"Современная зарубежная фантастика-3". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Кадри Ричард - Страница 460

В недрах СНП Варгас и Зулавски испытали на себе все три эти эффекта. Мыши прогрызли стены и жрали кабели питания. Компьютер Зулавски лежал на полу грудой мусора, шнуры и большинство плат вышли из строя за одну ночь энергичного перекуса грызунов.

Зулавски с ногами забрался на офисное кресло, прижался спиной к стене и созерцал разрушенное рабочее место. Он был замаскирован под парижского мима, вплоть до выбеленного лица.

– Твоя идея убрать сверток в ящик Безумного принца Нестора не решила ситуацию. Более того, стало еще хуже.

Варгас как раз долбил клавиатуру своего умершего компьютера, отказываясь смириться с тем фактом, что его машина стала следующим блюдом в меню на мышиной пирушке. Его маскировка состояла из шлема и кожаной безрукавки монгольского воина.

– Винишь в ситуации меня?

– В ситуации? Давай уж будем называть вещи своими именами – это чистое бедствие, – ответил Зулавски.

Варгас взял свой телефон. Тот тоже погиб смертью храбрых.

– Почему никто не спустился?

– Никто и не спустится. Вбей это уже в голову.

Варгас огляделся. Упитанные красноглазые грызуны с ушами на спине вольготно расположились почти на каждой горизонтальной поверхности.

– Но мыши. Кто-нибудь наверняка заметил мышей.

– Никто не заметил мышей, потому что они все здесь. Они хотят быть рядом с посылкой.

Варгас хлопнул рукой по столу, так ошеломив пару мышей, что они на мгновение перестали жевать модем, но затем вернулись к трапезе.

– Хватит называть его свертком, – сказал он. – Пришло время произнести его истинное имя.

Зулавски вскинул руку.

– Не смей. Это плохая примета.

– И нам может стать сильно хуже? – спросил Варгас и указал на свой костюм. – Нам даже достоинство сохранить не удалось.

– Ну, мыши нас пока не едят.

– Именно. Пока.

– Если произнесешь – я ухожу, – предупредил Зулавски.

– Отлично. Проваливай.

– Я один боюсь.

– Разумеется. Вот почему нам придется столкнуться со злом лицом к лицу.

– Ладно, – вздохнул Зулавски и зажал уши. – Давай.

– Пришло время назвать твое настоящее имя, монстр. Mysteriis Ex Mortuis.

Зулавски открыл глаза.

– Мы все еще здесь.

– Видишь? Все не так плохо. Ну как, тебе не полегчало?

– Да. Немного, – признал Зулавски. – Mysteriis Ex Mortuis, – повторил он глубоким басом.

– Отлично. Только давай не будем увлекаться, – отмахнулся Варгас. – Кстати, об увлечениях: ты нашел своего кальмара?

Зулавски оглянулся в темные ниши кладовой.

– Я мельком видел его где-то между лирой Орфея и печеньем демониц-скаутов.

– Тем, что на вкус как усы Гитлера?

– Ага.

– Кто мог придумать что-то настолько ужасное? – спросил Варгас.

– Очевидно, демоницы.

– Логично.

– Так или иначе, кальмар теперь такой огромный, что мне не особо хочется с ним связываться. Он ел садового гнома.

– Одного из тех малышей, что танцуют по ночам?

– Да.

– Бедняга.

– Лучше его, чем нас, – ответил Зулавски и протянул Варгасу обглоданный кусок прозрачного пластика. – Вот, нашел.

– Что это?

– Останки твоего контейнера.

– Спасибо, – поблагодарил Варгас, открыл ящик стола и кинул туда контейнер. Из ящика выглянула мышь, поймала добычу на лету и принялась грызть. Варгас тихонько закрыл ящик. – Не могу не отметить, что кальмар во время побега разворотил твой стол.

– Думаешь, руководство будет ругаться? – спросил Зулавски.

– Думаю, если ты покажешь им кальмара, они поймут, кто из вас истинный виновник.

Одна особенно большая мышь остановилась прямо перед Зулавски. Тот осторожно взял еще не поврежденную банку аспирина, которую раньше хранил в верхнем ящике, бросил через голову мыши, и та побежала за ним по одному из проходов. Они с Варгасом услышали, как грызун терзает банку зубами.

– Подведем итог, – сказал Зулавски. – Мыши заняли офис. Кальмар завязал с консервированным перцем чили и теперь охотится на живое мясо. По меньшей мере один из динго сбежал из зеркала. А, и кроты, кажется, создали большой тайник топоров и дубинок. Ты что-нибудь об этом знаешь?

Варгас кивнул, глядя, как две мыши дружно тащат клавиатуру с его стола.

– Думаю, мы сможем свалить это на таксидермических фей.

– Но они мертвые. И набиты опилками.

– Ну да, в этом-то и суть понятия «таксидермия», – ответил Варгас. – Однако прежде это все их от проделок не останавливало.

Из темноты донесся треск и скрежет гнущегося металла.

Что-то большое с грохотом рухнуло в дальнем конце склада.

– Предлагаю перейти к радикальным мерам, – сказал Зулавски.

– Ой, пожалуйста.

– Мы уходим. Запрем дверь и уйдем.

Варгас уставился на товарища.

– Бросить пост? Что скажет начальство?

– Какое? Никто и не знает, что мы здесь. Мы сами по себе. Робинзон Крузо без Пятницы. Джейн без Тарзана. Мы – потерянный экипаж «Летучего Голландца».

– А как же сверток? – зашептал Варгас.

– Что? – переспросил Зулавски.

Варгас состроил ему гримасу.

– Mysteriis Ex Mortuis. С ним что будем делать?

– Бросим его так, как все бросили нас.

– Ну не знаю. Мы вроде клятву дали.

С верхней полки на них кто-то зарычал – причем далеко не один.

– Остальные динго тоже сбежали! – закричал Зулавски.

Что-то с хлюпаньем медленно поползло к ним из темноты.

– Кальмар! – завопил Варгас.

– Значит, дезертируем? – спросил его Зулавски.

– Да.

Все лампы в СНП погасли.

– Бежим! – заорал Зулавски.

Они едва успели выскочить. Твари рычали и бились об дверь, пока напарники ее запирали. Покончив с делом, Варгас и Зулавски как можно тише попятились прочь.

– Как думаешь, дверь выдержит? – шепотом спросил Зулавски.

– Какое-то время – да, – ответил Варгас.

– До лифта добраться успеем?

– Наверняка.

– Но лучше бегом.

– Согласен.

И они побежали. Мим и монгол невредимыми добрались до лифта и уехали на нем в безопасное место. В гараже они пожали друг другу руки и условились через неделю встретиться и все обговорить. Никто из них даже близко не собирался являться на встречу.

Однако шесть месяцев спустя Варгас на деньги от страховки открыл сверхъестественную книжную и сувенирную лавку в районе Фэрфакс, Лос-Анджелес. Когда он дал объявление, что ищет опытного помощника, откликнулся только один человек: Зулавски. Бывший напарник был так же потрясен, увидев Варгаса, как Варгас при виде его. Они еще тридцать лет вместе заправляли магазином, договорившись, что, во-первых, никогда не упомянут о Департаменте, и во-вторых, все в магазине, кроме них самих, будет полностью, на сто процентов, совершенно и непоправимо мертвым.

Доктор Буэльман и доктор Картер исследовали свое новейшее приобретение в камере со свинцовым покрытием, заклепанной болтами из холодной стали. Свинец благословлял лично Папа, а болты были сделаны сектой девственных монахинь-кузнецов в почти недоступной часовне высоко в Уральских горах. Прозрачные панели в стенах, позволяющие посторонним наблюдать за работой, представляли собой термопластичный композит, разработанный не земными учеными. Он мог выдержать прямое попадание небольшой тактической ядерной бомбы. Дверной замок представлял собой цельный кусок сплава мелидария, более твердый, чем алмаз, и более теплостойкий, чем покрытие ракет НАСА. Короче говоря, это была та комната, с которой лучше не связываться.

– Долго он до нас добирался, – заметила Буэльман.

– Вот уж правда, – поддакнул Картер. – Я надеялся посмотреть Хархуфа на выставке, но и мечтать не смел, что мы действительно сможем его исследовать.

– Интересно, теперь, когда он у нас, с мистера Купера снято проклятие?

Картер взял скальпель и нахмурился.

– Если оглянуться назад, не уверен, что вообще купился на его сказочку. Я поспрашивал про этого Купера. Мутный тип.

– Правда? А мне показался довольно милым.