Стражи восемнадцати районов. Том 1 (СИ) - Крейн Антонина - Страница 71

Мне показалось, в его строгом голосе промелькнула легкая шутливость.

– Ого, – только и сказал я, вслед за ним ступая на магическое лезвие.

Капитан Сигвард встретил нас недобрым взглядом и почти звериным оскалом. Среди замерших проклятых он выглядел, словно посетитель музея, в котором решили смешать коллекцию мадам Тюссо и оммаж Лавкрафту.

– Кто вы такие и какого дьвола сделали с моими тварями? – прорычал Юхан, наставляя на Клугге винтовку.

Вблизи стало видно, что тело капитана немного прозрачное. А вот оружие – вполне себе материальное. Значит, он полтергейст.

Айземанн двинулся так, чтобы скрыть меня за своей спиной.

– Я так понимаю, – проговорил он, – что вы не рассчитывали на то, что кто-то найдёт выброшенные вами драгоценности – раз так не рады тем, кто явился на их зов о помощи.

Юхан невольно подался вперёд.

– Они взывали не к вам, а к Танасию! – Его оскал стал еще страшнее. – Или вы заодно с этим демоническим отродьем? Если так – я убью вас прямо сейчас, чтобы он понял, что придется явиться сюда самому и отдать мне обещанное…

Капитан сделал два шага вперед и попробовал упереть винтовку прямо в грудь Клугге – но страж перехватил ее за дуло и отвёл его в сторону. Судя по исказившемуся лицу Сигварда, тот пытался сопротивляться – но сила Айземанна была велика.

– Один мой легкомысленный друг сказал бы, что вы очень плохой переговорщик, капитан. – Клугге смотрел с укором и даже некоторым разочарованием. – Как ни крути, решение убить нас – опрометчивое. В любом случае, мы не заодно с кем-либо. Мы – колдуны, стражи на службе Ордена Небесных Чертогов, прибывшие, чтобы выяснить, что происходит. Ведь брошенные на берегу драгоценности – слишком необычное явление для того, чтобы просто проигнорировать его. Расскажите нам обо всём.

Поколебавшись, Сигвард опустил винтовку.

– Хорошо, – мрачно произнёс он.

И, буркнув что-то о том, что не может пригласить нас внутрь – там всё кишит проклятыми, мы втроем просто не влезем – он рассказал нам свою историю прямо на холодной палубе мотобота.

То, что мы уже знали о Юхане Сигварде, соответствовало действительности. Он и впрямь искал сокровище волхвов. У него были пёс, верная команда и бесчисленное множество безуспешных попыток найти волшебные драгоценности.

И – да. В ту ночь он и впрямь принёс в жертву младенца. Украл его у матери и обменял на сундук у озерных духов.

Услышав это признание, я тотчас вспомнил слова русала Юми: «Капитан не так плох, как о нем говорят».

И поэтому осторожно спросил:

– Обменяли?.. Возможно ли, что ребенок выжил и вырос, просто на озерном дне, как дитя волхвов?

Юхан посмотрел на меня так свирепо, что я невольно вздрогнул, а Клугге поднял руку, преграждая капитану путь на случай, если тот решит ударить меня.

– Ты дурак, что ли? – прорычал капитан. – По-твоему, дети могут дышать под водой? Они не могут! – его голос стал громче, надсаднее. – Младенец нужен был духам оттого, что горячая кровь новорожденных вкуснее всего! Я убил его, ясно?! Прямо там, где ты стоишь – я убил его, чтобы он умер от моих рук, а не в пасти духов, и бросил его в пучину! Моя команда умоляла меня не делать этого; обещала, что мы найдем другой способ достать сокровище; мой пёс скулил и поджимал хвост – но я не послушал никого и исполнил свой план! И он удался, да, удался…

Глаза Сигварда бешено засверкали, он ощерился.

– Поглотив дитя, вода взбурлила и взревела, озарилась алым цветом, а после на палубе неожиданно появился сундук – моя плата за жертву! И всё было бы хорошо, но…

Капитан на мгновение прервался, прежде чем мрачно продолжить:

– Но мать того младенца накинула на шею петлю – и, прежде чем спрыгнуть в ней, прокляла меня. Сила ее предсмертного мстительного желания была так велика, что оно сбылось. На моем корабле сначала явился ее призрак и объявил мне приговор. А после – его начали заполонять проклятые твари. Они воплотились из страха и ненависти, что питали ко мне жители Приозерска, а также из боли и отчаяния, что сопровождали жизнь всех местных матерей, когда-либо потерявших младенцев. Все они хлынули на палубу, словно прорвалась ткань бытия. Они сожрали мою команду, моего пса и меня. Но проклятье той матери запрещало мне уйти на круг перерождения так просто. Она хотела, чтобы я мучился – и, конечно вечная тюрьма после страшной гибели хуже, чем просто страшная смерть. Поэтому я остался в виде призрака здесь, на корабле, полном проклятых… И сокровищ.

Он судорожно вздохнул. Сквозь гнев на его лице на мгновение проступила печаль.

– Уже восемьдесят лет я блуждаю по озеру на этом дьвольском мотоботе, в окружении тварей.

– Почему вы стали бросать амулеты на берег? – спросил Клугге.

– Потому что нашелся тот, кто обманул меня! – призрак оскалил зубы. – Две недели назад ко мне в темноте подплыла лодчонка. Я думал, внутри – очередной дурак из тех, кто попробует забраться на мотобот – и погибнет. Но в лодке сидел демон.

– Продолжайте.

– Он сказал, что его зовут Танасий, и предложил мне сделку. Обещал, что исполнит одно моё желание в обмен на нужный ему артефакт из сундука. Сначала я не поверил, но… В итоге согласился. Он убедил меня, что украшение нужно ему срочно, это дело жизни и смерти. Поэтому он отдал ему Маску Предателя, которую он попросил, и он на крови поклялся здоровьем своего хозяина, что вернется через пару дней, исполнив моё желание. Но он не вернулся.

«Видимо, не так уж этот демон ценит своего хозяина» – подумал я. А вслух спросил:

– Хозяина – то есть Мавета из Сумрачного Города?

– А мне почем знать? – рявкнул Юхан. – Когда я понял, что демон обманул меня, я пришел в отчаяние и ярость! Мне не было жалко Маску Предателя, сокровища давно потеряли для меня всякую ценность, но Танасий не сдержал своё слово – и я не мог простить этого! Поэтому я понадеялся, что смогу припугнуть его… И стал бросать на берег другие украшения, взывая к этому демону. Но на зов откликнулись вы, а не он.

Мы с Клугге переглянулись.

– Как вы догадываетесь, теперь у нас будет еще несколько вопросов, – сказал Айземанн. – Первый: что такое Маска Предателя?

Оказалось, что Маска Предателя была одним из самых серьезных артефактов в сундуке сокровищ. Она вынуждала людей говорить то, что причиняло им боль. Надев её на кого-то, можно было заставить человека выдать самые мучительные секреты, которые он хотел бы скрыть. И она усиливала саму себя – чем больнее человеку становилось от собственных слов, тем более жестокие вещи маска заставляла произносить. Нередко случалось, что люди, на которых она была надета, начинали причинять себе вред или и вовсе решали покончить жизнь самоубийством. С ее помощью в екатерининские времена мучали предателей. Но затем маску бросили на дно Ладожского озера в год свадьбы одного дворянина, чтобы обменять ее на благословение языческих богов.

Рассказ об этом диковинном орудии пыток заставил меня удивленно расширить глаза.

Ведь не так давно я слышал о другом подобном артефакте – Сабле Тысячи Порезов, которую украли в Небесных Чертогах. И, кстати, там тоже был задействован демон!

Поколебавшись, я решил не вспоминать это вслух, пока Клугге ведёт допрос, но обязательно сказать ему позднее.

– Зачем Танасию нужна эта маска?

– Не знаю. Мне было плевать, – горько бросил капитан.

– Тогда опишите мне демона.

А вот тут, пожалуй, я уже не удивился, когда выяснилось, что Танасий – зеленоволосый, «ублюдски лохматый», клыкастый и выглядит в своей мешковатой одежде так, «будто его мамка голодом морила». Это определенно был тот же демон, что в Зале Мириадов Эха. Только там он показался мне весьма приятным симпатичным, а вот у Юхана Сигварда вызвал сожаление о вырождении моды и культуры.

Я уже буквально елозил на месте. Что это за странный парень, которые крадёт легендарные орудия пыток?

– И последний вопрос, капитан, – Клугге пытливо посмотрел на Сигварда. – Что вам пообещал Танасий и в чём нарушил своё слово?