Дикая Роза. Семь лет спустя - Коробов (Хуан Вальехо Кордес) Владимир - Страница 42

Роза инстинктивно выгнулась всем телом, мешая этим пальцам, и снова попыталась закричать.

— Кричи-кричи, красотка, — негромко и весело сказала маска с жирными пальцами, — все равно никто не услышит, да и зачем тебе кричать? Ты сейчас получишь большое удовольствие, даже целых три, одно за другим. А трусы тебе не нужны, дурочка!

И он сделал новую попытку снять их.

Роза ощутила, что рот ее чем-то залеплен. Она снова выгнулась, черные пальцы ухватились за край ее трусиков, черная маска оказалась вблизи ее правой коленки, и Роза, насколько могла, двинула ею.

— O-о, стерва! — Эта маска отпрянула от нее. — Прямо в глаз! Ну я тебе сейчас устрою!..

Каким-то инстинктом Роза поняла, что ей не поднять этот пресс на руках, тогда она дернулась, скользя по одеялу. Левая рука ее на мгновение освободилась, подлетела ко рту, и острые ноготки, царапая кожу, наполовину сдернули со рта клейкую ленту. «Паула! На помощь!» — хотела крикнуть Роза, но вырвалось лишь «а-а», и в ту же секунду жирные ладони зажали ей рот. Последовал сильный удар в ее грудь коленом, и она снова оказалась поверженной — в том же положении и с заклеенным ртом.

Роза продолжала отчаянно сопротивляться, изгибаться, биться всем телом, но нападавшие уже освоились и действовали более слаженно.

— А вот и наши трусишки! Такие синенькие, такие маленькие, как это они только налезают на такую хорошую попку! — Жирные пальцы потрясли порванными трусами, отбросили их в сторону, обхватили сжатые колени Розы и стали их с напряжением разнимать. — Не прячь свою красоту, дура, сейчас тебя мой мальчик обрадует… О-о!..

Потные противные руки оторвались от колен Розы, и склонявшаяся над ней квадратная фигура полетела вверх тормашками. Мгновенно ослабли, а потом и вовсе отпустили ее зажимы на руках и ногах. Роза сгруппировалась, вскочила и увидела Паулу, которая носилась, как метеор, между тремя противниками, нанося им ощутимые удары.

Роза мгновенно ощутила себя дикой девчонкой с Вилья-Руин и, не обращая внимания на свою полную наготу, кинулась на подмогу подруге. Вдвоем, применяя выпады ногами, они сначала хорошо держались против троицы в черных масках, а потом все увереннее стали теснить их. Роза изловчилась и сильно, как по футбольному мячу, ударила в промежность того насильника, который сорвал с нее одежду. Он охнул и осел на траву. Двое других оставили попытки нападения и рванули через кусты к забору. Вгорячах Роза кинулась бежать за ними, но колючие ветви быстро охладили ее пыл. Она вернулась и побежала по тропинке. Паула последовала за нею.

Они догнали противников лишь тогда, когда те уже подтягивались на ограде и спрыгивали на другую сторону. Паула полезла наверх, а Роза остановилась, вдруг осознав, в каком она виде. Покачала головой, сдернула наконец-то пластырь и опустилась на траву у стены.

— Все! Сели в черный «мерседес», номер отсюда не разглядеть. Уезжают! — прерывисто дыша, комментировала Паула, сидя на заборе. — Но там, в саду, остался третий! Побежали, Роза!

И они снова побежали по тропинке, но никого не обнаружили ни на месте их сражения, ни в ближних, ни в дальних зарослях. Прошли в беседку, у входа в которую валялся учебник Паулы. Роза села на скамью и стала осматривать себя.

Когда она подняла глаза, то увидела, что Паула сидит у входа, держит на коленях книжку и беззвучно плачет.

— Паула! Что с тобой? Все уже позади, мы их победили. Если бы не ты, то они могли бы сотворить со мной самое страшное!

— Ах, Роза! — девушка отвечала сквозь рыдания. — Если бы не я, то ничего подобного вообще бы не могло быть!..

— Что ты такое говоришь? Перестань сейчас же! Это у тебя нервное, я сама сейчас вся внутри дрожу…

— Нет, Роза! Я, наверное, никогда не стану настоящим полицейским Фабила накажет меня, и правильно сделает.

— Да что с тобой, Паула? Ты была на высоте, ты самый лучший полицейский.

— Ты просто очень добра и ничего не понимаешь. Я нарушила две основные инструкций. Я должна была не покидать тебя ни на секунду, а я ушла от тебя в беседку, и не в первый раз. У меня всегда должно было быть оружие при себе, а оно лежит в твоем автомобиле.

— Но ведь ты услышала меня и пришла на помощь без всякого оружия.

— А если бы ты не успела, не смогла крикнуть?… И был бы у меня пистолет, мы бы взяли их, хотя бы одного. Уже сейчас лейтенант Фабила допрашивал бы негодяя и что-то узнал от него.

— Да не переживай ты так, Паула. Давай сделаем просто: ничего твоему Фабиле не скажем. Вот и все.

— Да что ты, Роза! Так будет хуже всего!

— Ну поступай, как знаешь, я все равно всегда буду на твоей стороне. В конце концов ты не суперагент, а начинающий сотрудник, стажер. Ведь так? А теперь вытри слезы и раздевайся: не могу же я вернуться в дом в таком виде/

Роза надела мужскую рубашку Паулы, и она оказалась ей почти до колен. Вместе они прошли на лужайку. Роза подобрала разорванные трусики и лифчик и завернула их в одеяло, с тем чтобы потом незаметно выбросить. Когда они подходили к дому, Паула сказала:

— Роза, извини, но сейчас мы должны будем поехать к лейтенанту Фабиле и все ему рассказать. Лучше, конечно, вызвать его на место происшествия, но, думаю, ты не захочешь, чтобы обо всем узнали в доме.

— Не захочу. Больше того, запомни: все мои синяки и ссадины получены сегодня в спортивном зале — неудачно провели тренировку.

— Хорошо, Роза. Так мы едем?

— Едем, Паула. Немедленно едем, но сначала не к твоему Фабиле, а совсем в другое место — по ходу дела я тебе расскажу…

Роза оделась в брючный костюм, быстро наложила макияж, достала из потайного ящичка стола все, какие там были, наличные деньги, сунула их в сумочку и спустилась в детскую комнату.

Долорес и Мерседес уже покормили детей и собирались укладывать их для послеобеденного отдыха.

— Мария, Мигель, Артуро! Ребятки, вы очень хотите спать? — весело и громко сказала Роза.

— Нет, нет! — дружно закричали дети. — Мама, мы хотим играть с тобой!

— Чудесно! Пять минут вам на сборы, и мы поедем в парк Чапультепек, немного погуляем там, а потом поедем далеко-далеко на настоящем поезде…

Няня и служанка смотрели на Розу с недоумением и укоризненно. Роза подошла к ним и шепнула:

— Я потом вам все объясню. Возьмите с собой запас одежды, но минимальный, на одну легкую сумочку. Все, что понадобится, купите в другом месте. А теперь, мои дорогие, быстро собирайте детей для прогулки и сами собирайтесь…

Легкой непринужденной походкой, почти танцуя, Роза шла в гараж. Любой, кто увидел бы ее в эту минуту, решил, что она очень счастлива и довольна жизнью. Но это был просто способ, ее собственное средство спасения от горьких переживаний жизни: чем хуже приходится, тем бодрее надо держаться. «Все, — думала она, — больше меня никто и никогда не застанет врасплох!»

Глава двадцатая

Еще со вчерашнего вечера Армандо Мартинес Франческотти находился в дурном расположении духа. Его капитан Альтамирано, как обычно, докладывал о разных делах и в самом конце доклада упомянул, как о забавном курьезе, о том, что по приказанию Джулии три ее охранника должны были изнасиловать некую сеньору, но не смогли справиться с ней и ее подружкой. Сердце Армандо дрогнуло.

— Вот как? — сказал он, стараясь не показывать виду, что очень заинтересован. — Но я ведь отдавал приказ, чтобы никто из моих людей не выполнял странные прихоти моей сестры, не спросив моего разрешения.

— Я полагал, дон Армандо, — с печалью в голосе, все же уловив раздражение хозяина, отвечал Альтамирано, — что к прямой охране вашей сестры это не относится.

— Это относится ко всем, кто получает мои деньги, — жестко сказал Франческотти. — Или вы думаете, что Джулия им платит из своих?

— Нет, сеньор. Простите, это моя ошибка.

— Больше на эту тему мы говорить не будем, Альтамирано. Но отныне я хочу заранее, понимаете, заранее знать не только о делах, но и о намерениях моей сестры. Вы поняли меня, капитан?