Хрустящие булочки от попаданки (СИ) - Минц Мария - Страница 29

– И правда, – растерянно произнесла я, – но я тогда всё списала на излишнюю чувствительность и восторженность.

Рэйвенн покачал головой.

– Это твой хлеб, Милена, – безапелляционно отрезал он, – я тоже кое-что увидел.

– Ты?! – вырвалось у меня. Я уставилась на него во все глаза. Изумление тут же превратилось в горделивый восторг от самой себя.

Этот бесчувственный индюк всё-таки что-то почувствовал! Я знала, я сразу догадалась! Только решил виду перед всеми не показывать!

Рэйвенн кивнул и, оттолкнувшись от столешницы, выпрямился. Сложил руки на груди и уставился в пустоту перед собой; его глаза затуманились.

– Нанни… – неожиданно его голос потеплел, и в нём даже промелькнула нежность, – именно такой хлеб пекла моя няня в детстве. Мне тогда было пять лет. Её звали Хильда, но я звал её Нанни. Она была очень добра ко мне – рассказывала сказки, сидела со мной, когда я болел, а однажды кинулась в ледяное озеро, чтобы вытащить меня, когда я катался на коньках и провалился под лёд… мне тогда было пять лет.

Я смотрела на него, боясь даже вздохнуть. Неужели и у такого индюка было такое хорошее и доброе детство?

Неужели он кого-то по-настоящему любил?

Даже его лицо неуловимо изменилось. Куда-то ушла жёсткость и непреклонность, оно наполнилось светом, словно из-зпод маски сурового хищника на миг проглянул тот самый мальчик, который так любил свою няню…

Сердце защемило, и я удивилась этому ощущению. Мне что же, впервые стало жалко индюка?

– Я часто просил её испечь этот хлеб, – по губам Рэйвенна промелькнула усмешка, которая уже не была жёсткой, а, скорее, горько-ироничной, – она называла его Кёрнхенн – “Зернышко”, и часто добавляла в него ещё и тыквенные семечки – мне нравилось доставать их оттуда и есть отдельно.

– Ого! – не удержалась я, – спасибо за идею!

Точно! И как я только не вспомнила про тыквенные семечки! А ведь они придают хлебу лёгкий ореховый привкус и отлично сочетаются и с кунжутом, и со всем остальным.

Орландо вздёрнул бровь.

– Пользуйся, – пожал могучими плечами он.

– А что случилось с Хильдой? – осторожно спросила я, – Она ушла на пенсию?

И тут же пожалела о своём вопросе. Ледяная маска неприступной суровости вновь упала на лицо Рэйвенна.

– Моя мать выгнала её, – безэмоциональным голосом отрезал он, – сразу после того, как она вытащила меня из озера.

– За что?! – возмутилась я, – Она же спасла тебя!

– Спасла, – с горькой иронией хмыкнул Орландо, – а фамильный медальон, который соскользнул с моей шеи и утонул в том озере, она спасти не смогла. Как итог, Хильду выгнали, даже не дав долечиться – после ныряния в озеро она слегла с воспалением лёгких, а ей на смену взяли Говарда. Он стал моим гувернёром, и я его ненавидел.

Последнюю фразу он произнёс очень быстро и с неприязнью, словно хотел поскорее избавиться от этого воспоминания.

А, договорив, тут же спохватился и вновь уставился на меня. Его глаза вновь стали осмысленными и жёсткими.

– Так как ты этого добилась? – рыкнул он, и я увидела прежнего индюка.

Разочарованно вздохнула. Ну зачем! Так же хорошо общались. Мне даже показалось, что я увидела в нём что-то человеческое…

Развела руками.

– Без понятия, – честно ответила я, – оно как-то так само вышло, клянусь!

– Может, ты действительно ведьма? – задумчиво проговорил Рэйвенн, меряя меня изучающим взглядом. Милена внутри сжалась, а я, наоборот, расправила плечи и фыркнула.

– Никогда никаким ведьмовством не занималась! – отчеканила я, – Хочешь верь, хочешь – нет, мне всё равно. Я честная женщина, профессиональный пекарь и за свои слова отвечаю!

– Опять ты несёшь какой-то бред, – нахмурился Рэйвенн, – и как в тебе только это сочетается, Милена? Безумие и неожиданное мастерство.

Вспыхнув, я со стуком поставила сковородку на прилавок и сухо сказала:

– Так, дружочек-пирожочек! Если мы всё выяснили, то, думаю, тебе пора. У меня ещё полно дел, с которыми я планировала разобраться до вечера.

Неожиданно герцог усмехнулся. Одним резким движением накрыл мою руку своей широкой лапищей и припечатал к прилавку так, что я не смогла даже пошевелить ей.

– Пусти! – возмутилась я и задёргала рукой.

Но Рэйвенну было наплевать на все мои усилия.

– Мы не обсудили последний, самый важный, вопрос, Милена, – прорычал он, рывком наклонившись ко мне.

Глава 35

– Какой? – прошипела я, всё ещё пытаясь вызволить руку. Нет, он точно маньяк! И почему никак не хочет оставить меня в покое?

– Колода Динге, – прищурившись, вкрадчиво сказал Рэйвенн, – то, что ты получила лицензию на свою вшивую лавку, не отменяет того, что ты должна её отыскать.

Я была так потрясена, что на мгновения прекратила вырываться. Уставилась на него во все глаза.

– Дружочек-пирожочек, у тебя склероз? – недоумённо спросила я, – Или с головушкой проблемы? Я тебе ещё тогда русским по белому… в смысле, чётко сказала: со своей Колодой можешь катиться подальше! И отпусти мою руку, наконец!

Изумление в глазах Орландо вспыхнуло с утроенной силой.

– Клянусь Праящером, – прорычал он, – со мной ещё никто и никогда так не разговаривал! И эти дерзости я слышу от тебя, Милена!

– Всё когда-то бывает в первый раз! – не растерялась я, – Считай, что у Милены кончилось терпение, и ей надоели твои закидоны. Рука!

Рэйвенн скользнул безразличным взглядом по своей ладони, которая прижимала мою, и вдруг хрипло рассмеялся.

– Не скрою, что такой ты мне гораздо больше нравишься… – жёстко усмехнулся он, вновь окидывая меня совершенно недвусмысленным взглядом.

Я не на шутку напряглась, впервые за последние минуты почувствовав всю серьёзность положения, в котором очутилась.

Милена, как ни странно, отмалчивалась.

Вот чёрт! И где Эрнест, когда он так нужен?!

– А ты мне – нет! – отбрила я, – И Колоду свою ищи сам! Можешь эту напрячь, как её там… Сильвию. Только пусть наденет платье покороче, чтобы удобнее было по местным болотам лазить.

Ума не приложу, откуда взялись болота. Наверное, я слишком разозлилась!

Пальцы Орландо сжали мои. Небольно, но я вскрикнула от неожиданности.

– Ты одна, дорогая моя, можешь знать, где находится Колода, – рыкнул он, рывком наклонившись совсем близко ко мне, – а если нет, так потрудись разыскать своего отца! Мне всё равно, что ты будешь делать, но через месяц Колода должна быть у меня. И твой неожиданно острый язычок тебе не поможет отвертеться!

– Да пошёл бы ты… – прошипела я, но Рейвенн и не собирался умолкать.

– Если же ты будешь сопротивляться, – вкрадчиво пророкотал он, не сводя глаз с моих губ, – тогда можешь попрощаться и со своей лавкой, и с домом, и спокойной жизнью! Я отдаю тебе должное – ты доказала, что что-то из себя представляешь и даже способна печь хлеб, о чем я раньше и не подозревал. Так что я разрешаю тебе вести своё дело и продавать булки, при условии, что ты будешь искать Колоду. Как только вздумаешь артачиться, попытаешься меня обмануть или сбежать – я тут же тебя отыщу, разрушу твою лавку и силой заставлю сделать всё так, как я хочу, поняла?

Пока он говорил, внутри у меня разгоралось настоящее пламя ненависти. Вот гад какой! Самый настоящий бандит!

Ко мне приходила парочка таких, когда я только-только открыла своё дело в моем мире. Правда, в тот раз мне помог участковый и бывший однокурсник, который активно занимался бодибилдингом. А в этот раз кто поможет?

“Эрнест!” – тут же мелькнуло в голове, и, воодушевлённая, я вскинула подбородок и уставилась на герцога. Только было хотела по достоинству ответить ему, как он неожиданно усмехнулся.

И от этой усмешки меня мороз по коже продрал – настолько она была жёсткой.

– Твой оборотень тебе не поможет, – сказал Рейвенн, – ты, кажется, забыла, кто я такой?

– Не забыла! – прошипела я, мечтая только об одном – отвесить ему хорошую пощёчину, – самовлюблённый беспринципный и жестокий гад, который…