованный человек там без работы не останется. И это не обязательно астрономия.

— Чем же ты хочешь заниматься?

— Я хочу торговать яблоками.

— Разве это мечта для образованного человека?

— А чем тебе не нравится торговля? Яблоки, как мне известно, ты есть любишь. При мне, по крайней мере, ни разу не отказывался, когда появлялась возможность. А как яблочки попадают на обеденный стол, наверняка, не задумывался. Для этого многие очень достойные люди должны были, как следует, поработать. Сначала крестьяне сажают яблони, заботятся о них, ухаживают, поливают при засухе и спасают от вредителей. Потом собирают урожай. И вот тут к ним на помощь прибывают из Монастыря специально обученные люди (если повезет, одним из них стану и я). Они скупают приготовленные для торговли яблоки или меняют на нужные крестьянам товары, отвозят в Монастырь, где хранят их на складах и только потом доставляют любителям откушать вкусных яблочек. Вот эта работа по мне.

Ничего возразить Андрей не смог. Гена имел право торговать яблоками. Насильно загонять его в астрономы, само собой, никто не собирался. Скорее всего, монахи заранее знали о пристрастиях Гены, и он им понадобился именно как торговец.

Николай выслушал признание товарища с грустью. Ему было стыдно признаваться в своих тайных намерениях. Но какие секреты могут быть между друзьями.

— А я ведь тоже ищу другую работу, — сказал он и закрыл лицо руками. — Не ругай меня, Андрей.

— А я-то что?

— Ты единственный из нас хочешь стать астрономом. Мы тебе в друзья не годимся.

— Ерунда. Работа — работой, а друзья человеку нужны обязательно.

— Но ты даже не спросил, почему мне по ночам не хочется смотреть в трубу.

— Если это важно — сам расскажешь.

— Я люблю рукописи и книги. Рассчитываю получить работу в библиотеке Монастыря. Иногда закрываю глаза и представляю, как оказываюсь один на один с огромным количеством человеческой мудрости, запечатленной на бумажных листах. Мне надо прочитать все сохранившиеся книги, а наиболее выдающие из них скопировать, чтобы как можно больше людей познакомились с ними. Для меня это самая благородная цель, которую только может поставить перед собой человек.

— А я мечтаю добраться до настоящего телескопа.

Николай и Гена немедленно успокоились, поняли, что их не будут ругать.