"Современная зарубежная фантастика-3". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Кадри Ричард - Страница 442

Бэйлисс сняла пару страниц с верхней части стопки и положила их обратно в сумку.

– Нет. Ничего такого.

– Ты такая же паршивая лгунишка, как Жизель. Давай. Я большой мальчик. Я выдержу.

Бэйлисс вытащила бумаги обратно и разложила их по столу. Они были покрыты искаженными и разбитыми иероглифами.

– Некоторые детали отсутствуют, но, похоже, после своего воскресения он снимает кожу с выбранного врага и надевает ее, цитирую, «как королевскую мантию».

Желудок Купа сделал сальто назад.

– Но мне моя кожа нравится. Как мне его умаслить?

Бэйлисс толкнула к нему фото.

– Дай ему манускрипт, чтобы он вернул Шеметет к жизни.

– Супер. И как мне добыть этот манускрипт?

Жизель скрестила руки.

– Ты прослушал ту часть, где они планируют уничтожить мир и управлять тем, что осталось?

– По одной проблеме за раз, – взмолился Куп. – Я дам ему рукопись, а затем мы выясним, как уберечь мир.

– Есть проблема, – сказала Бэйлисс. – Копий оригинальной рукописи не осталось. Все они были уничтожены, когда фараон победил Хархуфа и Шеметет.

– Тогда я снова облажался. Кто еще хочет маффин? Если я умру, то сначала хочу маффин.

– Погоди, – сказала Бэйлисс. – Оригинальных копий не осталось, но есть перевод Форситии Крампф. Английской ведьмы девятнадцатого века.

Живот Купа, который с самого начала разговора пытался добраться до Рио, внезапно успокоился.

– Отлично. Где он?

Бэйлисс толкнула через стол фотографию пожилого мужчины.

– В частной библиотеке Рамси Фицджеральда.

– А он кто? – спросила Жизель.

– Магнат-издатель-миллиардер, живущий в огромном поместье в Беверли-Хиллз. Библиотека – это отдельное здание за главным домом.

– Уже хоть что-то, – сказал Куп. – Интересно, как быстро я смогу получить макет этого места. Схожу утром в мэрию.

– Не нужно. Я распечатала тебе копию, – сказала Бэйлисс.

Куп взял страницы, которые она протянула.

– Ты богиня.

– Спасибо, – ответила Бэйлисс, немного покраснев.

– Ты же помнишь, что должен залечь на дно, верно? – спросила Жизель. – Здорово, что Бэйлисс достала тебе план, но ни она, ни я, Морти, Лупинский или кто-то еще из ДНН с кражей тебя не выручим.

Куп провел большим пальцем по нижней губе.

– Знаю. Придется сделать несколько звонков. Первое, что мне нужно сделать, это узнать о Фицджеральде побольше. Чем он занимается? Куда ходит? Мне надо выманить его из дома, чтобы было время на работу.

Бэйлисс откопала другую распечатку.

– Он фанат кино и инвестор в нескольких студиях. Согласно его расписанию, завтра вечером он будет на гала-концерте «Глобал Шоукейз Интернешнл».

Куп взял у нее бумагу и осмотрел ее, довольный, но также немного встревоженный.

– У ДНН на всех есть такие сводки?

Бэйлисс застенчиво улыбнулась.

– Это секретная информация, мистер Купер, – сказала она, затем прошептала: – Нет. Только те, у кого есть важные магические связи.

Жизель посмотрела на Купа.

– Магические связи?

– Это означает, что библиотека станет той еще занозой в заднице, – пояснил он.

– Вероятно, – кивнула Бэйлисс.

Куп осмотрел план поместья Фицджеральда.

– До завтра не так много времени. Мне нужно начать звонить. Жизель подняла руки.

– Больше ни слова. Бэйлисс и я – невинные свидетели.

– Она права, – сказала Бэйлисс. – Все, что ты скажешь нам, могут получить Аудиторы. Больше ничего не говори.

Куп взял страницы, сложил их и спрятал под куртку.

– Большое спасибо за помощь. Я у тебя в долгу.

– Не благодари, – отмахнулась Бэйлисс. – Так весело время от времени переходить на темную сторону. И если ты сможешь насолить Аудиторам, когда представится шанс, это будет лучшая благодарность.

– Не волнуйся. Я что-нибудь для них придумаю.

– Хорошо. Теперь тебе нужно убираться отсюда, – сказала Жизель.

– Еще один момент. Ты сказала, что рукопись теперь перевод. Как он называется? – спросил Куп.

Бэйлисс протянула ему еще один лист. На нем была фотография потрепанного старого тома.

– Она замаскирована под поваренную книгу.

Тисненая золотая надпись на корешке гласила: «Загадочные кондитерские изделия: совершенно не зловещее руководство по пудингам, печенью, пирожным и не совсем темным искусствам».

– А Форсития не особо умела прятаться, не так ли? – спросил Куп.

Бэйлисс покачала головой.

– Говорят, она потеряла целое состояние, играя в «мигающую мышь».

– Что это такое?

– Когда все сидят в кругу и стараются не думать о фиолетовой летучей мыши.

– Я уже проиграла, – призналась Жизель.

– Я тоже, – сказала Бэйлисс.

– А я нет, – похвастал Куп.

– Лжец, – упрекнула Жизель.

– Докажи.

– Ладно, ты выиграл. Ладно, вперед.

– Удачи, – сказала Бэйлисс.

– Спасибо, – поблагодарил Куп. И добавил: – О чем еще ты подумала? Нет, я не хочу заводить кошку.

– Теперь ты просто меня пугаешь, – сказала она. – Убирайся, пока тебя не сожгли на костре, как ведьму.

Он уже развернулся к выходу, когда Жизель позвала его:

– Эй, покер-фейс.

Куп остановился.

– Чего?

– Один мудрец однажды сказал мне: «Никогда не говори «никогда». Так что мяу.

– Дерьмо, – буркнул Куп и вышел на улицу, чтобы найти такси.

Глава 30

Фройлих вернулся в бунгало лишь после трех ночи. Затаскивая пакеты, он пошатывался, но изо всех сил старался это скрыть. А еще не был уверен, что зажеванная в машине жвачка смогла справиться с запахом целой упаковки пива.

Хархуф ждал в кресле из костей динозавра.

– Принес, что я велел, раб?

Фройлих поставил пакеты на кровать и сел, сражаясь с одышкой.

– Что нашел, принес. Вы же в курсе, что прошло не одно столетие? В наши дни нелегко отыскать нужные вам штуковины. Некоторые пришлось заменить.

– Да как ты посмел, – ледяным тоном произнес Хархуф.

– А попробуйте-ка сами найти в ночном Голливуде три глотка голубиной желчи! Но я справился. Двинул в Гриффит-парк и наловил кучу голубей. – Фройлих продемонстрировал склянку с зеленой жидкостью.

– Этого хватит.

– Кошек в парке тоже полно, так что с усами проблем не возникло. А под темным пивом все вообще прошло легко и задорно. – Фройлих икнул.

– Ты что, пил? – спросил Хархуф.

– Всю ночь гоняясь за голубями в темноте? Нет, что вы. Конечно, пил. Пару глоточков, – соврал Фройлих и поспешно добавил: – Хозяин.

– Я спущу тебе это, но лишь один раз. Что еще ты мне принес?

Фройлих начал вынимать добычу и раскладывать на тигрином покрывале.

– Вы просили… как там? Флакон лучшего ароматного елея, какой только есть в этой нечестивой стране? В ночном супермаркете лучших духов не найти, потому вот вам на выбор. Или одеколон «Олд Спайс». Если не в курсе, что это, то его используют старики, мечтая пахнуть как Леонардо Ди Каприо на «Титанике». Или, как альтернатива, баллончик «Весеннего вечернего тумана». Этой штукой дамы опыляют интимные места, дабы освежиться.

– А кувшин из слоновой кости?

Фройлих оторвался от пакетов и нервно огляделся:

– Эм, да. Слоновая кость. Тут проблемка – в наши дни ее не достать. Никак. Особенно в супермаркете в два часа ночи, а потому у вас снова есть выбор. – Он поднял нечто похожее на огромный железный бублик. – Чугунная форма для кексов. – А следом пластиковую емкость, изрисованную маргаритками. – Или чаша для вечеринок. Ну знаете, чипсы насыпать.

– Что такое «чипсы»? – спросил Хархуф.

– Величайшая пища в истории человечества. Черт. Надо было купить. Вам бы понравилось. Если бы у вас был рот.

– Что еще?

– Вместо костяной ступки я взял барный пестик для мохито. А вот со священным янтарным ладаном тоже возникли проблемы. Насколько я понял, его больше не существует. Разве что в какой-нибудь ведьмовской лавке, но я ведьм не знаю. Единственное, что пришло мне в голову, – это специализированный магазин. Сейчас мы такие называем магазинами для взрослых. – Фройлих достал два длинных пластиковых свертка. – Эти воняли меньше всего. Называются «Тропический тройничок» и «С двух сторон», а пахнут, если честно, мускусом и стыдом. Простите. Ну и, кажется, на этом все.