"Современная зарубежная фантастика-3". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Кадри Ричард - Страница 443

Хархуф встал и двинулся на него, и Фройлих пятился, пока не прижался спиной к стене бунгало.

– Из всех слепых, жалких, никчемных смертных ты худший, пес.

– Правда? Черт, а я и не заметил. Хозяин. Кстати, моей карте каюк, а на кредитке осталось около сотни баксов. Хорошо хоть комната оплачена на пару дней вперед. Но что бы вы там ни запланировали, лучше успеть к выходным, иначе придется захватывать мир на моей «Камри» две тысячи третьего года выпуска.

Нависнув над кроватью, Хархуф указал на последний предмет:

– Что это?

– Свернутая газета.

– Для чего она предназначена?

Фройлих взял газету и ударил ею по раскрытой ладони.

– Видите ли, я знаю, что я жалкий пес, и меня все устраивает. Серьезно, я даже рад. И вот в упомянутом мною магазине для взрослых работает женщина, которая, как мне кажется, умеет неплохо управляться со свернутой газетой. Вот только, как я уже сказал, я на мели. Может, вы могли бы повторить тот трюк из музея и заставить ее наказать худшего из псов?

Хархуф вернулся к костяному креслу.

– Это как-то связано с женщинами с подушками и мужчинами, жующими гамбургеры?

– Ага, из той же оперы.

– Тогда нет. Ты будешь служить мне и моей возлюбленной Шеметет. Иного удовольствия ты не хочешь и не заслуживаешь.

Фройлих бросил газету на кровать:

– Попытаться стоило. Что делаем дальше?

Хархуф театрально распростер руку:

– Принеси мне образ Исиды.

– Конечно. Держите, хозяин. – Фройлих выудил статуэтку из ящика комода. – Эта штука покажет вам, где Шеметет?

Хархуф вцепился в статуэтку неуклюжими мумифицированными ладонями и воздел над головой.

– Чтобы воскресить возлюбленную, мне понадобится еще кое-что, потому вскоре я пошлю тебя за священным фолиантом. Но сегодня, да, идол покажет мне, где она. И тогда книга вернет ее мне. Подготовь ингредиенты для заклинания.

– Рад служить. Мы остановились на чугунной форме или чаше для закусок?

– На чаше.

– Хороший выбор. Я все приготовлю.

Пока Фройлих трудился, Хархуф смотрел на Исиду.

– Скоро, моя дорогая Шеметет, я смогу вновь насладиться твоею красотой и мощью, и вместе мы поставим мир на колени. – Он с любовью провел по статуэтке пальцами, нежно погладил по голове, и та тут же склонилась набок. – Странно. Так не должно быть.

Фройлих отвлекся от дел и приблизился.

– И правда странно, – пробормотал, опускаясь на колени, дабы взглянуть на основание статуэтки. – Ой-ой.

– Ты уже издавал этот звук. Плохой звук. Что происходит?

Фройлих попытался вернуть голову Исиды на место, но она отломилась и осталась в его руке. Хархуф вцепился в его плечо, крепко сжал. Было больно. Очень больно.

– Что написано на основании богини Исиды?

– Нетоксичный материал. Безопасно для детей.

– Что это значит?

Фройлих извивался в хватке хозяина, все еще пытаясь присобачить голову Исиды на место.

– Дело в том… только не психуйте. Музей не всегда работает честно, и некоторые мумии были не совсем настоящими. А также, боюсь, и некоторые их атрибуты.

Хархуф отпустил его и с такой силой отшвырнул статуэтку, что наполовину вогнал ее в одну из декорированных под камень стен. А когда замахнулся и на Фройлиха, тот пригнулся и рванул к дальнему концу кровати. Хархуф поднял над головой и разорвал на части динозавровое кресло. Пластиковые кости разлетелись по сторонам. Затем он подошел к комоду и его тоже разломал парой ударов. Фройлих так и сидел на корточках, перепуганный и встревоженный чуть больше, чем был готов признать.

Хархуф обошел кровать и уставился на него сверху вниз:

– Ты разочаровал меня, пес. И должен понести наказание.

Фройлих протянул ему газету, но хозяин отбросил ее прочь.

– Не знаю, чего вы от меня ждали. Я охраняю вещи и избавляюсь от случайных тел, но я не эксперт по антиквариату. Я просто выполнил ваш приказ.

Рука Хархуфа повисла вдоль тела. Он отступил к телевизору, на экране которого женщины в костюмах кроликов бросали дротики в мужчин в костюмах яичниц.

– Этот мир озадачивает. Дешевый, бесстыдный, он годится только для гамбургеров, чипсов в чашах и «тропических тройничков». Мне жаль вас. Жили никчемно, а теперь познаете ужасы, которые мы с возлюбленной на вас обрушим.

– Ужасы? – переспросил Фройлих, медленно поднимаясь на ноги. – А их обрушат на всех или верные рабы и псы получат поблажку, ведь мы так стараемся выполнять ваши вполне разумные приказы?

– Тех, кто служил мне, мучения постигнут самые незначительные, – великодушно сообщил Хархуф.

– Отличная новость. Без мучений было бы лучше, но и незначительный сойдут. Спасибо, хозяин.

– А теперь я требую тишины. Нужно обдумать ситуацию и наметить план действий.

Фройлих тихонько забрался на кровать.

– Просто помните, что в субботу утром нас отсюда вытурят.

– Клерков я подчиню так же легко, как глупцов, с которыми ты сегодня беседовал, – отмахнулся Хархуф.

– И то верно, – расслабился Фройлих. – Мы можем остаться здесь навсегда. И если останемся, может, переберемся в комнату, где чуть больше двух каналов? Осада Сталинграда и полуголые девицы вызывают во мне одновременно депрессию, возбуждение и глубокое смущение.

Хозяин уставился на телик.

– Дай мне все обдумать, и завтра переедем в комнату с множеством платных каналов и без запаха потных носков.

– Спасибо, хозяин, спасибо, – обрадовался Фройлих, впервые подумав, что конец света не так уж плох.

Куп набрал номер и уже через пару гудков услышал щелчок ответа.

– Привет, Салли. Это Куп.

– Как поживаешь, агент Купер?

Он промолчал.

– Знаешь, как в «Твин Пиксе»? Я ждала шанса сказать это с тех пор, как ты перешел на темную сторону.

– Полагаю, я заслужил.

– Еще как, Джей Эдгар [1015], – фыркнула Салли.

Как и Жизель, она была Мэрилин. А еще воровкой и давней напарницей Купа. Вот только в отличие от него исправляться не захотела.

– Чем могу помочь? Я заплатила налоги и не грабила Форт-Нокс, так что звонок явно не рабочий.

– В некотором роде рабочий. Не хочешь подсобить мне в одном деле?

– Что за дело? – с подозрением уточнила Салли. – Последнее, на которое ты меня уговорил, не принесло ни гроша. О, и да, чуть меня не угробило.

– Сейчас все иначе. Задание для настоящих воров в стиле «укради-для-богатея». Всего одна вещь.

– Что именно?

– Книга. Нужно взломать библиотеку.

– Ты серьезно? Если ты совсем плох, я одолжу свой читательский билет. По нему можно брать книжки на дом и все такое.

– Это не простая библиотека. Я провел кое-какие исследования. Хозяин – богатый мудак с кучей дорогущих антикварных книг, картин и черт знает чего еще. Заберешь все, что сможешь унести.

– Ладно, заинтриговал. Рынок редких книг процветает. И кто хозяин?

– Рэмси Фицджеральд.

– Мерзкий издатель? Ага, у него наверняка полно стоящего добра. Кто еще в деле?

– Никто. Только ты и я.

– Даже Морти? Кто откроет замки и двери?

– Чувак вроде него не станет пользоваться обычными замками. Нас явно ждут смертельные проклятия и световые эффекты.

– С ними тоже можно справиться, – заметила Салли.

– Именно. Но мне нужна Мэрилин, чтобы пройти туда и обратно мимо охранников, слуг и прочего сброда.

– Думаешь, получится?

– Вынесем все, что поместится в карманах, руках и зубах.

– Охрана вооружена?

– Вероятность минимальная.

– То есть «возможно». Со взломщиком мне бы все равно было спокойнее.

– Говорю же, там взломщик ни к чему.

– Как поживает Жизель? У нее все такая же потрясная задница? – небрежно поинтересовалась Салли.

– Все прекрасно. Она передает привет. И да, задница ее по-прежнему на высоте.

– Судя по голосу, регулярный трах тебе на пользу. Ты похож на себя прежнего.