Рассвет Оникса (ЛП) - Голден Кейт - Страница 63

Словно отруганный ребенок, я уставилась на свои переплетенные пальцы. Я не осмелилась завести разговор о том, что, как мне было известно, она уже много раз спала с Королем. Я не знала, кому этот разговор будет более неприятен — ей или мне. Она провела удлиненным пальцем, украшенным драгоценными камнями, по моему подбородку и наклонила мое лицо к себе.

— Кейн Рэйвенвуд не был с тобой до конца откровенен.

Я дважды моргнула.

— Я призываю тебя не руководствоваться своим сердцем, — продолжила она. — А скорее умом и духом. Ты кажешься смышленой. Не будь так легко одурачена его соблазнами.

Прежде чем я успела сказать ей, что я более посвящена в его секреты, чем она думает, она встала и вышла из комнаты, аккуратно закрыв за собой дверь.

Я сжала губы, чувствуя, как внутри меня разгорается раздражение.

Она не могла ошибаться. Еще несколько дней назад я бы с ней полностью согласилась. Но он наконец-то впустил меня в свою жизнь, поделившись со мной своими самыми темными секретами, как и я с ним. Может, Амелия ревновала, а может, искренне пыталась помочь. В любом случае, это не имело значения. Я понятия не имела, когда и увижу ли его снова, и пока мы были в разлуке, я не позволяла своей вере в него колебаться.

Я посмотрела на куски ткани, которые принцесса назвала одеждой. Я не была такой стройной, как она, и мне не хотелось выставлять на всеобщее обозрение столько своего тела. Я полностью разделась и надела голубую ткань. Мерцающие нити облепили шею и талию под низким углом, оставляя открытыми спину и живот, а затем растеклись по полу, как растаявший крем. В нем было меньше ткани, чем я когда-либо надевала за пределами собственной спальни.

Я посмотрела в зеркало, ожидая ужаса, но вместо него почувствовала прилив сил: я действительно выглядела очень мило.

Я уложила волосы на макушке и закрепила их черной лентой. Можно вывести девушку из Оникса, но нельзя вывести Оникс из…

Дверь со скрипом открылась, и я повернулась, ожидая увидеть Мари или Амелию.

Вместо этого я столкнулась лицом к лицу с ошеломленным Кейном.

— Черт, — прохрипел он.

Я была так потрясена, увидев его, что стала еще менее красноречивой.

— А?

Кейн прочистил горло.

— Привет, — сказал он, покраснев. — Ты выглядишь очень… то есть очень… привет. — Его брови сошлись, как будто даже он сам не знал, что говорит.

Он был здесь.

В Перидоте.

Живой и счастливый видеть меня. Я почувствовала, как потеплели мои щеки.

— И тебе большой привет. — Я протащила его через дверной проем в свою комнату и приподнялась на носочках, чтобы прижаться к его щеке одним поцелуем. Он был побрит, и его гладкая челюсть была горячей под моими губами.

— Когда ты приехал? — спросила я, не узнавая хрипоты в своем голосе.

Его руки крепко обхватили мои бедра, но он держал меня на расстоянии.

— Несколько минут назад. Мне нужно тебе кое-что показать.

Мое лицо опустилось.

— Прямо сейчас?

Кейн выглядел так, будто мог зубами разбить твердый камень.

— Если ты можешь в это поверить, то да.

Он схватил меня за руку и потянул вниз по деревянной лестнице в большой зал. В зале пахло свежеприготовленной рыбой и цитрусовыми. У меня заурчало в животе. Нас окружали вельможи и военачальники Перидота, и я рассеянно подумала, что мне, наверное, стоит отпустить руку Короля.

Но потом я увидела их, и все остальные мысли исчезли из моей головы.

Глава 26

Моя семья была одета в Гранатовые одежды, которые я даже представить себе не могла. Моя мама, Ли и Райдер сидели за деревянным столом вместе с Гриффином и Мари, смеялись и ели. Мое лицо сморщилось, и я не смогла сдержать слез, которые хлынули вниз.

Я побежала к ним, бросившись сначала к Ли.

— Что за… — Но когда она поняла, что это я, она завизжала. Ее маленькие ручки, обхватившие меня, заставили меня плакать еще сильнее. Позже я найду время, чтобы осмотреть каждый пальчик на руках и ногах и доказать себе, что с ней действительно все в порядке.

— Я так по тебе скучала. И я люблю тебя, но я не могу дышать!

Я отпустила ее, но только для того, чтобы хорошенько рассмотреть ее лицо. Она была худее, чем когда я видела ее в последний раз, но она сияла, и выражение ее лица освещало ее впалые щеки.

Я посмотрела на Райдера, когда он подошел и поднял меня на руки.

Отпустив меня, он с гримасой оценил мой откровенный наряд.

— Ты выглядишь сумасшедшей.

Я рассмеялась сквозь мутные глаза и крепче прижалась к нему.

— Спасибо. — Я отстранилась, но голос оставался низким. — Ты уберег их.

— Конечно, уберег. Что сделала ты?

— Это очень долгая история.

Затем я подошла к матери. Она выглядела не так хорошо, как Ли и Райдер. Месяцы состарили ее, и она выглядела хрупкой и усталой. Я присела и обняла ее.

— Не могу поверить. Я думала, что больше никогда тебя не увижу, — вздохнула она.

Сердце заколотилось в груди, как солнце после грозы. Яркое, сияющее и чистое. Я прижала ее к себе еще крепче.

— Я знаю. — сказала я. — Мне так жаль.

Мы обнимались так не знаю сколько времени. Когда у меня начала болеть спина, я отпустила ее и села за стол.

Я поискала Кейна, но обнаружила его выходящим из зала вместе с Амелией и Эриксом. Я побежала за ними, радость и неверие придавали мне смелости.

— Эй! Подожди! — Я догнала его и потянула за рубашку, вытирая глаза другой рукой. — Куда ты идешь?

Амелия с циничным интересом смотрела на меня рядом с отцом, но меня это не волновало. Не сегодня. Не сегодня, когда Кейн смотрел на меня с такой любовью, что мои щеки начали болеть от улыбок.

— Я подумал, что ты захочешь побыть с ними наедине. Мне нужно кое-что сделать перед отъездом.

— Нам нужно выработать стратегию войны, Леди Арвен, — сказала Амелия, и в ее голосе и даже в каменных чертах лица прозвучала снисходительность.

— О, конечно. — Я снова повернулась к Кейну. — Спасибо. Я никогда не смогу сказать тебе достаточно слов за то, что ты воссоединил нас.

— Я же говорил тебе, что так и будет, — сказал он, сверкая глазами.

— Как ты так быстро добрался сюда? Из Гранатового?

Он склонил голову набок, словно готовясь ответить на мой вопрос другим вопросом.

— Дракон? — спросила я, как будто это было совершенно нормально для меня.

Он слегка улыбнулся.

— Да. — Затем, отстранившись от хозяев, сказал: — Я не уверен, кто был более взволнован — твоя мама или сестра.

— А Райдер?

— Думаю, его вырвало.

Я разразилась слишком громким смехом, и глаза Кейна заблестели от моей радости.

— Когда ты уезжаешь? — спросила я.

Он переместил свой вес и вернулся к Эриксу.

— Завтра утром.

— Точно, — сказала я. — Ну, даже занятым королям, ведущим войны, нужно есть. Хочешь присоединиться к нам? Вероятно, это станет потрясением в жизни моей матери. — Я усмехнулась.

Его обычное волчье обаяние сегодня исчезло, но и грустным он не выглядел. Возможно, он смирился, что вполне логично. Я понимала всю серьезность ситуации. Но ничто не могло лишить меня радости видеть свою семью.

Он взглянул на Амелию и Эрикса: на их лицах застыли маски раздражения. Затем его взгляд метнулся к столу со свечами, за которым сидела моя семья, Мари, его командир.

— Конечно, — сказал он.

***

Ужин был увлекательным.

Я угостила маму отваром борроурута, который сварила во время нашего путешествия сюда, и хотя она не была в восторге от вкуса, ее лицо просветлело за время нашего ужина.

Несмотря на первоначальное беспокойство моей семьи по поводу присутствия темного короля, Кейн вел себя наилучшим образом, и они один за другим смягчались к нему. Сначала Ли, конечно, — девушка была смелой. Затем мама, у которой было много вопросов к Кейну. ‘Каково это — нести бремя королевства на своих одиноких плечах?’ ‘Чувствуете ли вы ежедневно груз ответственности за смерть, которую вы причинили?’ Не совсем досужий разговор за ужином. Я попыталась выразить свое недовольство, не сводя с нее глаз.