Наш папа - прокурор (СИ) - Тимофеева Ольга Вячеславовна - Страница 44

– Ты просто скажи да.

– Я скажу да, ты сразу начнешь давить когда.

Юра усмехается. Я его мысли, похоже, прочитала.

– Вообще-то следующий вопрос был бы, где мы будем жить? Или у меня в квартире, или в загородном доме. Я за второй вариант.

– Моя квартира не рассматривается?

– Ты представляешь там жить впятером, плюс няня.

– Это пока не горит, можно потом решить.

– Это все как будто ради детей. Я не нужна была полгода. А тут ты приехал и передумал.

– Нужна была, но я не мог вернуться. Я думал, что ты с Ромкой.

– Мог позвонить.

– Саш, как случилось так случилось. Я же тебе говорил, что ни с кем не был. Я хочу с тобой жить и с нашими детьми, с тобой просыпаться, помогать тебе, участвовать в их жизни. Чтобы они – кивает на Аню, не думали, что их папа летчик и его нет в их жизни, а чтобы всем говорили, а наш папа прокурор.

– Все так быстро. И как будто правильно, и я скучаю без тебя, и переживаю за тебя, но слишком быстро. Да, у нас дети, но я еще три дня назад ревновала тебя, ты жил с другой, а сейчас я должна все забыть и сказать “да”.

– Ты мне все еще не веришь?

– Я работаю над этим. Просто не хочу опять быть брошенной. Не сейчас.

– Я докажу тебе завтра, что я тебе не вру. Ни в чем.

– Не надо мне ничего доказывать, прошлый раз чуть с дерева не упал, доказывая.

– В этот раз без деревьев, – усмехается и закрывает коробочку.

– Правда, не надо, я возьму его, чтобы ты не передарил кому-нибудь.

– Угу, – отдает и улыбается, – я должен буду пройти полосу препятствий.

Надо сказать ему. Чтобы это не было между нами.

– Я должна быть уверена в том, что, – я прикрываю глаза и глубоко дышу. Хочу прогнать слезы и обиду. А в горле давит и жжет.

– Саш?

– Я и тогда тебе верила. До последнего верила. На суде, когда ты выступал против него. Я верила, что это часть плана, что ты его спасешь. Я верила…

Я закрываю глаза, не хочу смотреть в его и видеть там то, что мне не понравится. Я все понимаю, но есть вещи, которые нельзя просто так взять и забыть в один миг. Пусть я понимаю, что так было надо, но мне обидно за тот день, когда он меня предал и не предупредил.

– Прости, – обнимает прижимает, но сейчас от этого не легче.

– Я понимаю, что ты прав, но мне все равно обидно. Я не была готова.

– Не плачь, хорошо? Я не настаиваю. Но не возвращай кольцо. Я купил его тебе. Мне будет приятно, если ты будешь его носить или оно просто будет у тебя. Я хотел кое-что сделать, но теперь без твоего согласия уже и боюсь.

– Хватит уже сюрпризов.

– Этот приятный. Я хотел предложить тебе переехать в другую палату.

– А с этой что не так?

– Все так. Но есть палаты с двуспальной кроватью и душем, микроволновкой. Как квартира.

– Это дорого и зачем?

– Я мог бы оставаться у вас ночевать. Помогать тебе. И деньги - это не твои проблемы.

– Ночевать?

– Да. Ночевать. Боишься, что не устоишь?

Как у него получается заставлять меня то плакать, то улыбаться.

– Это же не обязывает меня сказать “да”?

– Не обязывает, но я надеюсь, – понижает голос до шепота, – что ускорит твое решение.

– Я не знаю, Юр, это же надо заново все оформлять.

– Мне нужно только твое согласие, остальное я сделаю сам.

– Хорошо, я согласна. И сережки не надо сдавать. Я подумаю, что с ними сделать.

– Так что и как ты хотел мне доказать?

– Завтра, Сань.

– Я теперь не усну, буду думать.

– Как вариант, можешь сказать всего одно слово и узнаешь все сегодня.

– Это шантаж.

– Да. А в шантаже главное…

– Начать его первым, – заканчиваю за него фразу, с которой фактически началась наша история.

И я очень хорошо помню при каких обстоятельствах.

Мы садимся в кресло, подальше от Ани, Юра шепотом рассказывает, как съездил в Ростов, что оставил Викторию там. Как-то даже спокойней от этой мысли.

Возимся с дочкой, когда она просыпается. Даже мне волнительно за то, как он будет ее держать, чтобы не уронить и не навредить, но он смело берет малышку на руки, подает мне, наблюдает, как я ее кормлю.

Когда Анечка снова засыпает, Юра уходит, чтобы я тоже отдохнула. Но заснуть не получается сразу. Я открываю верхнюю полку и достаю кольцо. Примеряю. Хорошо сидит, с размером угадал. Может, зря я так резко?

Юра старался. Думал обо мне. Даже девочкам сережки купил. Смешной такой. Там мочка уха меньше ногтя. Куда им сережки вставлять?

Но они волшебно-мимишные просто. Я сразу и не рассмотрела, а зря. Маленькие вишенки, цветочки и тыковки. Тыковки… Все разных оттенков, чтобы издалека уже можно было понять, кто есть кто.

Я как-то и не подумала об этом, а Юра подумал. Уже готовится к тому, что ему надо будет их различать как-то. Жить с ними и отличать.

Глава 30. Юра. Полиграф

Выезжаю от Саши, но еду не домой, а на встречу с Александром. Его охранное агентство стремительно расширяется, наверное, отчасти благодаря мне, тут теперь есть и детективное отделение. Я уже убедился в качестве их работы. Сам бы с удовольствием поработал с ними, если бы не имел основной работы.

Александру я в свое время помог не меньше. Спас дочь от тюрьмы, прикрыл глаза на преступление и как прокурор нарушил закон, но не жалею об этом.

– Добрый день, Александр, – встречаемся в кафе, занимаем столик подальше от всех.

– Юрий, рад видеть.

– Снова нужна ваша помощь. Я тут раскопал кое-что, но мне не хватает времени и доступа к некоторым базам, чтобы разобраться.

– Слушаю.

Поражаюсь его спокойствию и выдержке. Я умею контролировать себя, но военная выдержка этого мужчины, опыт и самоотдача – эталон для подражания.

– Для начала надо найти сестру одной девушки. Тут у меня есть зацепки.

– Зацепки – это хорошо.

– Мужчина и женщина попали в аварию, выжила только их дочь, но ее удочерили, и родственники сейчас хотят ее найти. На фотографиях с похорон я заметил человека, как будто знакомого мне. Давайте начнем с него и проверим эту семью.

– В этой семье есть подходящая девочка?

– Да. Возраст, месяц рождения сходятся. Но проблема в том, что я знаю эту семью очень давно и не думаю, что это они. Но и не могу не проверить, чтобы не сомневаться. – Он кивает, понимает меня. – Вы меня поймете. Нельзя просто прийти и спросить, подскажите, вы удочерили вашу дочь или она родная?

– Я понимаю. – Александр достает блокнот и помечает что-то. – Юра, мы проверяем только эту семью или ищем родителей?

– Сначала проверяем моих знакомых, чтобы отбросить этот вариант, потом спокойно ищем.

– Почему отбросить?

– Потому что они мои друзья, и я не хочу знать о них больше, чем мне рассказали. Да и вся ситуация сложная, с одной стороны, я не хочу лезть в семью, которая удочерила ребенка, с другой, я хочу помочь тем, кто ищет сестру.

– Я понял, сначала проверю, потом решим. Можно элементарно сделать тест ДНК родителей и дочери и понять.

– ДНК не пойдет, девушки нет сейчас в стране.

– Тогда что-то придумаем. Скажи фамилии, имена, место работы. Моя команда найдет их и решит вопрос.

– Это должно остаться между нами.

– Обижаешь.

– Даже от вашей дочери и зятя. – Александр замирает и смотрит на меня не моргая. Ждет.

– Озеровы Варвара и Александр.

– Та самая Варя, про которую я думаю?

– Да, подруга вашей дочери.

– Оуу. Юра, а ты не хотел бы перейти ко мне работать? Я чувствую, что ты и сам бы справился, будь у тебя время и возможности.

– Да, люблю это, но лучше будем с вами в тандеме, вы помогаете искать преступников, а я буду их сажать.

– Мое предложение всегда в силе.

– Хорошо. Я надеюсь, что это не Варвара, я ошибся, и мы спокойно ищем девушку. Есть еще одна сопутствующая проблема. – Показываю ему копию письма, которое получил, рассказываю про все обстоятельства. Связь с Викой и совпадения. Про центр и события двадцатилетней давности.