"Фантастика 2025-78". Компиляция. Книги 1-15 (СИ) - Юрьев Сергей Станиславович - Страница 477

Эрик, глубоко вздохнув, уперся обеими руками в стол и нарочито медленно поднялся на ноги, переводя тяжелый взгляд с Романа на Андре и обратно.

— Друзья мои, — говорил граф негромко, но довольно весомо; не прислушиваться к нему казалось невозможным, — Я понимаю, что как с нашей стороны, так и со стороны наших союзников, далеко не всех устраивает сложившаяся ситуация. Однако, я вынужден просить и тебя, Роман, — он на миг задержал взгляд на брате, — И тебя… кузен Андре, — взгляд его остановился на оппоненте виконта, — Соблюдать нейтралитет хотя бы до тех пор, пока мы не избавимся от главной угрозы. Роман, прошу тебя воздерживаться от провокационных высказываний. Андре, ни я, ни мой брат, ни кто-либо другой из моей семьи пока не можем настолько доверять твоему отцу, чтобы позволить ему бродить без сопровождения по замку, поэтому я искренне надеюсь, что впредь подобного…

— Этого не будет и сейчас, — Андре, решительно и очень некультурно прерывая хозяина замка, немного развел руки в стороны, — Папа говорил еще вчера, что хотел побеседовать с Ричардом. Поэтому, когда он с утра сам пришел поговорить с ним, я вежливо удалился и отправился искать того, кто укажет мне путь до гостиной. По счастью, я его нашел и, как видишь, дорогой кузен, в одиночестве по замку не разгуливал. Отец тоже не будет бродить один среди родных стен — полагаю, господин баронет приведет его.

— Очень хотелось бы надеяться, — Эрик, внимательно выслушавший ответ собеседника, жестом, исполненным дворянского достоинства, склонил голову, выражая собственное согласие с тем, как сегодня обстоят дела, — Но хотел бы отметить и еще кое-что. Мой сын, Анри, — маленький мальчик, ребенок, который не понимает и не принимает нашей вражды. Он, к моему изумлению, любит своего дедушку, и я рад видеть, что Альберт отвечает взаимной теплотой на эту любовь, он искренне привязан к обоим своим дядям, и я совершенно не хотел бы, чтобы он видел, как они спорят с кем-то… В чем дело, Луи?

Молодой маг, только что поднявший, как школьник, руку, откашлялся и, опершись на спинку стула, стоящего рядом с тем, на котором восседал ведьмак, чуть пожал плечами.

— Да я так, просто капельку удивился. Знаешь, Эрик, к нам с Романом Анри, безусловно, сильно привязан, но у него же теперь, кроме деда, есть и еще один дядя, — он выразительно кивнул в сторону несколько растерявшегося кузена, — И он ему не менее родной.

— Тем более, — граф де Нормонд немного сдвинул брови, — Ради Анри. Все, вы все ведите себя, как одна дружная семья. Мальчик не должен видеть вражду меж нами, наоборот, я надеюсь научить его, что родственники всегда должны любить и поддерживать друг друга. Даже если в прошлом между ними и были разногласия.

Андре глубоко вздохнул и легко пожал правым плечом.

— Папа бы это одобрил, — негромко отметил он, — И, должен заметить, Эрик, хоть я и не был знаком с твоим отцом, но ты мне кажешься мудрее него.

Высокий светловолосый, бледнокожий мужчина легко поднялся на ноги и, взяв со стула штаны натянул их с той непринужденной уверенностью, что изобличает неоднократное повторение подобных действий. Взгляд его прозрачных светло-зеленых глаз равнодушно скользнул к кровати.

Там, разметавшись среди прядей длинных пепельно-русых волос, спокойно спала привлекательная молодая девушка, утомленная событиями прошедшей ночи. Мужчина хладнокровно оглядел ее, обнаженную и лишь до половины закрытую одеялом и, застегивая молнию штанов, равнодушно отвернулся. Запоминать ее ему не хотелось.

— Хорошая ночка?

Раздавшийся от двери комнаты знакомый голос заставил его поднять голову, обращая взгляд к расслабленно привалившемуся плечом к косяку молодому человеку с ярко-рыжими, пламенными волосами. На губах его виднелась кривоватая ухмылка, желтые глаза были исполнены насмешки.

Альбинос безразлично пожал сильными плечами.

— Бывало лучше. Пора заканчивать.

— Вот так сразу… — рыжий, хмыкнув, отстранился от косяка и, приблизившись к стулу, взял с него рубашку, затем приглашающе раскрывая, дабы помочь одеть, — Без излишних проволочек, даже не сказав бедняжке слова утешения… Ведь ее смерть послужит высшей цели!

Мужчина легким, полным достоинства, привычным движением, сунул руки в рукава и, поправив рубашку на плечах, принялся обстоятельно застегивать пуговицы. Из глаз его смотрела ледяная пустота.

— К черту высшую цель, Чес. Я устал делать грязную работу, заканчивай.

— Грязную работу? — рыжий удивленно изогнул бровь, — Ан, убиваю-то их я. Ты же лишь получаешь удовольствие, доставляешь его, да проводишь ночь в чужой квартире — только и всего! Но осталось немного… — он сделал шаг в сторону, выглядывая из-за спины сообщника, — Она будет пятой. Остается четыре…

— Да-да, и Ночь Большой луны покорится нам! — Ан нахмурился и, потерев подбородок, поморщился, — Черт… Надо побриться.

— Поверь, белые волосы на белоснежной коже не заметны, — Чес хмыкнул, совсем обходя собеседника и останавливаясь у него за спиной. Тот обернулся, немного разводя руки в стороны и взирая на приятеля с некоторым удивлением.

— Чес, — дождавшись, когда тот обернется, мужчина весомо добавил, — На больное не дави.

— Ладно-ладно, не дуйся, — рыжий отмахнулся и уже хотел, было, опять обратиться к мирно спящей жертве, как вдруг вспомнил о чем-то и быстро облизал губы, — Кстати, знаешь… Они все-таки забрали Антуана в замок. Добрые самаритяне с меркантильными душами, заключили с ним сделку — он обещал помочь разобраться с нами.

— Мастеру с нами не справится, — Ан провел ладонью по волосам, приглаживая их и, подойдя к большому зеркалу на стене комнаты, продолжил застегивать рубашку, — Даже в Ночь. Мы сильнее, были, есть и будем, чем он может угрожать нам?

— Однако, ему известно о ритуале, и он понял наши намерения, — его собеседник ухмыльнулся и, потянувшись, размял затекшие суставы. Затем склонил голову налево, направо, вперед и назад, словно разминая шею и, немного вытянув последнюю, повернул голову сначала в одну сторону, затем в другую.

— А может, так будет даже веселее, — в голосе его шипящие нотки удивительным образом переплелись с рычащими, — Переиграть его на его же поле, поставить на колени и, наконец, убить… Нам Антуан не помеха, как и его новые друзья. Ладно… — он размял пальцы и как-то по-особенному хищно улыбнулся, — Пора с этим кончать.

Альбинос, не отвечая и не глядя на него, приподнял подбородок и, шагая спокойно, размеренно и надменно, покинул комнату. Наблюдать за жестоким убийством ему сегодня не хотелось, мысль о необходимости зверства вызывала омерзение.

— Пятая… — прошептал он, подходя к окну и глядя сквозь него на улицу, — Остается еще четыре и целая неделя до Великой ночи. Что же… мы можем и успеть.

Дверь бесшумно отворилась, пропуская в комнату высокого черноволосого, и как обычно, лохматого мужчину.

Альберт, полулежащий на кровати, откинув голову назад и расслабленно поглаживающий мурлычущую рядом песочно-рыжую кошку, слегка опустил ресницы, устремляя взгляд на неожиданного визитера.

— Ричард… — на губах мага отразилась легкая улыбка, — Вижу, ты так и не научился пользоваться расческой.

— У меня непослушные волосы, — недовольно буркнул вошедший мужчина и, остановившись возле двери, сунул руки в карманы, — Как спалось?

— Прекрасно, — маг медленно вернул голову в надлежащее положение и, оглядев отведенную ему комнату, глубоко вздохнул. Улыбка на его губах стала шире.

— Я провел в этой комнате лучшие годы своей жизни, Ричард, я жил здесь во времена своей юности. Каждый сантиметр пространства здесь пропитан воспоминаниями, наполнен силой, идущей из самого прошлого… Ты знаешь, я чувствую себя гораздо лучше, чем вчера, — он еще раз погладил кошку и легким движением скинул ноги с кровати на пол, садясь, — Ночь в замке буквально расправила мои крылья.

— Странно, что за столько ночей, проведенных под замком ты так и не расправил их, — Ричард насмешливо хмыкнул и, оглянувшись через плечо, прислонился спиной к дверному косяку, — А что здесь делает Тиона?