"Фантастика 2025-116". Компиляция. Книги 1-27 (СИ) - Гладышев Сергей А. - Страница 523

— Ну вот видите! А вы говорите «представьте себе»! — улыбнулся я.

— Извини, Крис, мы просто не знали о том, что этот невероятный клад был обнаружен тобой, — Доринер сокрушенно развел руки в извиняющемся жесте. — И о тайниках в замке и гостинице нам также не было известно.

— Но тогда ты, Крис, должен понимать, что у нашего банка во всех крупных городах очень много по-настоящему богатых клиентов, — продолжил Гневет. — И многие из них будут готовы хорошо заплатить за такую услугу, которую ты оказал графу Черкету.

— Я прекрасно понимаю, что желающих будет много, но вот готовы ли они будут достойно оплачивать мою работу? — пожал я плечами.

— О-о-о, Крис, поверь — оплатят, никуда не денутся! — усмехнулся Доринер. — Наш банк умеет выколачивать из людей деньги, особенно если их у них много.

— Если так, то мы вполне можем поработать в этом направлении, — улыбнулся я. — Тем более, что это не единственный вариант нашего с вами потенциального сотрудничества.

— Какие еще? — поднял брови Гневет.

— Во-первых, торговля артефактами древних магов, — начал я загибать пальцы на руке. — С недавних пор мы с моим партнером Киррэтом являемся единственными на континенте поставщиками подобного товара на рынок. Если вы еще не в курсе, несколько месяцев назад наш отряд уничтожил всех Искателей в Проклятых горах и больше мы туда никого не пустим. Во-вторых, продажа ювелирных изделий, найденных мною как в Проклятых горах, так и в тайниках на равнине. В-третьих, продажа древних золотых монет опять же из Проклятых гор. В-четвертых, в Проклятых горах иногда попадаются вещи, которые неплохо продаются здесь, на равнине. Например, ковры, скульптуры, оружие. Торговля подобными предметами при правильном подходе может принести хороший доход. В принципе, это может быть один многопрофильный бизнес или же четыре отдельных проекта — к подобному можно подойти по-разному, но сути это не меняет.

— Боюсь, Крис, что все это нам придется обсуждать на Совете старейшин нашего народа, — сказал Гневет. — Это слишком большой масштаб для нас с Доринером. Один факт об уничтожении вами Искателей в Проклятых горах способен так потрясти континент, что даже страшно себе представить.

— Скажите, если я сын Ликуси, то получается, что я тоже берк? — задал я вопрос банкиру и юристу.

Этот вопрос заставил берков замолчать на некоторое время. Затем они переглянулись и Гневет осторожно ответил:

— Если ваша мама, Крис, именно та девочка, о которой мы думаем, то да, вы являетесь одним из нас. Но в этом должны разобраться наши старейшины.

В этот момент нас позвали за стол и разговор нам пришлось прервать. Однако в столовой начался новая беседа.

— Крис, скажи пожалуйста, как так получилось, что ты в столь юном возрасте стал Золотым клиентом нашего банка? — спросила хозяйка дома. — И это при том, что ваша семья никому не известна.

— Ну, для этого иногда достаточно просто родиться уродом, — усмехнулся я и указал вилкой на свой левый глаз.

— Это как? — опешила женщина.

— Дорогая, у Криса уникальный и невероятно ценный дар, — вмешался Доринер. — Он способен видеть клады. Помнишь новости о сокровищнице Грифсов в Нелисе? Ее нашел Крис.

— Не-в-е-р-о-я-т-но, — прошептала шокированная хозяйка. — И откуда у тебя такой роскошный глаз?

— От мамы Ликуси, — усмехнулся я. — Или от ублюдка, который ее изнасиловал.

— Что?!! ЛИКУСИ!!! — задохнулась Цирения.

— Дорогая, — попытался успокоить жену банкир. — Кажется, Крис является сыном нашей Ликуси. Это еще необходимо проверить, но года сходятся.

— РАССКАЗЫВАЙТЕ!!! — непререкаемым тоном приказала женщина.

Доринер, Гневет и Вальк начали переглядываться между собой, не решаясь взять на себя смелость быть рассказчиком. Я вздохнул и начал рассказывать.

— Одиннадцать лет назад весной в Проклятые горы бандиты, называвшие себя Искателями, привезли очередную партию «мяса». Вы же в курсе, кого в Проклятых горах называли «мясом»? — спросил я Цирению, на что она мрачно кивнула головой. На женщину было страшно смотреть — белое лицо, покрытое красными пятнами, стиснутые зубы, дрожащие губы. — Среди этих малолетних рабов была девочка, которой было около двенадцати лет. Она себя назвала Ликусей.

Я думаю, вам не надо объяснять, что Ликусю в горах не насиловал только ленивый. В результате десять лет назад в конце зимы на свет появился мальчик, которому девочка дала имя Миля.

— Что⁈ МИЛЯ?!! — вскинулась хозяйка. — Доринер, что вы еще собираетесь проверять⁈ У Ликуси для всех ее игрушек и кукол всегда было только одно имя — МИЛЯ!!!

— Цири, дорогая, успокойся, — взмолился Доринер. — Это имя Крис первый раз упомянул. Я этого не знал. Давай дадим возможность мальчику закончить рассказ!

— Я хочу чтобы вы понимали — все, что я сейчас рассказываю о маме, я знаю исключительно со слов бабы Томы, бывшей рабыни, — решил я уточнить. — Она единственная среди живых, кто знал Ликусю в Проклятых горах. Именно она принимала мои роды. У нее на глазах убили девочку. Она ее и похоронила.

После этих слов Цирения словно окаменела, а я продолжил рассказ:

— В Проклятых горах если малолетние рабыни рожают, то младенцев сразу убивают. Но с Ликусей все получилось по другому. Когда Тома рассказала девочке о том, что ждет ее сына при появлении бандитов, которые скоро должны были вернуться в горы после зимовки на равнине, Ликуся словно с ума сошла. Она была готова убивать любого, кто посмеет прикоснуться к ее малышу. Понятно, что это стало бы смертью для нас обоих. Тогда Тома предложила девочке спрятаться в пещере, о которой знала только она. Два года мама со мной пряталась в этой пещере в летние сезоны, а зимой Ликуся перебиралась в хижину бабы Томы, где жила втайне от всех.

Когда мне было два года, бандиты все-таки узнали о нас с мамой — один из мальчишек сдал нас. Маму и меня вытащили из пещеры, после чего главарь банды приказал меня убить, а маму, как он выразился, «употребить по назначению». Один бандит несколько раз пнул меня ногой и бросил, посчитав, что этого мне достаточно, чтобы сдохнуть, и поспешил присоединиться к остальной банде, которые в это время измывались над мамой. Ликуся, убежденная в том, что меня убили, словно с цепи сорвалась и продолжала бросаться на бандитов, как бешеный зверь, что бы с ней ни делали в тот вечер. В конечном итоге ее убили. Когда баба Тома пришла похоронить меня, то обнаружила, что я все еще жив. Обработав мои раны, она спрятала меня и смогла выходить. Тома рассказывала, что Ликуся каким-то немыслимым образом ухитрилась в первые же месяцы моей жизни приучить меня не издавать ни звука, как бы плохо мне не было. Это и помогло бабе Томе еще два года скрывать присутствие ребенка в поселке бандитов, а потом меня снова обнаружили и я сбежал в горы, где и прожил несколько лет в одиночестве как дикий звереныш. Вот собственно и все, что я могу рассказать о Ликусе. Если хотите больше подробностей, то вам придется поговорить с бабой Томой.

К окончанию моего рассказа Цирению сотрясали судорожные рыдания. В итоге, будучи не в состоянии успокоить жену, Доринер с помощью племянницы и сыновей увел Цирению в ее покои.

— Цирения была в числе тех, кто заботился о Ликусе, когда та была еще совсем маленькая, — пояснил нам Гневет. — Лет до восьми она была при девочке, а потом их семья переехала сюда. Цирения до сих пор себя винит в том, что произошло с Ликусей. Говорит, что если бы она продолжала ухаживать за девочкой, то ее бы не похитили. Хотя может быть ее никто и не похищал, а она сама ушла из дома, когда ее оставили одну, без присмотра — в этом так никто и не разобрался. Двух нянек и двух охранников, которые в день пропажи дежурили в доме Ликуси и решили предаться разврату вместо исполнения своей работы, практически сразу казнили. Да они и не смогли ничего внятного сказать на допросе, блеяли, как тупые животные. Сволочи!!!

— И кем была мама, что о ней так заботились? — спросил я.

— Последний прямой потомок нашей Королевы Милении Великой. Так мы считали до сегодняшнего дня. Теперь им стал ты, Крис. Но об этом тебе лучше поговорить с нашим Советом старейшин.