Непокорная попаданка. Снять метку (СИ) - Минц Мария - Страница 46

Он стукнул кулаком об ладонь. Я мысленно возликовала.

– Я возьму вас с собой! Вам удалось отыскать ещё одну ниточку, возможно, ведущую к Вивиан, и я хочу таким образом выразить вам свою признательность.

– Ура! – подскочила я на месте, но тут же угомонилась под внимательным взглядом Саторро.

М-да. Уважающие себя управляющие особняков так себя не ведут и не прыгают, как восторженные девчонки.

И впрямь, чему это я так радуюсь? Тому, что смогу обстоятельно поговорить с Нефелией и узнать больше подробностей, которых не было в книжке?

Или…

Тут сердце сделало кувырок и сладко защемило.

Или тому, что отправлюсь туда вместе с Рейнардом, и мы сможем провести ещё какое-то время вместе?

Эта мысль одновременно и воодушевила меня, и напугала.

Я тряхнула головой и глубоко задышала, чтобы успокоиться. И почему в последнее время я стала вести себя, как глупая девчонка, стоило только Саторро показаться на горизонте?

Метку Арчибальда опять кольнуло, но я просто сердито потёрла её, и зуд исчез.

– Отправляемся прямо сейчас! – велел мне Рейнард, – у вас есть десять минут на сборы, пока подготавливают карету.

– А разве мы… – начала я и осеклась.

“Разве мы не полетим?” – чуть было не брякнула я, но вовремя прикусила язык. Но Саторро всё понял и так.

– Я предпочитаю лишний раз не оборачиваться без особой надобности, – усмехнулся он, как мне показалось, с горькой иронией, – к тому же, вряд ли нам удастся наладить нормальный диалог с Нефелией после того, как около их особняка приземлится дракон!

Что ж, в этом есть смысл. Жаль, правда, что мне не удастся в этот раз полетать, но хорошенького понемногу…

Стоп!

Внезапная мысль пронзила меня, и по коже пронеслись ледяные мурашки.

А не потому ли он избегает частых превращений, что боится потерять над собой контроль без Печати Уробороса?!

***

Карета, покачиваясь, катилась к владениям герцога Загана. Подперев руку ладонью, я смотрела в окно, стараясь казаться максимально сосредоточенной, хотя у самой сердце бухало, как огромный молот.

Саторро сидел совсем рядом!

Он небрежно откинулся на спинку сиденья и прикрыл глаза, отчего казался абсолютно невозмутимым и расслабленным.

Я же, напротив, сидела, как на иголках, пытаясь успокоить разбушевавшиеся эмоции. От его близости исходил такой жар, словно его уже охватило невидимое пламя!

От аромата можжевельника и дыма, заполнившего всю карету, кружилась голова.

Вдруг запястье кольнула боль, а в висок вонзилось раскалённая игла. Застигнутая врасплох, я ахнула и прижала ладони к голове, но было уже поздно.

Всё вокруг закружилось, закачалось, а внутри поднялась новая волна ненависти к Рейнарду, от которой, как я надеялась, я уже избавилась!

Мир померк, а все чувства схлопнулись в одной точке, и всё, чего мне хотелось – кинуться на Саторро и вцепиться ему в горло!

Я почувствовала, как сиденье подо мной зашаталось и заскользило куда-то вбок. Потеряв равновесие, я безвольно осела и окунулась в липкую волну ненависти, охватившую всю меня…

И тут меня вновь подхватили сильные горячие руки и прижали к широкой груди.

– Оно вернулось, Алина? – спросил Саторро, и голос его прозвучал спокойно и хладнокровно.

Я без лишних пояснений поняла, что он имеет в виду, и, превозмогая ненависть, с трудом кивнула.

Рейнард прижал меня сильнее. По телу пробежала дрожь, а всё внутри задрожало от противоречивых чувств: ненависти и радости от его близости.

Мне одновременно хотелось и оставаться в его объятиях, и расцарапать ему шею! И это противоречие было просто невыносимым…

Метка Арчибальда горела огнём. Я бы не удивилась, если бы она сейчас испепелила карету на месте!

– Отпустите… – кое-как пробормотала я, – или я… или я…

– Или вы – что? – спокойно спросил Саторро, и не думая разжимать руки.

– Я могу причинить вам вред, – по-детски наивно ответила я. Рейнард… расхохотался.

– Даже интересно на это посмотреть, – хладнокровно сказал он, – не переживайте, Алина, у вас это вряд ли получится. Я вас не отпущу, пока эта дрянь не схлынет… Но меня очень волнует эта напасть, которая заставляет вас переживать всё это.

– А уж как меня волнует… – выдохнула я и закашлялась, сражённая новым приступом непонятной ненависти. Бессильно уткнулась в широкую грудь герцога, обтянутую камзолом, и тяжело задышала.

Его ладонь легла мне на плечи, отгораживая от окружающего мира, и это принесло лёгкое умиротворение.

Тьма, поглотившая меня, начала рассеиваться.

– Я думаю, что нашёл источник этой заразы, – донёсся до меня голос Саторро. От неожиданности я вскинула голову и уставилась на него.

Герцог без лишних слов взял меня за руку – ту самую, с меткой Арчибальда.

Развернул запястьем вверх так, чтобы дракон Кирро смотрел прямо на нас.

Увидев его, я не смогла сдержаться от потрясённого вскрика:

– Что это значит?!

Глава 56

В самом драконе не произошло ровным счётом никаких изменений. А вот вокруг – очень даже!

Драконья голова как будто плавала посреди лужицы растёкшихся чёрных чернил. Они поблёскивали, словно были совсем свежими, а я по неосторожности мазнула по ним рукой.

Только на метку Кирро чернила почему-то не попали, аккуратно обтекая её. Зато царапины, что возникли на коже совсем недавно, они щедро заляпали.

От этого почему-то стало особенно обидно!

Недолго думая, я принялась ожесточённо тереть руку, чтобы избавиться от некрасивой кляксы. Тщетно – та оказалась устойчивой! Даже никаких следов на пальцах не осталось…

– Что за… – сердито пробормотала я; от моих бесплодных усилий кожу уже саднило.

– Успокойтесь, Алина, – негромко велел мне Саторро, и я, загипнотизированная звучанием его глубокого голоса, тут же послушалась.

Рейнард накрыл моё запястье второй ладонью и прикрыл глаза. Я затаила дыхание, почувствовав, что вот-вот произойдёт что-то важное… и угадала!

На мгновение руке стало горячо-горячо, но испугаться я не успела: жар исчез так же стремительно, как и возник. Саторро разжал хватку, и я нехотя убрала руку.

– За последние дни вы не брали в руки ничего подозрительного?

– Подозрительного? – растерянно переспросила я, озадаченная таким вопросом. Нахмурившись, быстро перебрала в уме последние события и пробормотала:

– Вроде, нет… всё было более-менее привычным… хотя постойте-ка!

Замерла, осенённая воспоминанием, и задумчиво произнесла:

– То письмо, которое мне принесла Аманда… думаю, оно было самым подозрительным. Ну, или по крайней мере, вызывало больше всего вопросов!

– Письмо? – нахмурился Саторро. Я быстро закивала:

– Ну да, от моего… в смысле, от дяди Эллейн, которого зовут Элиас. Он передал его мне через Аманду и настаивал, чтобы я как можно скорее прочитала это письмо.

Стоило мне сказать об этом, как в памяти немедленно всплыла картинка: чернила на письме взбухают, и я радостно измазываю ими руку!

Бр-р-р! Очень неприятное чувство.

Хотя постойте-ка… рука, которую я перемазала, была именно той, что болит именно сейчас! Совпадение?

– Вряд ли это совпадение, – мрачно сказал Саторро, когда я сбивчиво пересказала ему всю эту катавасию.

Я недоумённо посмотрела на него, и он пояснил:

– Я чувствую след посторонней магии на вашей руке. Уверен, что это так или иначе связано с чернилами, и никакой дядя Элиас вам на самом деле не писал!

– Ну и дела… – только и смогла выдавить я. В голове это укладывалось плохо, хотя, если подумать… пожалуй, рациональное зерно там всё же было.

С чего бы дяде Элиасу вдруг вот так вот, ни с того, ни с сего, вспоминать об Эллейн и присылать ей письмо? Да, он упомянул, что захворал, но в письме, вместо чего-то внятного, была только нечитаемая белиберда. А что если…

Следующая мысль так поразила меня, что я застыла, как истукан, невидяще глядя перед собой.