Прекрасная месть (ЛП) - Райт Кения - Страница 67

Он снова повернулся ко мне. В его глазах застыла растерянность и тревога.

– Я любил Шанель, – прошептал он. – Хотел, чтобы мое первое было именно с ней. Но теперь, когда ее...

Ему не нужно было заканчивать фразу.

Все было и так предельно ясно.

Я застыла, не зная, как правильно отреагировать.

Конечно, я понимала, насколько глубоко он ее любил. И, наверное, именно поэтому я всегда буду видеть в нас нечто меньшее, чем "больше, чем друзья".

Она навсегда останется в его сердце. И, кем бы мы ни были, она всегда будет между нами – незримой тенью.

А мне нужен был мужчина, который принадлежал бы только мне.

И все же... В ближайшие дни мы будем вместе.

Если уж мы решили утешать друг друга и исследовать свои желания... Я чувствовала, что разговор о проникновении был необходим.

Вся моя нервозность вспыхнула из-за одной простой мысли: если он сейчас откажет мне... Я все равно восприму это как отказ. Как отторжение.

Разумом я понимала, почему он может сказать "нет". Но мое тело... мое тело почувствует себя недостойным. Нежеланным. И я не знала, как вообще справлюсь с этим.

У меня скрутило живот, когда он заговорил снова:

– Но теперь все... все в дерьме. И я сам не знаю, что вообще имеет значение. Почему я должен цепляться за свою невинность? Почему бы просто не... не заняться сексом?

Я должна ответить на этот вопрос?

Я молчала, хотя на языке жгло десятки ответов.

Трахаться– это охуенно! И, мальчик, я бы могла показать тебе такое, о чем ты мечтать не смел. Поиграешь со мной слишком долго, Лэй, и будешь по ночам стоять под моей дверью, задыхаясь от желания.

Я скрипнула зубами и сдержалась.

На сегодня я уже и так наговорила больше чем достаточно.

– Если бы я сейчас собирался потерять девственность с кем-то... – Лэй медленно опустил взгляд по моему телу, – и этим кем-то была бы ты...

Он на мгновение замолчал, прежде чем добавить:

– Я был бы чертовски счастлив.

Ладно. Ладно. Не прямое жесткое "да", а скорее такое: "Эй, Моник, я бы тебя точно трахнул... скорее всего." .И с этим я могу жить.

Лэй разжал кулаки:

– Но пока что... мне нужно немного подумать.

– О-кей, – кивнула я.

Он слегка склонил голову набок:

– Ты понимаешь?

– Понимаю.

– И еще, Моник... – его голос стал тише, грубее, – ты невероятная. Ослепительно красивая. Теплая, шелковистая, нежная. Я обожаю твой запах. Это не духи. Это твоя кожа. Я люблю твои глаза. Честно... я, наверное, мог бы кончить просто оттого, что долго смотрел бы на них.

Я стояла перед ним, ошеломленная, не в силах вымолвить ни слова.

– И еще... – он сделал шаг ближе, – тот тихий стон, который срывается с твоих губ, когда я тебя целую... Это сводит мое тело с ума. Это заставляет меня хотеть быть внутри тебя. И ...

Мой голос дрогнул:

– И?..

– Ты – всего вторая женщина в моей жизни, о которой я всерьез думал... чтобы быть внутри нее. Только Шанель. И ты.

– О, – я разжала руки, скрещенные на груди. – А как же твой гарем?

– Они просто исполняют роль. Никто из них никогда не вызывал во мне такого дикого желания, как ты.

Охренеть. Я вызываю у него дикое желание!

– Ни одна из них не заставляла мой член дергаться в штанах только от одного присутствия рядом, – спокойно добавил он.

И это я тоже делаю? Отлично, просто отлично.

– В общем... – Лэй опустил взгляд на землю, – ты вызываешь в моем теле такие реакции, что я не могу тебе соврать. И это, – он глубоко вздохнул, – заставляет меня чувствовать вину. Понимаешь, мне нужно время, чтобы разобраться в своих растущих чувствах к тебе... и в своей...

Он замолчал, потом снова посмотрел на меня:

– И в своей попытке справиться с потерей. И с болью...

– Я понимаю, – тихо сказала я.

– Я пытаюсь сказать, что мне нужно время, чтобы все обдумать, – тихо произнес он.

Его ответ не был отказом, и в нем было столько смысла, что я почувствовала странное облегчение.

На самом деле я была счастлива, что мы можем так открыто говорить друг с другом.

Это делало нас ближе.

– Но, – Лэй слегка провел пальцами по моему запястью, заставив сладкую дрожь пробежать по моей коже, – если вдруг мы все-таки займемся любовью...

Одно только это слово заставило мое тело затрепетать.

– Я бы не хотел, чтобы это случилось где-то в палатке на горе. Я бы хотел, чтобы это было по-настоящему особенным. Незабываемым воспоминанием. Истинным переживанием, которое останется с нами на всю жизнь.

Моя грудь тяжело вздымалась от захлестнувших чувств.

– Потому что я уверен, Моник... – его голос стал почти нежным, – ты смогла бы сделать этот момент невероятно красивым. И именно поэтому, если бы я когда-либо решил отдать свою невинность, это была бы только ты.

Тепло разлилось по моему телу. Сердце переполнялось счастьем. Я не смогла сдержать улыбку. Его слова были прекрасны. Но еще прекраснее было чувство, которое стояло за ними.

Лэй внимательно посмотрел на меня:

– Это... достаточно хороший ответ для начала?

– Конечно, – подтвердила я.

– Хорошо, – Лэй наклонился ближе. – Кстати, эти образы, которые ты мне нарисовала в голове...

– Я просто рассказала, что мне нравится, – пожала плечами я. – Никто тебя не заставлял это все представлять.

– А как мне было не представить? – Он смахнул пот со лба. – Все тело горит.

Черт...

Он снова посмотрел на меня, пристально:

– Так кто-то уже шлепал своим членом по твоему...

– Клитору? Да. Мне это нравится.

– Странно ли, что я... немного ревную? – его голос стал грубее.

– Ревновать не к чему. Это было давно, – ухмыльнулась я. – К тому же у тебя есть гарем.

– Ты слишком высокого мнения о моем гареме, – усмехнулся он.

– Только избалованный Хозяин горы может так сказать, – парировала я.

Он скользнул взглядом вниз, на мой лифчик, и прошептал:

– Нам стоит охладиться.

– И промокнуть? – поддразнила я.

Его глаза мгновенно вспыхнули жаром.

– Блядь, да. Но давай сначала разденемся.

– Что? – я так растерялась, что даже невольно отступила на шаг. – Что мы собираемся делать?

– Снимай одежду, – хрипло сказал он. – Это, возможно, мой единственный настоящий перерыв на этой неделе. А после всего, что мы наговорили... мы просто обязаны быть голыми.

И, не дожидаясь ответа, он сдернул свои боксеры, и напрочь вынес мне мозг.

Глава 32

Влажное безумие

Моник

Темно-синяя ткань его боксеров соскользнула на землю, и я снова осталась без слов.

Его член был... Боже. Настоящее произведение искусства. Будто выточенный самими богами – огромный, завораживающий, совершенный в каждой детали.

Выступающие вены, гладкая головка, покрытая прозрачной каплей возбуждения, умоляющая, чтобы ее слизывали. Тяжелые, низко отвисшие яйца – словно ждущие, чтобы их взяли в ладони.

У меня пересохло в горле, а мысли закружились в голове.

Ладно, Хозяин горы...

Я захотела провести пальцами вдоль всей этой длины, потом обхватить губами и скользить вверх-вниз, пока он не кончит мне в рот. Моя киска пульсировала в ответ, требуя внимания, которое только он мог ей дать.

Лэй глухо застонал:

– Перестань так смотреть.

– Я же предупреждала, как сильно я люблю член, – напомнила я ему с невинной улыбкой.

– Это не член, Моник, – прорычал он. – Это – мой хуй.

Я кивнула, чувствуя, как сердце бешено колотится:

– О да. Теперь я это вижу.

Когда мой взгляд скользнул вниз, отвлекаясь от этого восхитительного зрелища, я заметила кое-что еще – уникальный знак, настоящий кусочек искусства, вытатуированный на его коже.

Как же круто.

На его левом бедре красовалась татуировка, не менее завораживающая, чем все остальное в нем. Тонкая, тщательно проработанная картина: черными чернилами была выведена гора.