Принцесса и Ко (СИ) - Цветкова Виктория - Страница 38

Да, это хорошая мысль. Лучше самой пойти в наступление, чем сидеть здесь и отбиваться от досужих вопросов любопытных кумушек. Если им интересно, пусть сами находят ответы.

Случайно посмотрев влево, наткнулась на горящий ревностью взгляд красавицы-брюнетки. Та даже прикусила пухлую нижнюю губку, наблюдая, как мы с герцогом мило воркуем. Если красотка в бордовом нахмурит себе морщины на переносице и на лбу, я, так уж и быть, продам ей своей крем.

Однако вскоре наши разговоры пресекла графиня, которой шушуканье по соседству мешало наслаждаться арией «Разбитой мечты», в исполнении главного героя. Замечательный, кстати, у него баритон, такой же глубокий, как у Ли дей’Хеллига. Однако не настолько волнующий. Последняя мысль — явно непрошенная и залетевшая мне в голову непонятно откуда — была яростно изгнана.

Второе действие закончилось сценой на рынке, где подруги прекрасной цветочницы из лучших побуждений нашептали о готовящемся брачном обряде в храме Теи. Тонкая фигурка упала на подмостки, и занавес скрыл страдалицу. Я вздохнула с грустью и… облегчением. Шумная это все-таки вещь — опера.

— Сэйнн, я пригласил нашу гостью прогуляться по галерее. Вы останетесь здесь или присоединитесь к нам?

— Думаю, мы пройдемся до буфета, — ответил за супругу Келиан дей’Ловер.

Герцог подал мне руку, но только я ее приняла, в дверях возник рослый лакей в цветах королевского дома — черное с серебром. Он отвесил поклон и проговорил звучным голосом:

— Его величество король Дитрик призывает Его Светлость герцога Винсентского и его юную спутницу в свою ложу.

У меня отнялись ноги, и я довольно неэлегантно шлепнулась обратно в кресло.

Что это значит? Мое смятение усиливалось тем, что спутники тоже не были спокойны.

— Зачем он зовет вас, как думаешь, Ли? — спросил граф.

— Понятия не имею.

— Возможно, вопросы по управлению провинции, а?

— Обычно его величество не занимается делами в театре, — возразила графиня. — Это раздражает королеву.

Ее брат едва заметно пожал плечами и второй раз подал мне руку.

— Нам пора, Тера. Король не любит ждать. Не волнуйтесь, скорее всего, его величество желает узнать имя прекрасной незнакомки. Вот и все.

— Наш король уважает находчивых и смелых, дорогая. Так что не теряйтесь! — напутствовала графиня, когда мы выходили из ложи.

В довольно узком коридоре творилось настоящее столпотворение. Чтобы достичь дверей в королевскую ложу, нам пришлось пробираться сквозь шеренгу придворных всех мастей. Адъютант в серебристом мундире прищелкнул каблуками, вытянувшись по-военному перед герцогом. Скользнул настороженным взглядом по мне и предложил нам войти.

Мы ступили в ложу и почтительно склонили головы. Несколько ярких бра освещали помещение; бархатная портьера отгородила венценосную чету от зрительного зала, превращая ложу в уютную комнату. Прекрасная королева Иоланта сидела рядом с супругом. Длинные белоснежные волосы, заплетенные в сложную эльфийскую косу, были перевиты жемчугом. Черное платье с серебристой отделкой корсажа удивительно подходило ей, дополняя образ величественной и могущественной правительницы. Светло-зеленые глаза с эльфийским разрезом были словно два глубоких таинственных лесных озера. Разгадать, что в них таиться — одобрение или негодование — у меня не вышло.

Дитрик I был в черном камзоле безо всяких украшений. Небрежно закинув ногу на ногу, он просматривал сообщения на маговизоре, но, едва мы вошли, сразу убрал артефакт связи. Прекрасное лицо короля выражало радушие, на губах играла легкая улыбка, но голубые глаза монарха смотрели изучающе, и выдержать его взгляд было непросто.

— А, Винсент! Рад видеть вас в добром здравии, мой друг. Мне, разумеется, докладывали о покушении. Представьте нам вашу спутницу. Неужели это и есть ваша спасительница? Мне говорили, что это девушка простого звания.

Все взоры обратились на меня. Вот сейчас гнев короля обрушится на мою бедовую головушку. Захотелось убежать, спрятаться, но я заставила себя стоять с прямой спиной и высоко поднятой головой.

— Ваше Величество, госпожа Тера Эдденби помогла мне в трудную минуту. Эта прекрасная девушка решила посвятить себя коммерции.

Я поклонилась, стараясь совместить почтительность с достоинством.

— Такая юная и уже свое дело? Превосходно! — похвалила королева. — Но, как верно подметил мой супруг, ваша внешность выдает благородное происхождение. Более того, вы мне кого-то напоминаете. Не могу сейчас вспомнить кого, но, увидев вас, я подумала о виденном когда-то старинном портрете. Ты не припоминаешь о какой картине я говорю, Рик?

— Нет, дорогая, — покачал головой мужчина, продолжая с интересом разглядывать меня. — Мне госпожа Эдденби не кажется знакомой. Я слышал, вы весьма бойко ведете дела, и в этом зале уже немало перспективных клиентов. Поверьте, визит в королевскую ложу также послужить славе вашей марки.

Король говорил мягко, вальяжно растягивая слова, однако последняя часть фразы резанула мой слух. То ли нечистая совесть, то ли в самом деле, послышался скрытый упрек в том, что я взяла на себя наглость воспользоваться названием «Принцесса».

— Благодарю вас, Ваше Величество. Клянусь, я не посрамлю свою торговую марку.

— Очень на это надеюсь. Однако вы прекрасно начали, и это наполняет меня гордостью, так как проект «государственного усыновления» уже приносит плоды. Многие критиковали открытие ремесленных школ в провинции. — Блондин глянул на королеву. — И ты, дорогая, ворчала на меня, помнишь? Однако поросль вот таких молодых, энергичных и хорошо образованных коммерсантов, несомненно, послужит на благо государства. А заодно разрушит средневековые принципы торговли, которые до сих пор царят в гильдиях.

Королева не стала спорить и ласково улыбнулась супругу, а затем перевела задумчивый взгляд на мое лицо.

— Где я все-таки видела эти черты? — прошептала она, витая в своих мыслях.

Такое внимание к моей персоне, заставило щеки загореться румянцем смущения. Ли тихонько пожал мою руку, что меня несколько успокоило.

И тут…

— Вы видели эту красавицу на портрете, тетушка. — От прозвучавшего от входа низкого мужского голоса у меня каждый волосок на затылке встал дыбом. — Он висит в Южной галерее вашего дворца. Кажется, пятый слева. Подростком я любил рассматривать выдающихся чародеек былых эпох. Мне казалось, что некоторые словно живые и сейчас сойдут с полотна. И, кажется, одна из них действительно пришла к нам сегодня.

50

Линард дей’Хеллиг, 22-ой герцог Винсентский

В королевской ложе воцарилась тишина, лишь слабое жужжание голосов в зрительном зале напоминало, что в мире еще остались звуки.

Я видел, как испугалась Тера. Побелела. Пальчики, цепляющиеся за мой локоть, судорожно мяли шелк рукава. Еще бы, эти некроманты хоть кого напугают! Жуткие типы. Болтовня о похожести Теры на кого-то меня утомила. К чему обсуждать это? У нас вся знать похожа друг на друга из-за родства с эльфами! А уж упоминание Южной галереи… Я бывал в этом мрачном переходе. Развешанные там портреты ведьм призваны служить назиданием живущим. Хм, никто из тех злодеек ничем не поразил меня и не запомнился.

Я шагнул к принцу, прикрывая собой хрупкую фигурку девушки.

— У подростков, порой, такое богатое воображение! — процедил я холодно. — Но мы, к счастью, в реальном мире, Ваше Высочество. Уверяю, моя спутница не имеет никакого отношения к чародейкам прошлого.

По губам иностранного принца скользнула непонятная улыбка. Он примирительно склонил голову.

— Не принимайте на свой счет, Винсент. Я всего лишь напомнил тетушке, где она видела подобные черты.

Ага, конечно! Но тогда, зачем эти намеки? Я продолжал непримиримо смотреть на принца. Однако разгорающийся спор погасила королева.

— Благодарю, Истиан, мой мальчик. В последние годы я не посещала Южную галерею. Вероятно, ты прав, и, разумеется, это лишь случайное сходство. — Она улыбнулась племяннику. — Где же твоя прелестная жена?