"Фантастика 2024-149". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Солодкова Татьяна Владимировна - Страница 768

— Вполне. Эти учебные практики — очень полезная вещь.

— Только сам П-и-лак им в этом плане не помощник. Он вообще для другого нужен и используется.

— Да-да. Я помню, что ты говорила, будто бы это место для установления дружеских и генитальных связей.

— Грубовато, но, по сути, верно. Да. Одна из причин, почему тут никто не старается и не напрягается в основном, заключается в ненужности подобного. Здесь они все для другого. Какой-то минимум им нужно будет выполнить. Для вида. Но не более. Настоящая учеба идет в кланах, куда они и отправляются с новым статусом. Потом. После завершения. Как Мхей, Оби и Уми.

— Но я-то в клане не состою. И получается, что меня выбрасывают на улицу.

— Если ты возьмешь меня в жены, то войдешь в клан Лал-Тала. И, как его наследник, получишь доступ ко всем нашим библиотекам и мастерам. В том числе клановому духу-наставнику, который в свое время пытался учить меня магии.

— Мы уходим от темы. Зачем они нас отсюда выгоняют?

— А ты сам-то как думаешь?

— Мы создаем им слишком много проблем?

— Да нет. Все проще и сложнее одновременно. Боевой факультет П-и-лак внезапно стал самым известным и выдающимся. О наших похождениях практически во всех городах говорят. Кем были Оби и Уми еще месяц назад? Нулями. Да, из хороших семей, но совершенно никакими, серыми и бездарными. Счастье, если бы лет через пять они П-и-лак закончили второй-третьей ступенью ученика. А кто они сейчас? Уже адепты. Притом, что адептами П-и-лак заканчивает, хорошо если, каждый тридцатый. А взгляд ты видел, как их изменился? А характер? Они вернулись домой другими. Все эти встряски пробудили в них какой-то внутренний стержень. На их фоне выпускники других факультетов выглядят тускло.

— Допустим. Но Мхей соплей не выглядел изначально.

— Мхей уже мастер. Знаешь, сколько учеников П-и-лак за последнюю тысячу лет вышли отсюда мастерами?

— Даже и пытаться не буду догадаться.

— Десяток. Всего десяток. Он и так прыгал выше головы, упорно развиваясь. Хотя ему мешали. Ему оставалось доучиться последние пару месяцев, когда мы сюда прибыли. И он рассчитывал взять всего одну ступень за оставшееся время. А тут — целый мастер. Его статус в городе поднялся чрезвычайно.

— И что?

— А то, что все так захотят. Понимаешь? Лень-ленью, но вернуться из П-и-лак мастером — очень почетно. ОЧЕНЬ. И все захотят к нам. Что разом оттенит все остальные факультеты, которые на нашем фоне будут выглядеть отбросами. А оно совсем не надо. Поэтому нас с почестями и выпроваживают отсюда, а учебную практику по факультету лет на сколько-то вообще прикроют. От греха подальше. Я не удивлюсь, если они даже факультет расформируют «из-за чрезмерной опасности для учащихся».

— Вот уроды…

— Ну почему сразу уроды?

— А почему нет? Ладно — вы аристократы. Пришли — ушли. Вам есть где жить, за вами стоят кланы и большие доходы. Меня же они, по сути, выбрасывают на улицу.

— Ты можешь взять меня замуж.

— Как я жить потом с этим буду? Жениться на наследстве. Это же позорище. — покачал головой Илья.

— Не хочешь?

— Брать тебя в жены? Хочу. Но ты предлагаешь мне выйти за тебя замуж, а не жениться.

Нефтис молча села на бортик фонтана, свесив ноги в воду.

Чуть-чуть так посидели, наблюдая, как в соседнем искусственном водоеме зомби задорно плескаются, сверкая голыми задницами, что-то выкрикивая на неизвестном ей языке. А вдалеке за этим со смешанными чувствами наблюдают учащиеся. Из кустов.

Наконец, она произнесла:

— Что ты знаешь о Софине Красной?

— Ничего. Кто это?

— Твоя мать.

— Очень смешно.

— Вероятно, ты знал ее под другим именем.

— Ты вот сейчас шутишь? — повел бровью Илья.

— Концентрат твоей крови изучили у нас в клане. Родовые сведения надежно запечатаны или искажены. Но то, что твоя мать Софина Красная, узнать удалось.

— Софина Красная, — покачал мужчина головой. — Мою мать звали Софья Антоновна, до замужества Краснова. Потом она взяла фамилию моего отца и стала Печорской.

— Антоновна — это что?

— Отчество. Имя по отцу — дочь Антона. Мой дед по матери звался Антоном. Мое отчество — Иванович, то есть, сын Ивана. Твое… — он замялся, — Яфей- Яфей…Яфеевна. Да, Нефтис Яфеевна.

— И ты своего деда по матери, разумеется, не знал?

— К чему ты клонишь?

— Его звали не Антон, а Атон. И он умер до экскомьюникадо твоей матери Софины, прозванной за буйный нрав Красной.

— Ты ведь понимаешь, что это все звучит как вздор?

— «Поцелуй Смерти» на тебе лежит. Факт. Это значит, что ты, на момент его наложения, был одаренным. Твои родители — тоже. Причем твой дар характерен для миров палитры. У вас там некогда была магия, но другая. Поэтому у вас такие одаренные могут рождаться только в семьях, выходцев из других миров. Многие и знать не знают о том, кто они и откуда. Сведения утрачиваются, а биологический вид один и тот же.

— Хорошо. Допустим. И что устроила Софина?

— Сорвалась. Психанула. Пролила много крови. Чтобы избежать казни ее изгнали, исключив из клана.

— Кого и за что она убила?

— Это старая история, связанная с любовью. — отмахнулась она. — Больше ста лет прошло. Да и никто достоверно ничего не знает. Все фигуранты умерли.

— Милый мой котенок, зачем ты мне всем этим сейчас голову морочишь? Запечатанные родовые сведения, Софина Красная… Тебе не кажется, что это все вздор и чушь? Я — родился на Земле. Притом простым человеком. О магии знать не знал до вашего мира.

— Но у твоей матери были предметы, выдающие ее связь с магией и магическими мирами палитры.

— И что? Мало ли как они к ней попали? Она увлекалась гаданием и всякого рода мистикой. Могла купить на барахолке какой. Если ты говоришь, что на Земле живет много иммигрантов из магических миров, то такого рода предметы должны встречаться.

— А «Поцелуй Смерти»? А расшифровка родовых сведений?

— Как я понял, вы практически ничего не знаете о магии Смерти. Если вы думаете, что поцелуй можно наложить только определенным образом, то… это ничего не значит. Мало ли вам иные неизвестны? Да и расшифровка. Она точная?

— В пределах определенных погрешностей.

— Я жрал маг-скорпионов. Не удивлюсь, что они как-то на меня повлияли.

— Это не может никак повлиять.

— А у вас кто-то их еще жрал, кроме меня? Нет. Опять же — сколько я провел в красном мире? Личная инициация Лилу в адепты. Наложение печати дэва. Происхождение из иного мира. Факторов миллион. Вы просто морочите голову — и себе, и мне.

— И такое странное совпадение имени матери?

— В жизни и не такое случается, — развел руками Илья. — Ты вообще к чему это все начала говорить?

— У Софины в городе особняк остался. Он вот уже больше века опечатан. Ее бывший клан на него претендует и даже готов Совету города выплатить компенсацию. Большую. Но пока была жива Софина — он считался ее собственностью. Пользоваться им она не могла, но и отнять у нее его было нельзя. А после ее смерти, оказалось, что его должен принять наследник.

— То есть, я?

— Как недавно оказалось — да. Впрочем, пока ты не придешь к этому особняку и не попробуешь принять над ним права, этого не узнать.

— И какие последствия?

— Ее старый клан попытается этот особняк у тебя отнять.

— Как?

— Просто убить. — улыбнулась Нефтис. — Ты ведь в клане не состоишь. Мстить за тебя никто не будет. К Совету обращаться тоже. Так что просто убьют, постаравшись не придавать нападение огласке.

— Совет это знает?

— Разумеется. В казну города ведь поступит крупные средства и большой особняк вновь будет обжитым. А ты… ты создал многим влиятельным людям великие беды.

— Это такой намек, чтобы я не кочевряжился и брал тебя замуж, входя в твой клан?

— Да. Лал-Тала не так силен, как хотелось бы, но от него не отмахнешься.

— Какие же все-таки маги — уроды… — покачал головой Илья.

— Как будто в вашем мире, если человек с улицы получит в наследство что-то большое и значимое, у него это не отнимут под любыми благовидными предлогами.