"Фантастика 2025-97". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Босин Владимир Георгиевич "VladimirB" - Страница 1056

Уже под утро, снимая котел с костра и убирая следы своего присутствия на поляне, Мораг призналась, для чего зелье предназначено. Образно выражаясь, она изготовила анти-амортенцию. Человек, вдохнувший пары зелья, почувствует безумное, непреодолимое отвращение к тому, чьи частицы использовались при варке. Конечно, сила эффекта зависит от дозы. Шейла собиралась распылить эту гадость в комнате Блетчли, она была уверена, что сумеет получить туда доступ, и таким образом избавится от его навязчивого внимания.

Хочется верить, у неё получится.

К тридцатому октября сложилась следующая картина.

Жуткие порождения безумного гения Хагрида росли не по дням, а по часам. Среди наших нашлось достаточно любителей опасных зверушек, заинтересовавшихся соплохвостами, они едва ли не каждый день приходили и фиксировали их параметры. Зачем подвергать себя реальной опасности, мы с Артуром не понимали, но замеры переписывали. Вдруг пригодится?

Грю... Крау… Профессор ЗОТИ потратил несколько уроков, проверяя устойчивость студентов к Империо. Понятия не имею, чего ему стоило наложить заклинания на такую толпу. От десяти до двадцати человек на одном курсе, в зависимости от Дома, тестировали всех, начиная от четверокурсников, то есть суммарно более двухсот человек. Даже с учетом перерывов, возникает вопрос – он великий маг, что ли? И второй – как у него крыша не поехала? Хотя, возможно, уже.

Лично я Империо сопротивляться не стал осознанно. Почуял воздействие, выделил его и решил, что показывать реальные навыки не стоит. Многие из наших поступили так же. Незачем демонстрировать одиозному бывшему аврору своё знакомство с менталистикой или кое-какими практиками, повсеместно признаваемыми запрещенными.

Профессорский состав по школе носился нервный, дерганый. Больше всех волновалась Макгонагалл, у бедной тетки под глазами появились огромные черные круги. Снейп перестал язвить и сходу назначал отработки, не ограничиваясь баллами. Зато он наконец-то прижал Малфоя, тот ходил пришибленный, даже с Поттером почти не задирался. Однажды вечерком заглянул Флитвик, сделал объявление:

— Наш Дом назначен ответственным за приём гостей из Шармбатона. Это большая честь; задача, которую, уверен, мы исполним с достоинством. В Шармбатоне учатся представители многих национальностей. Французы, а не лягушатники, итальянцы, а не макаронники, — почему-то декан посмотрел на меня. – Иноземные школы пришлют к нам лучших своих учеников, отнеситесь к ним с уважением. Приедет не более двух десятков волшебников и волшебниц, к каждому будет приставлен куратор из старшекурсников, которому надлежит провести экскурсию по Хогвартсу и в дальнейшем оказывать всяческую поддержку своему подопечному. Они пробудут здесь до конца учебного года. Заниматься гости станут по своей программе, в исключительных случаях обращаясь к учителям нашей школы, однако доступ к библиотеке, мастерским и теплицам им будет предоставлен. Фактически, они получат те же права и обязанности, что и вы, за рядом незначительных исключений.

О каких именно исключениях идет речь, Флитвик сказать отказался.

Персонал Хогвартса до того старался не ударить в грязь лицом, что затерроризировал всех. Мы, то есть я, Артур и запросившая убежища Луна, отсиживались в тайной лаборатории, многие вороны старались не вылезать за пределы собственных комнат чаще необходимого. Учителя до того задергали гриффов, что те перманентно находились в возбужденном состоянии и носились по замку с безумными воплями. Слизерин наблюдал за беготнёй с надменным любопытством, напряжение змей выдавали внезапно ставшие чрезвычайно отточенными манеры. Барсуки сбивались в большие, чем обычно, стайки, чаще прикасались друг к другу и в целом производили впечатление сжавшейся пружины, ищущей, в кого бы распрямиться.

Лично я до последнего дня прикидывал, не поставить ли на Поттера. Демонстративно, чтобы все видели. Даже речь придумал. Так и представлял себе: зельеварение, Снейп проходит между партами, что-то вещая, говорит о Турнире, о наложенных ограничениях, и тут я спокойным голосом говорю:

«— Простите, сэр. Я сделал ставку, что в число участников войдёт Поттер.

Класс замирает, зельевар резко оборачивается, изумленно вскидывает бровь (есть у него очень характерный мимический жест, ему некоторые старшекурсники подражают).

— Вот как? Довольно странный поступок для ученика Рейвенкло. Вы уверены, мистер Стивенс, что не хотите сменить Дом? Устав в исключительных случаях допускает одну смену.

— В своих действиях, сэр, я руководствовался логикой и расчетами, — с достоинством ответил бы я.

— Да неужто? Быть может, осчастливите слабоумных нас, поведав цепочку рассуждений?

— Конечно, сэр.

Как известно любому, интересующемуся политикой, Министерство неоднородно. Различные группировки постоянно ищут возможность усилить своё влияние, не гнушаясь никакими средствами. С точки зрения партии «зеленых», участие мистера Поттера в предстоящем Турнире является благом – испытания опасны, чемпионы гибнут или калечатся. На крайний случай, можно подорвать его репутацию, выставив в прессе адреналиновым маньяком или жадным искателем славы. «Красных» Поттер в роли чемпиона тоже более чем устраивает, потому что у них появляется возможность получить так нужное им знамя. Не сейчас, через несколько лет, но при правильной подаче информации они получат ядро, вокруг которого кристаллизуют разнородные течения своей партии.

Также не нужно забывать о зарубежных силах. Усиление Британии на международной арене устраивает далеко не всех, скандал с участием несовершеннолетнего чемпиона здорово подпортит имидж страны. Главное, правильно выбрать цель. Поттер, как наиболее распиаренный представитель своего поколения, выглядит вполне подходящей фигурой. Плюс нужно учитывать личные мотивы – он является креатурой профессора Дамблдора, у которого много врагов. Они не откажутся лишить директора инструмента влияния или, самое меньшее, просто испортить ему планы.

Во всех этих группировках хватает сильных магов. Опытных, умелых, решительных.

Таким образом, сэр, можно сказать, что я ставлю не на Поттера. Я ставлю на то, что кто-то из этих неординарных, могущественных личностей захочет вмешаться, рискнёт – и у него получится. Что касается самого мистера Поттера, то иллюзий относительно его умений у меня нет, но в данном случае от него ничего не зависит.»

Красивая речь. Пафосная. Прямо перед глазами возникал класс, застывший Снейп, с восхищением внимающие откровениям одноклассники… Жаль, что остаться ей непроизнесенной. Подобный шаг привлечет ко мне слишком много внимания, чего следует избегать всеми доступными силами.

И ставок я не делал. Понимаю, звучит глупо, но всякий раз, едва я собирался послать письмо маме с указанием, сколько и на кого ставить, возникало острое чувство совершаемой ошибки. Будто некто безликий равнодушно смотрит в затылок и ждёт. Маги к подобным предупреждениям относятся всерьёз, так что я поумерил аппетиты.

Вечером тридцатого нас построили в колонны и вывели на поле перед замком. И ученики, и учителя выглядели взбудораженными – кроме директора, с благостным видом наблюдавшего за суетой. Погода стояла прохладная, зато без сильного ветра, поэтому согревающие чары обеспечивали нужную температуру и стоять было комфортно.

— Луна взошла, — заметил Артур. – Говорят, в Дурмштранге один из преподов – вампир.

— Кто вампира в замок с детьми пустит?

— Если клятвами обложить, то почему бы и нет? На востоке к нелюди относятся терпимее, чем у нас.

— Да во всей Европе отношение к другим расам лучше, чем в Британии. Наше Министерство считается самым расистским. Кстати, — чуть не хлопнул себя по лбу. – Вроде бы в составе делегации Шармбатона прибудет вейла-полукровка. Артефакты с собой?

— Нет у меня таких защиток, — принял озабоченный вид друг. – Придется умострильное с зельем памяти мешать.

Способности вейл воздействовали напрямую на подсознание, поэтому большинством артефактов окклюментного типа не блокировались. Надежным методом защиты от влияния огнептиц являлась смесь парочки зелий, но она была токсичной и обладала рядом побочек. Например, взрослым гарантировала импотенцию на ближайший месяц после принятия.