Прекрасная месть (ЛП) - Райт Кения - Страница 45

– Кто он вообще такой, чтобы судить, кто плохой? И Моник не станет моей женой, – голос у меня предательски дрогнул. – Моя жена погибла от его рук. Моя жена... ушла вместе с моим счастливым концом...

– Ты еще молод, Лэй, – прошептала тетя Мин, и слеза скатилась по ее щеке.

Она быстро ее стерла.

– У тебя еще вся жизнь впереди.

Я ткнул в них пальцем:

– Завтра утром. Без сцен. Не заставляйте меня приказывать своим людям вытаскивать вас силой. Просто уезжайте. Все.

Тетя Сьюзи нахмурилась:

– Ты в нас нуждаешься.

Тетя Мин фыркнула:

– И я бы с удовольствием посмотрела, как твои люди попытаются нас к чему-то принудить. Да, давно я не проливала кровь мечом, но каждое утро беру его в руки для тренировки. Так что лучше пусть не суются.

– А если именно я попробую вас вытолкать? – я прищурился. – Что тогда? Будем устраивать сражение на мечах посреди улицы? Вы правда считаете, что после всего, что я пережил за последний месяц, мне еще нужен цирк с дуэлью?

Тетя Сьюзи заморгала:

– Лэй, ну зачем нам уезжать из такого красивого городка? Лучшее время для Глори – это осень, когда листья... падают... и все так красиво... Я ведь даже камеру с собой привезла... Хотела стать как эти молодежь... блогером... или влогером... ну, в общем, что-то такое я обязательно начну...

– К тому времени, как я проснусь, вас уже здесь не будет, – зло сказал я. – Поняли?

Тетя Сьюзи переплела пальцы и положила руки на стол:

– До меня дошли слухи, что твоя старшая сестра, Янь, уже села в самолет вместе со своими людьми и кучей оружия.

Я внимательно посмотрел на них:

– И мне очень интересно, кто это ей позвонил и рассказал, что здесь происходит?

Тетя Мин покачала головой:

– Неважно. Завтра к вечеру твоя сестра будет в Глори, готовая сражаться против тебя и защищать Лео.

– Она всегда была папиной дочкой. А кто будет с ней разбираться, если нас здесь не будет? – тетя Сьюзи метнула взгляд на меня, потом на Чена. – Думаю, мы весьма неплохо справляемся с твоей сестренкой.

– Либо вы уедете утром, либо я заблокирую все ваши счета и кредитки, – холодно сказал я.

Тетя Мин недовольно фыркнула.

Тетя Сьюзи взяла бокал вина и отпила.

Я снова перевел взгляд на Моник.

Она и Дак были полностью поглощены разговором. Вокруг них словно пузырился воздух радости.

Официанты начали расставлять блюда вокруг их стола.

Дак о чем-то долго и увлеченно ей рассказывал.

Я видел, как блестят ее глаза, как заливаются румянцем щеки, как она все ближе склоняется к нему, слушая его слова. Все это выглядело невинно. Но в груди что-то болезненно сжалось, сначала неприятный укол, потом тяжелое, липкое чувство ревности.

Я стиснул зубы:

– Чен.

– Да?

– Что Дак говорит Моник?

Чен взглянул на них:

– А это обязательно? Он ведет себя прилично.

В этот момент Дак взял палочками два мясных шарика и снова что-то сказал.

Моник тихонько засмеялась.

Я нахмурился:

– Что он сказал?

– Он шутит с ней.

– Но что именно он сказал?

Чен потер лоб:

– Дак сказал: «Можно я положу свои шарики тебе в рот?»

Я вцепился в край стола.

Чен понизил голос:

– Дак до сих пор чувствует себя виноватым за то, что Моник чуть не прыгнула с крыши. Думаю, он просто хочет развеселить ее сегодня вечером.

Я наблюдал, как Дак что-то шепнул Моник на ухо, и она запрокинула голову, смеясь.

Тошнота подступила к горлу.

– Что он сказал на этот раз?

– Не понял.

– Почему?

Чен тяжело вздохнул:

– Потому что его рот был слишком близко к ее уху.

Во мне закипела ярость.

Улыбаясь с наглой гордостью, Дак отправил себе в рот те самые шарики.

Тетя Мин вмешалась:

– Хорошо, Лэй. Мы уедем. Но... тебе не стоит справляться со всем этим в одиночку. Это слишком тяжело для твоих плеч.

Я продолжал смотреть, как Дак взял еще один шарик.

Моник улыбалась.

Дак что-то сказал.

Моник приоткрыла губы.

Я стиснул зубы:

– Что там опять происходит?

Чен прокашлялся:

– Дак попросил ее открыть рот.

– Что?! – я подался вперед.

Мой взгляд был прикован к палочкам, медленно подносящим мясной шарик к ее полуоткрытым губам.

Нет.

Чен закрыл глаза рукой, будто не желая видеть надвигающуюся катастрофу.

И вот, Дак положил шарик ей в рот.

Да вы все сегодня ебнулись?!

Я уловил в его взгляде то мерзкое, самодовольное удовольствие, с которым он наблюдал за ней.

Что-то внутри меня оборвалось.

Я резко вскочил.

Движение застало всех врасплох. Смех и болтовня мгновенно стихли. Все в зале торопливо поднялись на ноги и склонили головы – даже Моник и Дак.

Оркестр в панике начал собирать инструменты и завыл мою идиотскую торжественную мелодию.

Я ткнул пальцем в оркестр и резко покачал головой.

Один за другим музыканты замолкли.

Я, охваченный яростью, злобно уставился на Дака и Моник.

Чен тоже поднялся и наклонился ко мне:

– Успокойся. Все было невинно. Не устраивай скандал. Он твой второй любимый кузен после меня.

Не было никакой логики в том, чтобы чувствовать это всепожирающее бешенство. Может, стресс. Может, недосып.

Мне было плевать на причины.

Я покинул трон.

Чен попытался последовать за мной.

– Не сейчас. Развлекай всех в мое отсутствие, – бросил я.

Достал из кармана алмазные наручники и зашагал прочь, обогнув угол, медленно двигаясь вдоль длинного стола.

За мной тянулись мои люди.

Когда я подошел к Моник, я остановился за ее спиной, жадно окинул взглядом ее аппетитную попку, и облизнул губы.

– Пошли.

Она, не поднимая головы, прошептала:

– Я?

– Да, ты.

Не шевелясь, она снова прошептала:

– Мне нужно сделать особый реверанс перед уходом или просто развернуться и пойти с тобой?

Я подумал, что она шутит. Но, похоже, она была серьезна.

– Что?

– Я стараюсь соблюдать ваши традиции, – тихо сказала она.

– Просто иди со мной.

– А, – улыбнулась она и добавила шепотом:

– Пока, Дак.

Я нахмурился.

Дак промолчал.

Моник развернулась и сделала шаг ко мне.

Не дав ей сделать следующий шаг, я защелкнул наручник на ее запястье.

Она моргнула и прошептала:

– Это обязательно?

– Я хочу, чтобы ты была рядом.

– Я могу быть рядом и без наручников.

– А так – гарантия.

– Нам не нужна гарантия, – она улыбнулась. – Лэй, я же здесь.

– А когда я проснулся, тебя рядом не было.

– Потому что я была наполовину голая, без одежды, а твои тетки...

– В ближайшие дни я хочу просыпаться только рядом с тобой.

– Я это понимаю. Но бывают ситуации, когда наручники – перебор.

– Например?

– Например, прямо сейчас. И, кстати, я не собираюсь спать с тобой в наручниках. И в туалет тоже ходить не буду в наручниках.

– Посмотрим.

К моему удивлению, на ее лице вспыхнула веселая улыбка:

– Ничего мы не посмотрим.

Несколько человек украдкой подняли головы, наблюдая за нашей перепалкой.

Но стоило мне встретиться с ними взглядом – они тут же снова уставились в стол.

Заметив, что я отвлекся, Моник оглядела стоящих людей с опущенными головами и сжала губы.

Потом еще тише прошептала:

– Думаю, мы можем обсудить это в лифте.

Я скользнул взглядом по передней части ее платья. С такого расстояния я прекрасно видел, как сверкающая синяя ткань обтягивала ее круглые груди.

Пришлось сдержать стон:

– Пошли.

– Конечно, Хозяин Горы, – шепнула она.

У меня дернулась челюсть.

Она определенно высмеивает мой титул. Ну, ничего. Я ей покажу, как это весело.

Мы пошли рядом. А в голове у меня уже вертелась картина, как я сгибаю ее попку пополам и шлепаю по голой заднице.

Из груди вырвался глухой стон.

Моник обернулась ко мне.