Тактик 3 (СИ) - Кулабухов Тимофей "Varvar" - Страница 47

— Ну, не без этого, — согласился я. — Побочный эффект и фундамент любой власти.

Нашей целью была центральная площадь. Сердце Лемеза. А в сердце этой площади стоял главный храм Парганаса, официального бога-покровителя этого королевства. Огромное, серое, праздничное (символика Бога-Солнце тяготела к яркости, свету и красоте) здание.

Там находились те, кто оставался немногими живыми и свободными лидерами общественного мнения. То, что нужно в этот трудный и кровавый час.

Мы вышли на центральную площадь. Она была почти пуста. Большинство горожан попрятались по домам, заперев двери и ставни. Лишь несколько самых отчаянных или любопытных выглядывали из-за углов. Тишина после ревущих улиц района Арены казалась оглушительной. И в этой тишине наши шаги по каменным плитам звучали как удары молота по наковальне.

Храм Парганаса возвышался перед нами, как гранитный утёс. Массивные обитые бронзой двери были закрыты. Видимо, жрецы, прослышав о беспорядках, решили отгородиться от грешного мира. Наивные. Они думали, что толстые стены и вера спасут их.

Мы не стали стучать, просить, но и разрушать особенно не стали. Хрегонн потянул двери на себя, посмотрел в цель между створками, хмыкнул и достал нож.

В его случае нож скорее походил на небольшой меч.

Впрочем, ничего рубить им он не стал, просто подцепил и приподнял что-то через щель.

Звонко загудело.

— Накидная перекладина, — пробасил Хрегонн и толчком распахнул двери храма.

Мы шагнули в местную святыню.

Внутри царил полумрак, пахло ароматическими травами, маслом для ламп и выпекаемым хлебом. Насколько я знал, хотя не особенно интересовался культами, Парганас покровительствовал выпечке и всякому хлебопечению.

Десятки свечей горели перед большой и величественной статуей безбородого улыбающегося Парганаса.

У алтаря стояли двое. Первый — верховный жрец. Старый, тучный, с хитрыми глазками и лицом опытного политика, привыкшего выживать при любой власти. Второй — верховный библиотекарь, хранитель династических тайн и архивов. Маленький, сухой, похожий на испуганного мышонка в своей серой рясе.

Кроме этих двоих в храме была храмовая обслуга и мелкие служители культа, которые жались по углам и посматривали в сводчатые окна.

Надо полагать, библиотекарь, когда в городе начался кабздец, прибежал к жрецу, ища защиты. Увидев нас, они перепугались до смерти. Лицо жреца стало пепельно-серым, а библиотекарь, кажется, и вовсе перестал дышать.

— Уважаемые гости и служители достойного храма бога Парганаса! — мой голос гулко разнесся под сводами храма. Я обращался не к главным, а к десятку младших жрецов и прислужников, которые от моих слов остолбенели. — Нам со старшими коллегами надо серьёзно поговорить, поэтому я попрошу всех посторонних немедленно покинуть храм.

Наши разбойники тоже вышли из храма, как и вся шушера, которая не принимала решений, потому что разговор тут будет явно не для чужих ушей.

Я всё ещё держал свёрток с головой Цербера и попросил братьев-квизов проверить второстепенные помещения храма, потому что нам тут лишние свидетели ни к чему.

В итоге квизы стали у дверей, но внутри — словно две статуи, а у алтаря остался я, Рэд, Верховный Жрец и так называемый Великий библиотекарь — Королевский летописец.

— Удачно, что вы собрались вместе, ребятки, а то я собирался Вас, библиотекарь, искать.

Я лучезарно улыбнулся, а они откровенно поёжились.

Тяжёлые створки дверей с грохотом закрылись, отрезая нас от внешнего мира.

В огромном, гулком зале повисла напряжённая тишина. Мы стояли, окружив двух трясущихся от страха служителей пера и культа. Они были в своём доме, в своей крепости. Но сейчас они были нашими пленниками.

«Локация » Храм ' зачищена. Ключевые NPC изолированы. Уровень их сопротивления — нулевой. Уровень страха — критический. Идеальные условия для начала диалога'.

Я медленно снял с головы капюшон и шагнул вперёд. Свет от свечей падал на моё лицо, и я видел в глазах жреца и библиотекаря смесь ужаса и недоумения. Они пытались понять, кто я такой. Разбойник? Наёмник? Демон? Я был для них неизвестной переменной в уравнении, которое они считали давно решённым. И это делало меня ещё опаснее.

— Уважаемые, — начал я, и мой голос звучал обманчиво спокойно. — Не бойтесь. Мы пришли с миром. Мы пришли восстановить справедливость.

Верховный жрец нервно сглотнул, его кадык дёрнулся.

— Что… что Вам нужно, сын мой? — пролепетал он, пытаясь сохранить остатки достоинства.

— Мне нужно, чтобы вы стали свидетелями исторического события, — ответил я, медленно приближаясь к нему. — И, не будем тешить себя иллюзиями, если что-то пойдёт не так, то вы станете мёртвыми свидетелями.

Рядом со мной Рэд мрачно кивнул, положив руку на рукоять меча. Этого простого жеста было достаточно для иллюстрации моей мысли.

Я не собирался тратить время на долгие предисловия, угрозы и политические торги. Времени не было.

Перво-наперво гарнизон мог вернуться в любой момент и это уже охрененный риск.

Нам нужно было действовать быстро, решительно и неотвратимо, как удар молнии. Легитимность нужно было ковать, пока железо было горячо от пролитой крови.

Я подошёл вплотную к верховному жрецу. Тот храбрился и делал вид потерянный и отрешённый. Но в глазах горел огонь прирождённого выживальщика. Он видел правителей насквозь, видел чиновников и политиков, их интриги и разборки. Он был в большей степени представителем власти, но выбрал себе своеобразный путь для построения карьеры.

Вместо дальнейших слов я подошёл к алтарю и развернул сверток, достав оттуда его содержимое.

Голова Цербера легла на белый мрамор, в окружении золотых подсвечников и ритуальных чаш. Глаза были открыты и, казалось, с укоризной смотрели в расписной потолок. Застывшая гримаса ужаса и ненависти на лице.

Верховный жрец и библиотекарь которые только-только начали приходить в себя синхронно изобразили судорожный вдох.

Я дал им несколько секунд, чтобы переварить то, что они видят и значение. Например то, что главный спец по репрессиям и террору определённо мёртв.

«Визуальный аргумент предъявлен. Уровень шока — максимальный. Психологическое сопротивление подавлено. Можно переходить к изложению ультиматума».

— Рассказываю, что мы с вами имеем. Славный король Коннэбль, да упокоит его душу Парганас, пал жертвой гнусного заговора, — мой голос прозвучал громко и торжественно, как будто я читал проповедь. Я указал пальцем на голову на алтаре. — Заговора этого человека! Рерс Файзеркосс, известный как Цербер, давно жаждал власти! Он организовал убийство короля руками наёмных убийц, чтобы самому захватить трон!

Я сделал паузу, давая им осознать сказанное. Это была наглая, чудовищная ложь. Но она была логичной, правдоподобной и, самое главное, удобной для всех. Она всё объясняла.

— Но верные люди, патриоты этого королевства, не дремали! — продолжал я, повышая голос. — Они раскрыли заговор и в последнюю минуту спасли страну от тирании узурпатора! И во главе этих верных людей стоял он, наш бдительный герцог!

Я развернулся и указал на Рэда.

— А кто — он? — тоненьким голосом спросил библиотекарь.

Я этот вопрос пока что проигнорировал.

— Какой я тебе герцог? — прорычал Рэд. — Рос, ты с ума сошёл?

— Не сошёл. А что такой… Это сэр герцог Оливер Рэд, как вы наверняка знаете и помните, это муж, то есть, в данном случае, вдовец покойной принцессы Мирианиды, старшей сестры короля! И, по сути, сейчас он единственный оставшийся в живых законный наследник престола!

В храме повисла звенящая тишина. Рэд, до этого спокойно и мрачно стоявший в стороне, от моего заявления опешил. Он посмотрел на меня так, словно я только что объявил его говорящим ослом.

Ну да, эту часть плана я с ним не обсуждал, потому что он бы отказался. А других кандидатур на эту роль у меня не было.