Боевой маг в провинциальном училище (СИ) - Бакулина Екатерина - Страница 52

Я что-то говорю, он, вроде, слушает. Не знаю – правильно, не правильно, о чем, зачем? Но он слушает меня. Не знаю, хорошо ли он понимает, что я говорю ему… Пока слушает – это ведь хорошо? Кажется, что можно договориться, это шаг вперед.

Я хочу объяснить ему – я не одна из них, не из тех, кто такое с ним сделал. Я могу помочь.

Он слушает, я говорю…

Я рассказывала про деревни, про училище, про то, как река давно сменила русло, как мальчишки ловят рыбу… что-то в этом задело его, потому что он пыхнул снова, но не так сильно в этот раз. Я принялась рассказывать, что тут сеют в полях, сколько зерна собирают, сколько картошки, сколько свеклы. Удивительно, но про свеклу он слушал внимательно.

Я даже попыталась выглянуть больше, шагнуть ближе к нему, но Лес не пустил.

Я говорила и говорила, у меня уже язык заплетался, пересохло в горле. Я уже не знала, что еще говорить.

Он слушал. Чуть повернув голову на бок. Я видела, как пылающие угли его глаз не мигая смотрят на меня. Сейчас он послушает и успокоится, потом подпустит… Мне надо к нему подойти.

– Кто ты? – вдруг спросил он. – У тебя горячая кровь! Я хочу пить! Хочу! Дай мне!

Ох…

– Нет! Подожди! Меня зовут Ива Вранич, – повторила я в который раз. – Я могу помочь тебе.

– З-зачем ты приш-шла? Дай мне пить!

Мы ходим по кругу. Он не понимает? Не осознает? На мгновение накатывает отчаянье.

– Не волнуйся, – шепотом говорит Лес. – Он слушает тебя, значит есть шанс. Попробуй еще, вдруг зацепишь.

– Я пришла помочь…

– Кровь!

И п-пух! Волна огня накрывает снова. Леса почти сбивает, он чуть не падает вперед на меня, волосы трещат, сворачиваясь от жара.

– Подожди! Тихо-тихо! Нет! Меня зовут Ива! Я живу здесь неподалеку…

И по кругу снова. Отчаянно. Не понимая, как из этого круга вырваться. Бросить? Уйти? Не факт, что мы сможем выйти отсюда, что хватит сил, что щиты выпустят нас. Обратного пути нет, нужно закончить начатое.

Надо что-то сделать.

– Огнен! Я некромант! Я могу убить тебя! Совсем убить! Так, что ты умрешь! Отпустить твою душу! Ты уйдешь отсюда навсегда! Ты хочешь?!

Огонь!

Лес даже не шипит, он рычит, очень стараясь устоять на ногах, но ноги у него уже подгибаются, нет сил сопротивляться больше… есть, но на исходе. Трясутся руки. Надо что-то делать!

– Огнен! Ты хочешь умереть?!

– Х-хочу! – вдруг ревет Огнен. – Хочу! Убей меня! Я не могу больше! Убей!

– Тогда позволь мне подойти! Позволь! Я должна коснуться тебя, иначе ничего не выйдет!

И п-пух! Огонь снова.

Лес тяжело дышит, из носа вытекает капелька крови, течет по губе и сворачивается от жара…

– К-кровь! – ревет Огнен. – Дай!

– Огнен!

– Убей меня!

Это безумно. Невозможно. У меня нет сил. Мне самой хочется разрыдаться от бессилия.

Если я просто сунусь к нему, он меня сожжет. Никакие щиты уже не помогут, если я попытаюсь коснуться. Слишком близко.

Не могу.

– Хватит! – резко говорю я директорским тоном, уж за годы работы я научилась. И делаю шаг вперед, Лес за мной, не отпуская, но и не мешая мне. – А ну, прекрати это! Ты хочешь, чтобы я помогла тебе? Хочешь?! Тогда убери огонь! Иначе ничего не выйдет! Ты хочешь обрести покой?! Давай же!

Резко, с напором, но он, на удивление, слушает меня. И почти позволяет.

Хватит тянуть. Пока он пытается осознать это, я должна успеть. А там уж как будет. Лишь бы подпустил.

Боги, помогите мне!

– Ты хочешь, чтобы я отпустила твою душу, Огнен?

– Х-хочу…

Вперед. Лес не отпускает. Совсем близко. Уже у клетки. Я могу разглядеть Огнена во всех подробностях. Куча страшных шрамов на истощенном высохшем теле, тонкие волосы, свисающие клоками, острые зубы голодного лича… Не пугаться! Он чувствует страх.

Он ударит, это неизбежно. Но я все равно должна успеть.

Кольцо Леса поможет, не даст мне умереть, подтянет силы… даст мне время. Хоть немного времени даст. Нужно только действовать быстро.

Лич смотрит на меня. Бездна в его глазах.

Еще шаг… Давай, Ива!

И все же, чтобы последним движением просунуть руки сквозь прутья клетки – мне понадобилось нечеловеческое усилие. Преодолеть панику. Лес обхватил меня сзади, за талию, он больше не может закрывать меня, но он поделится со мной силой, отдаст сколько понадобится, если мне не хватит своей.

Нужное заклинание-молитву я помню отлично. По иронии ей пользуются некроманты и паладины в равной степени. Чуть разное действие, но итог один.

И…

Его плеч коснуться. Его кожа обжигает вдруг невозможным холодом, что хочется отдернуть руки. И этот холод тянет тепло моей жизни… затягивает… вытягивает жизнь из меня… так, что вдруг кружится голова. Но это уже не важно. Я успею!

– Огнен, сын Бранислава и Рагнеды! Я отпускаю тебя! Освобождаю твою душу!

А потом я пою. Зажмурившись, почти не дыша. Все нужные слова, вкладывая в них всю свою душу, всю веру, всю волю, что есть. Огонь бьет мне в лицо, обжигает… сжигает меня… кажется, что трескается и плавится кожа… Но пугаться некогда. Нельзя. Надо продержаться. Слишком близко, Лесу сложно меня прикрыть… Но молитва не такая уж длинная…

И…

Мне кажется, я сама умру сейчас…

– Я отпускаю тебя! Иди с миром. Ты свободен, Огнен. Иди…

Я, кажется, падаю.

Вижу… вряд ли наяву… Высокий парень, рыжий, вихрастый, конопатый весь, румяный… он улыбается мне. Счастливо улыбается. Глаза ослепительно голубые, спокойные и чистые, как безбрежное небо.

– Спасибо тебе, – говорит он. – Как хорошо…

А потому свет вдруг вспыхивает и заливает все вокруг.

А потом, кажется, рушится потолок.

Глава 16. О том, как завершаются дела

Я пытаюсь открыть глаза, но они не открываются, словно слиплись, словно на веках что-то лежит.

– Ива! – слышу я.

Лес.

Мы живы.

Я лежу, кажется, в постели, под одеялом. Значит, все хорошо.

Глаза все же удается разлепить и открыть, хоть и с трудом. Я вижу… ну, хоть зрение не пострадало. Но то, что я вижу – не сразу могу понять.

Да, я дома, у себя.

Человек передо мной… Сидит рядом на моей кровати. Почти совсем лысый, только легкая щетина на макушке пробивается, лицо все… красное, в каких-то струпьях, пятнах, корка кое-где… бровей нет. И только невозможно довольная улыбка.

Лес? О, боги…

– Тихо, – говорит он. – Все хорошо. Я страшно выгляжу? Это огнем просто… Ничего, еще несколько дней и все это сойдет без следа, у меня регенерация хорошая. И волосы отрастут.

Хочу спросить – как у нас все вышло, но… Я выгляжу так же? Это почти ужасом пробивает. Поднимаю руку, чтобы потрогать, понимаю, что руки у меня замотаны все…

– Все хорошо, – говорит Лес. – У тебя руки сильнее пострадали от прикосновения, но тоже все восстановится. У тебя силы мало осталось, он все вытянул из тебя, поэтому медленно. Но главное – осталось, сила восстанавливается, и регенерация восстанавливается тоже. Не переживай. Это временно. Мы с тобой сейчас примерно одинаково выглядим, но это пройдет, мы же маги. Мне так вообще не привыкать. Специфика профессии.

Довольный такой.

– У нас получилось? – все же говорю я, сама не узнаю свой голос, такой хриплый, горло царапает.

– Да, – говорит он. – Ты его упокоила. Маклин сказал, что тебя за это наградят. Все хорошо. Люди уже домой вернулись… На самом деле, уже чуть больше недели прошло. Я два дня назад очнулся, так что новости знаю. И наши все вернулись тоже, занятия снова начались. Не в полном объеме, но уже началось все… Тут Михо пока взялся руководить. Ну, ты наверно, представляешь.

Я киваю. И все равно сейчас все это плохо укладывается в голове.

Больше недели! Это потому, что прикосновение к личу вытянуло силу, его голод.

– Подожди… А как мы выбрались?

– Мы? Никак, – беспечно говорит он. – Ну, в смысле, нас вытащили. Ты когда лича отпустила, там все схлопнулось, нас завалило. Прямо со всех сторон. Я успел щитом прикрыть… хотя там такая сила… очень боялся, что надолго не хватит, что я тоже сознание потеряю и щит лопнет. Но ничего, как видишь. Отец сказал, что столб света такой был, что видно издалека. И грохот потом. Так что они сразу прибежали нас спасать и вытаскивать.