"Фантастика 2025-92". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Рэд Илья - Страница 299

— Сделаем, Ваше Величество, — коротко ответил Шувалов, но никуда не уходил, дожидаясь решения императора по другому, более важному вопросу.

Павел снял с пальца серебряное кольцо инкрустированное сапфиром и положил его на лакированный стол. Драгоценный камень блестел в солнечном свете, пробивавшимся в широкие окна дома.

Когда-то кольцо носил отец и точно также рассматривал во время важных решений. Будучи ещё ребёнком, Павел часто видел, как папа искал в этом наследии предков нужный ответ, словно бездушная вещь могла дать ему знак. Тогда он думал это какая-то особая магия, но сейчас с горечью убедился в обратном.

— Мы не уберём войска, всё будет идти по старому плану.

— Это риск, Ваше Величество, — с сомнением высказался граф.

— Это приказ.

Вологда, в это же время.

Егорка первые три дня перебивался с воды на хлеб, экономя запасы денег. После бегства из усадьбы он боялся туда заявляться, дабы не быть пойманным Ломоносовым. С другом барона явно творилось что-то неладное, к тому же клирик оставался там жить как ни в чём не бывало, поэтому обратно путь заказан.

Бедность для Егорки привычна. Сейчас он заботился только о себе, в то время как в Громовце приходилось думать, как достать еды ещё и для большой семьи. Там с ними всё в порядке, а он как-нибудь сам справится.

Цветок камелии приятно согревал его зимними вечерами, когда он прятался по ночлежкам. Одежду почти сразу пришлось продать и купить новую. Благо у него было с собой ещё пару сотен рублей, скопленных за несколько месяцев и вшитых в подкладку камзола. На них он и жил всё это время, стараясь экономить.

Вологда город большой, легко можно затеряться среди многочисленных приезжих. Купцы, ликвидаторы, мелкая знать и просто путешественники валом валили в этот крайний форпост империи. Именно отсюда начиналась борьба с Брешами и многим, помимо выгоды, было просто интересно посмотреть на страшных тварей.

— Значит, договорились: с вас представление, с нас магарыч, — потирая ладошки, произнёс новый наниматель Егорки, барон мелкого пошиба родом из солнечного Ростова.

Для него всё тут было в диковинку, парнишке едва стукнуло восемнадцать, как он выпрыгнул из родительского гнезда.

— По рукам, Аркадий Павлович, — нарочито вежливо ответил ему матёрый ликвидатор с холодным взглядом.

Таких, как этот дворянчик, он повидал много. Часть из них сгинула в первых же походах, другие, обделываясь и плача, навсегда убегали с северов.

Егорка наблюдал за всем этим со стороны и держал на плече сумку барона. Он отыскал его в одной из таверн, где покупал себе пропитание. Аркадий сорил деньгами и угощал постояльцев. Тогда-то мальчишка и понял, что это может быть его спасением. Беспризорник быстро привлечёт к себе ненужное внимание, а вот слугу дворянина в упор не будут замечать.

Он вызвался стать проводником для молодого господина, чтобы показать тому город. Наглый мальчишка понравился избалованному барону и тот сразу же взял его на работу и не пожалел. За четыре дня они где только не побывали и, наконец, дабы и дальше оставаться под опекой этого человека, Егорка вспомнил про аттракцион для богатеньких сынков: «экскурсии» на Бреши.

Признаться, он даже был рад оказаться подальше от Вологды, потому что нутром чувствовал: Ломоносов где-то рядом рыщет. Он не знал, как это выразить словами, но цветок его словно предупреждал, когда рядом мог оказаться маг света. На мальчика накатывал страх и заставлял резко сменить место пребывания. Сложенный аккуратно в чистую тряпочку, этот артефакт неизменно лежал у него за пазухой и был защищён от холодов.

Также Егор чувствовал, что цветок по чуть-чуть берёт у него ману, чтобы выжить. Ему было не жалко, тем более это творение госпожи Софи. Он испугался, когда увидел её безжизненное тело, но что-то подсказывало ему — она жива и как будто совсем рядом.

— Молодец, парень, — барон потрепал проводника по плечу и в окружении своих телохранителей отправился на обед.

На сборы им дали день, но за барона всё делала его свита и потому он особо не напрягался, предаваясь веселью. Насколько же он отличался от Артёма Борисовича, это не передать словами. Егорка так привык к облику молодого, но мудрого Барятинского, что невольно считал всех остальных, как минимум, похожими на его господина, но это оказалось далеко не так.

Раньше он кроме родной деревни в Громовецком поместье никого не видел и не знал, с утра до ночи работая на подворье и редко выбираясь в город. Здесь же на него дохнуло новой жизнью и мальчик понял, что все люди разные и среди них есть много совсем глупых и самоуверенных.

Это стало откровением, ведь дворяне представлялись ему чем-то возвышенным, благородным, но нет. Они те же люди, с теми же пороками, что и у обычных крестьян, просто богаче и родовитей.

День, как обычно, пролетел в гуляниях и Егорка только и успевал, что бегать за редким вином в один из ресторанов. К слову, для Вологды подобное зрелище не являлось чем-то особенным. Обычная практика местных: выжать досуха приезжего лопуха, пока он не схватился за голову от чудовищных трат.

Всё окружение барона разыгрывало из себя удивление и восхищение, хотя в тайне посмеивалось над ним. Егорка невольно подслушивал их разговоры и готовился сменить одного богатенького дурачка на другого.

«Это единственный выход: переходить от одного к другому, пока не вернëтся Артëм Борисович».

Да, он будет менять их как перчатки, чтобы выжить.

С утра следующего дня их процессия в тридцать человек выехала на обнаруженную в лесах Брешь. Егорка до этого никогда не видел монстров вживую, так что для него это тоже был первый раз.

Он любил слушать захватывающие истории Беса про сражения с бесчисленными ордами тварей, про подвиги сычовцев и как ими командовал Артём Борисович. В голове рисовалась картинка, которой хотелось следовать, именно поэтому он с таким рвением приступил к практике стихии молний.

В деревне он из сверстников одним из первых научился читать, это ему далось с очевидной лёгкостью, но подобное занятие бесполезно, потому вскоре забросил. Некогда ему было читать книжки — буквами семью не накормишь. Однако вскоре всё так резко поменялось, что он отказался от старых взглядов.

Личный пример Барятинского, внезапно выбравшегося с самого дна, вдохновил его поменять и свою жизнь. А чем он, Егорка, хуже?

Отряд отборных головорезов барона ничего не боялся и уверенно шёл к намеченной Бреши. По ликвидаторским сводкам им ничего не грозило, поэтому Аркадий хорохорился и достаточно громко разговаривал, заражая своим оптимизмом окружающих.

Наёмники, понятное дело, щурились и молчали, эти люди привыкли, что за пределами городов ничего весёлого нет. Собственно, именно за их угрюмые сосредоточенные рожи и были заплачены большие деньги. Это их забота — охранять дворянина. Так думал Аркадий Павлович.

— Долго ещё? — крикнул он командиру ликвидаторов.

— Минут десять, Ваше Благородие.

— А то уже руки чешутся.

— Ничего, этого добра тут на всех хватит, — усмехнулся маг и Егорке не очень понравилась эта реакция.

Он было делом подумал, что барона хотят ограбить в этой глухомани, а его как свидетеля почикать, но, когда увидел вдалеке чёрный портал, подуспокоился.

— Моё копьё, — расправив плечи, велел Аркадий и в руку тут же вложили земляной артефакт, отдающий чуть заметным коричневым свечением.

«Процентилей семьдесят», — навскидку прикинул уже опытный Егорка. На службе у Артёма Борисовича он много чего узнал о зачаровании и даже разбирался в ингредиентах для оного. Чуть-чуть знаний там, чуть-чуть знаний тут, и он в курсе всего, что твориться в окружении прославленного Барятинского. Надо было оставаться полезным — барон не любил глупцов.

— Смотрите и учитесь, — самодовольно велел он своим холуям и, разбежавшись на коне, удлинил своё копьё магией земли.

Рычащий на него мускулистый бешеный волк, размером с лошадь получил мощный удар прямо в грудь. Кровь расплескалась по снегу, а древко втянулось обратно. Монстр был повержен, а барон сорвал свои аплодисменты.