Между стенами (ЛП) - Джинджелл Вэнди - Страница 16

— Как он тут оказался? Разве он не был в подставке в коридоре?

— Да не, — соврала я, — банши повсюду гнёзда вьют, вот я иногда и притаскиваю вещи к себе, чищу и обрабатываю от этих паразитов.

Ну, я что-то такое и собиралась делать, так что соврала только наполовину.

— Тебе придётся поделиться этим трюком, — аккуратно ступая, она вошла в комнату. Может обилие теней её тоже напрягало. Как ни странно, они улеглись, когда она подошла ближе ко мне. — Эти маленькие создания вечно безобразничают в бараках.

— Ага, — я слезла с кровати, крепко сжимая зонтик. Тени перестали метаться по комнате, и я уже не боялась наступить в яму со змеями или на живую тень. — Без проблем.

Она провела рукой по длинной борозде, начерченной мечом, и сказала:

— Тебе лучше спуститься. Не удивительно, что тебе снятся кошмары: меня бы они тоже мучали, спи я в такой же могиле.

— Никакая это не могила! — возмутилась я. — Тут безопасно. Ну, естественно, когда тут не шастают плоды моего воображения.

— Плоды воображения? — Паломина дошла до двери и снова повернулась ко мне. — Ты же говорила про кошмар.

— Ну да, — сказала я. Интересно, это мой мозг всё ещё тормозит или я только что наткнулась на очередную непонятку, из-за которой мир людей толком не мог взаимодействовать с миром За. — Кошмар. Плод моего воображения.

— Реальный или нет, но он точно не безобиден, — с этими словами Паломина вышла из комнаты.

Я поспешила за ней.

— Хочешь сказать, он может быть настоящим?

— Кошмары не возникают на пустом месте, — отозвалась она.

— Ну да, но…

— Также они не появляются в доме, настолько тесно связанном с Между, да ещё и в более материальном виде, чем обычный кошмар.

— Ну спасибочки, — кисло ответила я, — после твоих слов в следующий раз будет не так жутко.

— Тебе стоит бояться, — сказала она, — жизнь меж двух миров будет всегда опасной, а чем больше ты боишься, тем дольше проживёшь.

Я буркнула:

— По-твоему это жизнь?

Она тихонько рассмеялась:

— Мы все боимся. В За эта тема распространена так же, как и в этом мире, но это не относится к делу. Тебе не стоит так расслабляться с Запредельными в доме.

А забавно. Я шла за Паломиной, которая уверенно спускалась по лестнице, и страшно мне не было. Наоборот, было ощущение, что можно на время расслабиться и не бояться, что в следующую секунду выскочит какая-нибудь неведомая тварюга и утащит меня с собой.

— А ты мне кое-кого напоминаешь, — сказала я, спрыгнув с последней ступеньки. Может по привычке, пошла прямиком на кухню. — Блинчиков хочешь?

— Разве тебе не нужно поспать ещё? Насколько я помню, люди довольно уязвимы.

— Попозже, — ответила я, — сейчас хочу что-нибудь приготовить.

— Люблю блинчики, — ответила она.

Она решила не стоять у меня над душой и осталась в гостиной. Я услышала, как она ходит взад-вперёд. Не знаю зачем — вообще не припомню, чтобы феи производили столько шума. Будто это чтобы я почувствовала, что в доме кроме меня есть кто-то ещё живой.

Заботливо с её стороны.

Пока жарилась первая порция блинчиков, в кармане зазвонил телефон.

— Аллё?

На другом конце невнятно забормотали, что-то грохнуло, а потом послышалась ругань.

— Ребёнок! Ребёнок, ты тут?! Да золото тебя побери, что эта хреновина опять делает?!

— Пять! — где угодно узнаю этот вечно недовольный старческий голос. — Таки смог позвонить!

— Аллё? Аллё? — издалека заговорил он. — Есть кто? Позеленей твоё золото, будешь ты работать или как?

— Приложи телефон к уху! — заорала я, отбросив надежду, что Паломина меня не услышит. — И хватит так вопить, а то уже уши болят.

— Ну да! — всё ещё громко ответил он. — Поговорим так!

Звук шагов Паломины в гостиной затих.

— Конечно, только обязательно так орать?

— Ты говорила, что нужно на кнопки нажимать, — кисло ответил он, хотя уже и чуть тише, — но никаких кнопок нету: только плоские кругляшки.

— Так выглядят кнопки на устройстве с тач-скрином, — ответила я. — В общем поздравляю, ты научился пользоваться мобильником. Неимоверно горжусь.

— Нашёл в твоих бумагах несколько занятных вещей, — сказал он, — но нужно больше времени. Там всё запутано, верёвочка вьётся, вьётся, но уверен, всё в одно соберётся.

— Запутано — это понятно, — ответила я, — но что значит, «соберётся в одно»?

— Говорю же, верёвочка!

— Да, но… А! Говоришь, что всё связано.

— Нет. Ничего ещё не связано. Пока вьётся и вьётся, и очень удивлюсь, если всё это не окажется одной верёвочкой информации.

Я сдалась и не стала больше докапываться.

— Ладно. Значит ли это, что ты понял, куда всё ведёт?

— Ни малейшего понятия! Кое-какие показатели говорят о том, что всё приведёт к одному источнику, но это самый последний шаг. Пока что пытаюсь определить общее направление ответвлений. Иду за деньгами, но след очень тонкий, потому что тут главное не деньги.

— Так. Значит, тебе кажется, что всё ведёт в одном направлении, но хочешь убедиться наверняка. Ещё ты не знаешь, куда точно ведут все концы.

— Так точно, молодец! Одно связующее звено всё же есть: тот, кто всё это собирал. Кто это?

— Пока не могу сказать, — извинилась я. Было ощущение, что я придам Атиласа. — Если окажется, что это прям необходимо, скажу.

И так очевидно, что это важно: без необходимости Атилас не стал бы шариться в интернете. Он также знал, кто его об этом просил, ведь он вряд ли занимался этим по собственной воле. А если и так, то он либо кому-то помогал, либо кого-то защищал.

И всё это было нужно учитывать.

Но несмотря ни на что, никак не могла сказать ему, что это Атилас.

— Да позеленей твоё золото, — буркнул тот, — уж скажи, когда сможешь, и толку от меня будет больше. Как сделать так, чтобы эта штуковина перестала мне в ухо чирикать?

— Я сама положу трубку, — ухмыльнулась я, — позже поговорим, да?

Зуб даю, он ещё минут пять вопил на свой бедный мобильник, чтобы понять, точно ли я отключилась. Из гостиной вновь послышалось старательное шарканье Паломины, а я вернулась к блинчикам. Между прочим, вовремя — ещё чуть-чуть и они бы знатно подгорели.

Если Атилас кого-то защищал, то только Зеро. Как по мне, только ради него он бы потратил столько времени и сил. Если же Атилас действовал по приказу, то вариантов всего два: Зеро или его отец. Если бы пришлось выбирать, на мой взгляд, победил бы Зеро. Отцу он подчинялся из страха и давней привязанности, но его верность Зеро основывалась на восхищении. Вряд ли признается, тем более, он прекрасно знал, к чему приводят восхищение и привязанность к другим, но в этом я была уверена почти на все сто.

Скорее всего всё сводится к Зеро, так что об этом стоит помнить.

Телефон зазвонил вскоре после того, как я проснулась на диване в гостиной. От неожиданности схватила его, толком не очухавшись. Конечно, не ожидала, что Зеро и компания вернутся тогда, когда обещали, но и не ожидала, что в трубке будут так вопить.

— Мы задерживаемся, — пророкотал он, перекрывая какофонию, — сходи к подруге и расскажи ей о ходе расследования. Чтобы через пару часов дома была.

— Блин! — я села. Волосы растрепались, а на одной ноге не было носка. — Там у вас убивают кого-то что ль?

Паломина резко выпрямилась на стуле.

— Пока нет, — сказал Зеро и отключился.

— Ну совсем общаться не умеют, — сказала я Паломине. Она была прям на взводе — никак в бой рвётся. Хотелось думать, что Зеро не сказал больше потому, что не хотел, чтобы она вдруг присоединилась к ним, а не потому, что внезапно позабыл поделиться со мной. Добавила: — Они в порядке. Сказал, будут позже.

— Так и поняла, — ответила она, — но хотелось бы увидеть это собственными глазами.

Я посмотрела на неё и сказала:

— Как по мне, ты бы уже давно там была, если бы тебе позволили.

Она ухмыльнулась:

— Для питомца ты уж очень хитрая.

— Все так и говорят. А почему тебе не дают действовать самостоятельно? Начудила чего?