"Фантастика 2025-97". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Босин Владимир Георгиевич "VladimirB" - Страница 616

Озадаченное лицо Дениса, на котором прочесть мою правоту не составило труда, рассмешило меня и по кухне разнесся мой заливистый смех. Я смеялась так, что из глаз полились слезы. Всхлипывая, вытирала их рукавом парадного кителя, снова смотрела на Дениса, явно сомневающегося в моей вменяемости, и снова смеялась. Только минуты через две смогла отдышаться и выдавить из себя:

– Истархов, окно открой. Не собираюсь я бросаться с семьдесят четвертого этажа.

– Да ты почти вылезла в него! – прошипел Дэн.

– Только потому, что твоим развратом провоняла вся квартира, – спокойно ответила я, и оттолкнув его плечом, заказала у кухонного автомата с напитками ромашкового чая.

Повернувшись, увидела застывшего Дениса. Он сглотнул и прошептал:

– Раньше тебя не раздражал мой запах.

– Так своё, оно не пахнет, Истархов, – улыбнулась я, – а ты с сегодняшнего дня и до скончания времен больше не мое.

– Аля… – он нервничал. Он всегда натирал костяшки пальцев, когда нервничал, – позволь мне объяснить.

В этот момент на кухню выплыла пассия Дениса. Лицо вошедшей показалось мне смутно знакомым. Кажется, я видела ее в летной школе. Девушка училась на курс младше и Дэн преподавал у них космическую навигацию.

– Здравствуйте, – девица оказалась еще и вежливой, – меня зовут…

– Не люблю перегружать память лишней информацией, – откровенно нетактично перебила ее я, поворачиваясь спиной к вошедшей и давая понять, что разговор закончен и она здесь явно лишняя.

– Я позвоню тебе, любимый, – обиженно всхлипнула 'наша гостья' и выпорхнула из кухни, а судя по щелкнувшей в прихожей двери, и из квартиры тоже.

– Она позвонит тебе, любимый, – на всякий случай перевела я слова девушки Денису, который снова подозрительно застыл.

Пискнул автомат с напитками и за стеклом появилась дымящаяся чашка. Проходя мимо соляного столба Дениса помахала у него перед глазами ладошкой.

– Э-ээээй! Отомри! – скомандовала я, доставая вожделенный напиток, – кто-то грозился рассказать, как непослушный, самостоятельный член в обход хозяина нагло прыгает в чужие рты.

Усевшись за стол, с наслаждением отхлебнула ароматного чая. Прикрыв глаза, я чувствовала, как приятное тепло стекает по пищеводу, словно размораживая меня изнутри. Нет, все произошедшее до сих пор казалось мне халтурно-снятым фильмом, где события происходят с кем угодно, но только не со мной, Алькой Верник. Потому что со мной такого произойти точно не могло. Еще утром Денис шептал слова любви, обнимал, целовал, желал удачи и всего через несколько часов я застаю…

Рядом скрипнул отодвигаясь стул. Не открывая глаз, почувствовала, как Денис присел рядом.

– Алька… Аленький… – начал он, накрывая мою руку, свободно лежащую на столе, своей. Я дернулась, словно до меня дотронулась ядовитая змея.

– Не смей называть меня 'Аленький', Истархов! – распахнула глаза и грозно посмотрела на него.

– Хорошо, – выдохнул он и весь как-то сдулся, плечи поникли, руки опустились, – Аля, на дворе двадцать пятый век, верность уже давно стала устаревшим понятием. Ну, что такого страшного произошло? Ну позабавился я с симпатичной девочкой, но люблю то я только тебя!

– Истархов, – меня аж перекосило от накатившей брезгливости, – ты, вот сейчас, говоришь серьезно? Ты правда так думаешь или тебе просто нечего сказать?

– Я мужчина, Аля, – он как будто не заметил моей реакции и продолжал, – а мужчинам свойственны некоторые вольности, более того – они для мужчин нормальны. Ты слишком неопытна и скованна в постели, и закономерно, что я искал на стороне определенного разнообразия.

– Раскрепощенности искал? – прошипела я сквозь зубы.

– Да, – на автомате подтвердил Денис, а потом взглянул на меня и задумался, – неужели перестало действовать? Ну да… Уже ведь год прошел.

Его последний вопрос был мне непонятен, да и не относился он ко мне. Словно Денис спрашивал сам себя. Поэтому я насторожилась и решила уточнить:

– Что именно перестало действовать?

– А? Что? – встрепенулся Дэн, но быстро взял себя в руки, – не бери в голову. Так… Ерунда одна…

– Истархов, расскажи мне все по-хорошему. Сам, – тихо предупредила я, – что именно перестало действовать?

– Аля, поверь, это не относится к тому, что сегодня произошло.

– Верю. Но это относится к моей реакции, на то, что произошло, не так ли?

– Ну… – рассмеялся он, а я заскрипела зубами от злости, – неужели ты веришь в сказки и во всю эту волшебную чушь?

И тут в моей голове всплыл наш шуточный разговор с Хуней и пазл сложился.

– Приворотное зелье? – выпалила я.

– Откуда… – начал было он, но продолжил, – не говори глупости…

– Истархов, если ты не признаешься сам, то я завтра же пойду и сдамся в медлабораторию профессору Крупсу, чтобы он выяснил какое посторонее вещество или его остаточные компоненты годичной давности содержатся в моей крови и с какой целью они туда попали. Наш эскулап очень любит работать с соединениями, оказывающими на человека психологическое воздействие, подавляющими его волю или принуждающими совершать что-то ему не свойственное, – начала я тихо, а под конец моей гневной речи уже просто орала на Дэна, – ты, видимо, слишком увлекся своей навигацией и плохо изучил действующее законодательство. Так вот, использование таких препаратов на Земле карается пятилетними принудительными работами на благо Отечества. Расскажешь честно или я иду к Крупсу?

– Расскажу, – обреченно вздохнул Дэн, – все началось с шутки. Ты ходила по школе, вся такая гордая, неприступная, желанная для каждого и в то же время ничья. Ты даже не замечала, как облизываются все мужчины, провожая тебя взглядом. Красивых женщин, их много, Аль, а такая, как ты – одна. И я хотел тебя, хотел так сильно, что порой видел во сне, как мы…

– Денис! – крикнула я на него. На самом деле, очень хотелось ударить, сделать больно, сделать гораздо больнее, чем сделали сегодня мне. А каждое слово Истархова словно нож впивалось в меня. Как же дико больно, когда тебя предают. А предательство дорогого человека в сто крат больнее.

– Как-то субботним вечером, за кружкой пива и не только, в нашем любимом баре собрались я и еще несколько офицеров нашей школы, разговор зашел о тебе, о неприступной Альке Верник. К тому моменту мы изрядно набрались и поспорили, что я смогу тебя охмурить и ты станешь моей, что я завоюю тебя в течении месяца. – Мои ладони под столом непроизвольно сжались в кулаки, – только утром, Аля, я осознал, как сглупил. А через неделю, когда ты отвергла три моих приглашения, наступило отчаяние. Ты даже не соблазнилась свободным полетом на учебном истребителе вокруг планеты, а я целый день потратил, чтобы все организовать. Тогда, потеряв всякую надежду завоевать тебя честно, отправился в Лунгород на черную барахолку и приобрел то приворотное зелье у какого-то шамана с Тсуры, а на следующий день в столовой капнул несколько капель в твой стакан с соком.

– Это тогда, когда после экзамена ты сидел рядом и держал меня за руку, объясняя промахи курсантов в полете? – осенило меня. Тогда я сидела в столовой, пила сок и недоумевала, почему я всегда отталкивала этого милого и прекрасного мужчину, как я могла не заметить его ума, красоты, учтивости, а оказывается – это были вовсе не мои мысли.

– Да, – он вновь попытался найти под столом мою руку, но я упрямо одернула ее, – в тот вечер, ты первый раз пошла со мной на свидание. Помнишь, Алень… Аля. Как нам тогда было весело? Мы катались на каруселях, ели мороженное и я выиграл для тебя в тире твоего любимого мягкого тигра. И хотя в тот день между нами больше ничего не произошло, домой я летел на крыльях и никак не мог поверить, что ты была со мной.

– Что же случилось потом, Денис? Твое счастье было недолгим?

– Да, Аля! Да! Эйфория схлынула так быстро, что я и оглянуться не успел. Ты была так близко и так далеко одновременно! Ты была со мной, ты говорила со мной, спала со мной… Но это была не ты, Аля! Это была живая кукла! Это было чертово зелье! От выигрыша я отказался, потому что всего лишь раз побыв с тобой, я понял – ты мой наркотик. Я хотел тебе рассказать… Хотел во всем признаться, прекратить все это, но я не нашел в себе сил… Приходил домой, видел твои глаза и… не мог в них смотреть! Не мог! Сначала начал задерживаться, прикрываясь работой, одно время выпивал, но возвращался к тебе, я всегда полз к тебе, Алька, потому что без тебя было в сотню раз хуже! Парадокс! Видеть тебя не мог, а не видеть не мог еще больше. Я страдал! Никак не мог вырваться из этого замкнутого круга, а потом появились другие женщины, которые, пусть мимолетно, но дарили подлинные чувства. Чееееерт!!! Аля!!! Но сколько бы их ни было, на их месте я все время представлял тебя!!! Я возвращался к тебе, как побитая собака, и падал в ноги. Я готов был скулить, вымаливая твою улыбку… И эта твоя Фархунда, она всегда смотрела на меня, словно видела насквозь, всегда в чем-то подозревала! Да, она ведьма!