Когда я закрываю глаза - Рид Ава - Страница 43

На лице у мамы было написано сочувствие, она улыбалась. Заметив это, я кивнул и тоже улыбнулся. Мама заслуживает того, чтобы я ей все рассказал.

– Да. Мы немного посидели. Мам, я… я знаю, ты переживаешь, но все в порядке.

– Я всегда буду за тебя переживать. Как и за Нору.

– Последние три года были непростыми, – признался я, поставив стакан. – И Нора приложила к этому руку. Было бы нечестно скрыть это от тебя. Теперь Нора изменилась, – я перевел дух. – Все ведь совершают ошибки? – этот вопрос и меня самого вверг в отчаяние.

– Сэм, – заговорила мама явно под впечатлением, – это сродни самоубийству.

– Нора не виновата. В школе есть несколько типов, которые отравляют мне жизнь. Да, было тяжело, однако… Это я так решил, – последние слова прозвучали более пылко, чем мне хотелось.

Скривив губы, мама кивнула.

– Я принимаю, что нам с папой ты рассказываешь не все, что какие-то вещи ты проработал на терапии, но мне очень тяжело. Я люблю тебя. И очень грустно слышать, что Нора навредила тебе, хотя я подозревала, что без нее не обошлось. Но я постараюсь ее простить, как это сделал ты. Жизнь устроена сложно, и люди тоже. Это твое решение, ты уже взрослый, и мы тебе доверяем. Только прошу, береги себя. И обращайся к нам за помощью, если она тебе понадобится. Мы поддержим. Мы всегда тебя поддержим, – улыбнувшись, мама обняла меня. – Сэм, я так тобой горжусь.

– Спасибо, – прошептал я, обняв ее в ответ.

Мама погасила свет, и мы вместе поднялись наверх. Оказавшись в своей комнате, я выдохнул. Всегда думал, что, умалчивая о своих трудностях, я облегчаю маме жизнь. Но это была ошибка. Она знала достаточно, и легче ей не становилось.

Надеюсь, что смогу выполнить ее просьбу беречь себя. Надеюсь, что я прав насчет Норы и неправ насчет нашего будущего. Меньше всего мне хочется, чтобы она пережила все, что выпало на мою долю. Честно говоря, я и сам не горю желанием пройти через это снова. Но что поделать, пока существуют люди вроде Йонаса, которые по каким-либо причинам самоутверждаются, унижая других, заставляя их чувствовать себя ничтожествами, – такое будет происходить и дальше.

Я достал из кармана телефон. Одно новое сообщение. От Норы.

Сердце танцевало в груди. Счастливо, радостно, но в то же время спокойно. Сегодня оно билось уверенно.

Вместе мы все переживем.

29

Нора

Сэм уже ждал меня. Вчера я легла слишком поздно и из-за этого проспала. Вот же! Заплетя простую косу, я надела свободные полинявшие джинсы, кроссовки и удобный черный пуловер. Схватила школьную сумку и бегом бросилась вниз.

Папа наливал кофе в свой термос, а полусонная Лу жевала бутерброд с джемом. Рядом сидела мама.

– Я ухожу, Сэм подбросит меня, – радостно объявила я им.

Все вдруг замерли.

– Сэм подвезет тебя до школы?

– В яблочко. Мам, тебе не нужно возить меня. Ни о чем не беспокойся.

Усмехнувшись, мама кивнула:

– Рада за вас.

Лицо у папы было такое, что я прыснула.

– Нора выиграла в лотерею? Чему ты так радуешься? Что я пропустил?

Как я и говорила, мои родители хороши каждый по-своему.

Мама подошла к папе, который как раз закрыл термос, и потрепала его за щеку:

– Ничего, милый.

– Хорошего вам дня!

Я чмокнула Лу и весело рассмеялась, почувствовав на губах вкус джема. Лу тоже захихикала. Помахав родителям, я схватила куртку и счастливая выскочила из дома. Сэм уже ждал меня.

Восхитительное чувство – видеть, как он стоит у скутера, как протягивает мне шлем, как застенчиво улыбается.

– Доброе утро, – сказал он.

Я неловко поздоровалась – не знала, как говорить ему «Привет» после нашей беседы и поцелуя. Мы виделись на выходных, но тогда было легче. Сэм, судя по всему, испытывал то же самое: он напряжен, на щеках легкий румянец. Он надел шлем, и я последовала его примеру. Время у нас есть. Мы начнем становиться лучше вместе, учиться друг у друга.

– Готова? – спросил Сэм, когда я наконец удобно уселась и прижалась к нему. Я показала большой палец, Сэм тут же надавил на газ, и мы поехали вперед, к началу новой жизни.

– Я нервничаю, – тихо призналась я Сэму. Мы слезли со скутера и теперь стояли на школьной парковке. Здесь меня охватила тревога.

Раннее утро, немного туманное, но не такое холодное, как предыдущие. День обещал быть замечательным, солнечным.

Понедельник.

Три дня назад я порвала с Йонасом.

Три дня назад Сэм поцеловал меня.

Три дня назад я получила второй шанс – не в ночь аварии или в миг пробуждения в больнице, – и я не упущу его.

– Жалеешь? – улыбнулся Сэм. В его голосе слышалась неуверенность. Он выглядел заспанным, будто всю ночь не сомкнул глаз. Наверное, он на взводе, как и я.

Я взяла Сэма за руку, переплела свои пальцы с его. Это придало мне сил.

– Ни капли, – честно сказала я и улыбнулась ему в ответ.

Держась за руки, мы шли по территории школы. На нас устремились взгляды, на мне они задержались дольше обычного. Все поглазели на нас, заметили, что мы держались за руки, что мы вместе, и теперь наступила следующая фаза: перешептывания. Сарафанное радио. Пересуды, сплетни, удивленные возгласы, разбор и анализ, за которым последует оценка.

Мне все равно. Но это неприятно.

У меня выступил пот. Я заметила, как Сэм опустил голову, и крепко сжала его руку.

– Не делай этого, Сэм. Пожалуйста, – шепотом попросила я.

Сэм тут же выпрямился. Я видела, что это стоило ему немалых усилий. Он бледен и молчалив. Совсем не такой, каким был в пятницу и в выходные, когда мы часами болтали по телефону, в субботу, когда я пришла к нему в гости с потрясающим фруктовым тортом, который испекла моя мама. Попросив испечь торт, я не рассказала ей о нас с Сэмом, но уверена – она догадалась, что мы теперь вместе. Это правильно.

У нас нет совместных уроков. Придется ждать следующего учебного года, тогда мы сможем выбрать одни и те же предметы, до летних каникул уже ничего не изменить. На уроках мы будем поодиночке.

Вдруг кто-то захлопал в ладоши.

Йонас. Внутри у меня все задрожало, горло свело спазмом.

– Вот и встретились два идиота!

Он вразвалочку подошел, не сводя с нас высокомерного взгляда. За ним следовали Элла, Тим и Кай с Фионой. Тим избегал смотреть на меня, у Эллы на лице читались заносчивость и отвращение, Кай с Фионой просто ждали шоу. Я видела их насквозь, как никогда прежде. Мне жаль их. Их всех.

– Сюда нельзя, – Йонас снова подал голос. Он возвышался перед нами, стоя между постройкой, в которой они обычно встречались, и входом, ведущим в нужное нам крыло.

– Нор, ты меня ужасно разочаровала, – сокрушалась Элла.

Не выдержав, я рассмеялась.

– Могу сказать то же самое. Никак не пойму, почему когда-то хотела быть, как вы. Я наделала много ошибок, но то решение было самым отвратительным в моей жизни, – процедила я, не думая отступать. Только крепче сжала руку Сэма.

– Ах ты неблагодарная сволочь, – рявкнула на меня Элла.

От ухмылочки Кая меня тошнило. Неблагодарная? Я помогала ей с проектами, со всеми эссе, пару-тройку раз делала за нее домашнюю работу… Боже мой, как же слепа я была.

Ответить я не успела – Йонас снова заговорил:

– Проваливай, Нора. Здесь тебе ловить нечего. И забери с собой эту тряпку, – он двинулся к Сэму, но я преградила ему путь.

Они заржали.

– Мямлю защищает девчонка! – не унимался Кай.

– Пойдем к другому входу, – сказал Сэм. – Это того не стоит.

– Нет уж.

– Слушай своего дружка, Нора, – Йонас вперил взгляд в Сэма. – Или кто он там.

– Спасибо, но мне нравится этот вход, – я попыталась обойти Йонаса, но тут же столкнулась с Эллой и остальными. Сэм потянул меня за руку.