"Фантастика 2025-116". Компиляция. Книги 1-27 (СИ) - Гладышев Сергей А. - Страница 368

   Стратоник, муж многознающий и преданный истине, уже написал несколько книг об Ардагасте и посещенных тем краях. То, что ученый с удовольствием рассказывал царевичу всю дорогу до земли росов, однако, мало в чем уступало восторженным рассказам простонародья. Нет, Ардагаст не был ни Аполлоном, ни даже его сыном, а лишь избранником. Он действительно победил многих чудовищ, демонов и злых богов - Гекату, Борея, троих Горгон. Но не в одиночку, как герои древности, а с отважной дружиной, набранной из всех племен Скифии от венедов и сарматов до гипербореев. Особенно прославились амазонки во главе с сестрой царя Ардагундой и воины-оборотни Волха, князя невров. Лучшими же и славнейшими в войске росов были двенадцать русальцев - священных воинов, одинаково хорошо владевших мечом и магическим жезлом. Но и столь отважное войско не преуспело бы без мудрости и чар скифских магов - великого волхва Вышаты, его жены Лютицы и лесной колдуньи Миланы.

   Посетил Ардагаст и Гиперборею, даже две: страну бедного, но праведного народа сииртя на берегу Ледяного моря, именуемого знатоками Кронийским или Амалхийским, и Белый остров - обитель Аполлона и преданных ему праведных душ тех, кто посвятил жизнь борьбе за справедливость. Вообще же странствие в Гиперборею есть не просто поход воинов или полет колдуна, но вознесение к духовным вершинам, требующее очищения души от корысти, тщеславия и иных пороков. Этого не понял, например, князь Андак, родич Ардагаста, в погоне за данью и добычей добравшийся раньше его до Гипербореи и в конце концов потерявший дружину и едва избегнувший позорной казни за свои бесчинства.

   Немало рассказал Статоник и о беспутной жизни в Пантикапее Валента, тогда еще Левия бен Гиркана. В том числе и об "опыте" в самую короткую ночь года, затеянном Левием и его учителем Захарией Самаритянином. Сей опыт, едва не разрушивший город, кончился тем, что чародей погиб, а ученик его едва унес ноги от мальчишек Ардагаста и Инисмея.

   Ученый начал было рассказывать о древнем, киммерийских времен городке на горе над Суботью, но тут внимание царевича привлекло необычное зрелище. Трое крепких полуголых мужчин стояли в воде, с трудом удерживая сеть, в которой билось зубастое темно-серое чудовище. С первого взгляда похожее на крокодила, оно было, однако, лишь огромной, с лодку, щукой. Один из рыбаков был темноволос, с упрямым скуластым лицом. Второй отличался золотистыми волосами и закрученными тонкими усами. Третий - настоящий великан, очень смуглый, черноволосый и пышноусый. Мешая сарматские слова с венедскими, они кричали:

  -- Тяни! Сеть грызет, стерва! Кулаком ее по голове, кулаком!

   С берега их подбадривали трое других: крепкий, но совершенно седой мужчина с волчьей шкурой на плечах, мальчонка лет восьми и невзрачный мужичок в сером кафтане.

  -- Да ведьма она, ведьма! Дядя Волх, по матушке ее! - вопил мальчонка.

   Еще один рыбак, маленький, узкоглазый, сидел в лодке-долбленке, держа в руке странного вида острогу с привязанной к ней длинной веревкой. Вдруг щука прорвала сеть и бросилась в глубины Тясмина. Рыбаки дружно выругались, а седовласый бросился в реку, нырнул, и миг спустя из воды показалась голова еще одной громадной щуки - серовато-белой. Из ее зубастой пасти раздалось:

  -- От меня не уйдет! Хаторо, готовь гарпун!

   Белая щука скрылась. Вскоре вода забурлила, и появились два бешено метавшихся чешуйчатых тела. Щуки бросались друг на друга, рвали в кровь зубами бока. Узкоглазый метнул гарпун, сразу попал в темную щуку и принялся грести к берегу. Трое рыбаков ухватились за линь и с торжествующими криками вытянули рыбу на берег. Только тут седовласый вынырнул и небрежно произнес:

  -- Три царя одну щуку поймать не смогли.

  -- Три царя не могут. Один сииртя из рода Моржа может, - невозмутимо проговорил узкоглазый, сматывая линь.

  -- Вы - цари? - удивленно сказал Каллиник, глядя на трех варваров, отжимавших воду из полотняных штанов.

  -- А что, непохожи? - рассмеялся скуластый. - Знаешь мою тамгу, грек? - Он надел на шею золотую гривну с конскими головами на концах, набросил на мокрые плечи короткий красный плащ с вышитой золотом тамгой Инисмея.

   Златоволосый надел гривну с львиными головами, похожую на старинные скифские, и плащ с тамгой росов.

  -- Да светит тебе Солнце, Ардагаст! - сказал ему Стратоник.

  -- Да светит оно всем людям! - ответил царь росов.

  -- Ну, а я - Вишвамитра, священный царь амазонок. Все мое царство - сорок женщин, зато каких! - широко улыбнулся смуглый великан.

  -- Я - Волх Велеславич, князь нуров. Волколаков! - подмигнул грекам седовласый. В его хищной усмешке и сильном поджаром теле было и впрямь что-то волчье.

  -- А меня вот люди лесным царем кличут, хотя какой из меня царь, - развел руками мужичок.

   Каллиник спешился, приветственно поднял руку.

  -- Я - Каллиник, царевич Коммагены.

  -- Царевич без царства? Я сам таким был. Только вырос не во дворце, а в лесах на Почайне, - дружелюбно и без тени превосходства сказал Ардагаст.

   Тем временем со щукой произошло нечто странное. Вместо рыбины на песке лежало нагое тело женщины - пышное, соблазнительное, но... с рыбьей чешуей на плечах и с головой щуки. На белой коже синели татуировки - колдовские знаки.

  -- Я же говорил, что это ведьма! - торжествующе произнес мальчик.

  -- Хороший у тебя духовный глаз на ведьм, Вышко! - потрепал его по волосам Волх. - В отца, великого волхва Вышату, и в мать, волхвиню Лютицу.

  -- Только нос не больно задирай, сынок, а то ведь с теткой Бурчилихой обознался, - сказал, подходя к ним, человек в белом плаще волхва, с длинными русыми волосами и простым добродушным лицом. Взглянув на тело, он озабоченно произнес:

  -- Эта еще откуда? Знаки вроде кельтских наколоты. Водяной ее знает...

   Из воды вдруг вынырнул лысый толстопузый старик и решительно замахал руками с перепонками между пальцев.

  -- Не знаю, накажи меня Велес - не знаю. Не здешняя она, приплыла Чернобог ведает откуда...

  -- Как это не знаешь? - вскричал мужичок. - Она который день здесь разбойничает. Уток хватала - не с тобой ли делилась? Потом царевича Ардафарна чуть на дно не утащила. Да разве я, царский леший, стал бы такую тварь у себя в лесу терпеть? Тебе, лентяю да пьянице, зачем жертвы приносят?

   Ухватив речного бога за зеленую бороду, "лесной царь" принялся тузить его под дружный смех собравшихся, пока тот не вырвался и не нырнул обратно в реку. Только тут Каллиник сообразил, что мужичок в сером - знаменитый росский сатир Шишок, способный провести войско через любой лес, а еще - вырасти вровень с деревом и в таком виде одолеть самое могучее чудовище.

   Вдруг из-за горы выехал небольшой конный отряд. Молодые женщины в кольчугах и вышитых шароварах, при оружии, вели на арканах пятерых сарматов. Во главе отряда ехали трое: светловолосый гигант в рогатом шлеме и две женщины. Одна лицом и пышными золотыми волосами напоминала царя росов. Другая, черноволосая, выделялась круглым лицом, узкоглазым и скуластым, но тем не менее красивым. Каллиник догадался, что это - Ардагунда, царица амазонок и сестра Ардагаста, тохарка[190] Ларишка, его старшая жена, и гот Сигвульф, один из лучших росских воинов. Приглядевшись к мертвой ведьме, германец воскликнул:

  -- Вот она где! Марвена, черная друидесса из Карпат. Учила полянских ведьм разным мерзостям, а в первый день травня хотела справить на Лысой горе Белтан[191], и сжечь двенадцать детишек в хворостяном чучеле. Только подралась с Невеей, великой ведьмой лысогорской, а тут подоспел я с Миланой и дружинниками и разогнал все кодло.

   Ларишка выхватила кривой меч-махайру, одним ударом снесла мертвой ведьме щучью голову и с яростью произнесла:

  -- Мерзавка! Адрафарну всю ногу изорвала. - Взглянув на греков, она гордо добавила: - Но мой сын не испугался. Одной рукой вцепился в куст, а другой схватил палку и бил эту тварь по голове.