Я тебя ищу. Книга 1 (СИ) - Предгорная Арина - Страница 28

– Какой ювелир? Зачем? – нахмурился Бретт.

– Ювелирный дом Неймар, первый из лучших в Костоне. Он привезёт украшения, мы договорились об этом ещё… давно. Поможешь мне выбрать кое-то?

– А отец с этим не поможет? – удивился Бретт.

– Твоему вкусу я доверяю больше, – улыбнулась леди Лиита.

Бретт невнятно хмыкнул, но обещал посмотреть содержимое шкатулок. Последнее, что его волновало – это серьги и ожерелья. У него не проходило чувство, будто живёт не свою жизнь, и крайне важным было вспомнить тот злополучный день. Но любые попытки устранить кашу в голове проваливались.

Утром он был на ногах задолго до десяти, заглянул к матери: та прихорашивалась перед зеркалом, будто готовилась не ювелира принять, а представителя королевских кровей самое малое. Шустрая служанка ловко сооружала из пышных волос госпожи упругие локоны и укладывала их в замысловатую причёску.

– Так зачем на самом деле вам нужна моя помощь? – спросил Бретт, устраиваясь в свободном кресле.

– Принеси мою шкатулку. Лиловую, – велела леди Лиита служанке.

Та проворно упорхнула.

– Бреттмар, я бы хотела, чтоб ты на свой вкус выбрал какие-нибудь серьги или даже гарнитур. Для… Для подарка леди Виолене де Глойс. Ты ведь помнишь, что отплываешь в Вион на стажировку к её отцу?

– О стажировке и лорде де Глойсе я отлично помню, – заверил Бретт, внимательно глядя на мать. – Но Виола здесь причём? Как будет воспринят такой подарок с моей стороны, вы подумали? Я ведь отменил помолвку.

Леди Сорейн приложила к вискам тонкие пальцы.

– Послушай…

– Я весь внимание.

В этот момент служанка вернулась с объёмным ларчиком с высокой крышкой. Почтительно водрузила его на столик и, повинуясь взмаху хозяйской руки, удалилась. Леди Лиита неторопливо откинула крышку, перевела взгляд на содержимое ларчика: серьги, кольца, кулоны и подвески, браслеты – всё это великолепие заиграло сдержанным благородным блеском в утреннем свете, залившем комнату.

– Я помню, что ты отказывался жениться на дочери лорда де Глойса, и твои письма лорду мы с отцом тоже отлично помним. Не представляешь, каково нам было узнать о твоём решении, и узнать не лично от тебя, после того, как твой отец столько времени готовил вашу помолвку!..

– Мама, я прошу вас… – поморщился Бретт.

Напоминание о разорванной помолвке всё ещё было неприятным. Отец Виолены не затаил зла и достойно принял отказ. А что ещё там было?..

– Сын, это я прошу тебя. Выслушай. Это важно.

Бретт выпрямился в кресле, скривился, словно проглотил кружок лимона. Леди Лиита принялась перебирать украшения, губы беззвучно шевелились, подбирая слова для него. Что ни день, то досадные новости!

– Мама, мы ведь уже всё прояснили: для моей стажировки и остальных договорённостей вовсе не нужна женитьба на Виоле! Я говорил и с ней, и с лордом – этот вопрос улажен! Виолена чудесная девушка, но она…

Бретт запнулся. Рассеянно разглядывая содержимое шкатулки, его взгляд вдруг выхватил очень знакомый блеск. Он вынул из отдельного ложа кольцо, прерывисто выдохнул и положил украшение на ладонь. Что-то отвечала мать; Бретт не слышал. В ушах шумело, и с каждой секундой всё сильнее. Сердце как ледяными тисками стиснуло, Бретт зажал кольцо в кулаке и медленно поднял глаза на продолжавшую что-то говорить маму.

– Вот поэтому, – чужим голосом оборвал он взволнованную речь. Память ворвалась в его голову так стремительно, что грозила взорвать черепную коробку. – Поэтому я и отказался от брака с леди де Глойс. Почему это кольцо в вашем ларце, матушка? Где Кэти?

Леди Лиита осеклась на полуслове, изменилась в лице. Выпала из её руки брошка.

– Как это оказалось у вас?! – Бретт сунул кольцо матери под нос.

– Быть того не может, – едва слышно выдохнула родительница и прижала ладонь к губам.

Но тут же вернула лицо на место: гордое, красивое холёной надменной красотой. Подняла и вернула на место оброненную брошку.

– Бреттмар, я говорю тебе о Виолене. Никого важнее этой молодой леди сейчас быть не может! Какая ещё Кэти, кто это?

– Вот так, да? – нехорошим, очень нехорошим тоном просвистел Бретт. – В пекло вашу Виолену! У меня свадьба должна была состояться три… четыре дня назад! Где моя невеста, Кейтрисс?!

– Понятия не имею! – совершенно искренне выкрикнула в ответ мать. Отшатнулась от нависшего над ней сына. – … Бретт, ты куда?

Тот перевернул кресло, на котором несколько мгновений назад сидел, и бросился к выходу.

– Остановись! Господин Неймар, ювелир, вот-вот будет здесь!

– В пекло вашего ювелира! – рявкнул Бретт.

За его спиной с грохотом захлопнулась дверь. Леди Сорейн высказалась так, как благовоспитанной леди высказываться не полагается ни при каких обстоятельствах, и поспешила следом.

Бретт рванул к себе, пытаясь сообразить, что делать в первую очередь. Память лишь частично заполняла созданные кем-то пробелы, но тот последний день с Кейт он помнил отлично, вернее, ту его часть, что они провели вместе. Окончание дня смазывалось, не показывалось полностью: ему было легко и радостно, всего одна ночь отделяла от новой жизни, невесту от жены, жениха от мужа. Бретт влетел в свои покои и едва добежал до уборной, где его вывернуло. Поплескал холодной водой в лицо; вот и ещё один вопрос: что это было? Подкатившая тошнота намекала не просто на какое-нибудь зелье забвения, а на более серьёзное вмешательство в разум. Кем? И ради чего? Его семья так сильно жаждет породниться с чешуйчатыми де Глойсами?

Бретт отдышался, привёл себя в порядок и на выходе из уборной столкнулся с матерью. Та очень старалась казаться собранной и непонимающей; не обращая на неё внимания, он отправил на конюшню сигнал-поручение. Четыре дня! С момента, как кольцо что-то сломало в его памяти, Бретт тянулся разумом к Кейт в надежде уловить её отклик. Но девушка молчала, а он всё тянул и тянул за тонкую, почти прозрачную нить.

И Ивлар. С Ивларом надо поговорить. Снова. Потому что то, что вспоминалось… Леди Лиита потрясла сына за плечо.

– Бреттмар, послушай, есть обязательства, которые…

– О да, – едко перебил Бретт. – У меня есть обязательства перед девушкой, которую я обещал любить и беречь. Только у меня почему-то полная сумятица в памяти, а Кэти даже не появилась узнать, в чём дело! Такого просто не может быть! Что вы ей наговорили, мама?!

– Пламя Прародителя, да мне дела нет никакого до этой девушки! – всплеснула руками леди Сорейн. – Откуда я знаю, что между вами произошло?!

– Не врите. Вот это кольцо я подарил Кэти на помолвку. Как оно оказалось в вашем ларце? Ну?!

Мать раздосадованно выдохнула, вскинула голову.

– Это родовое кольцо! С редчайшим розовым алмазом, стоившим вашему предку целое состояние! Этому кольцу несколько сотен лет и оно всегда было в нашей семье! Неужели ты думаешь, я оставила бы такую дорогую вещь какой-то девице?!..

– Мама, когда и как вы его забрали?! – рыкнул Бретт так, что леди Лиита вздрогнула и невольно отступила на шаг назад.

Потянулась руками к безупречно уложенным волосам, нервно поправила несколько прядок.

– Я не собираюсь перед тобой отчитываться! Всё это уже в прошлом, что бы там у вас ни случилось! Сейчас гораздо важнее твоя помолвка с леди Виоленой де…

– Нет никакой помолвки с леди Виоленой! – окончательно вышел из себя Бретт. – Вы даже солгать гладко не в состоянии, матушка! Что вы натворили?!

И по глазам матери увидел: она опять собирается лгать. Зарычал: мама в своём упорстве стояла насмерть, вытрясти из неё ответы никогда не было лёгкой задачей. Змея, а не драконица: будет изворачиваться и бросать всё новые порции вранья, как искусного, так и грубого, не выдерживающего никакой критики. Не слушая леди Лииту, он обогнул её, шагнул в спальню и на ходу бросил в сторону письменного стола отпирающее заклинание. Не глядя, сунул руку в открытый тайничок, вытащил маленькую коробочку. Кольца на месте. От понимания, что они сейчас ничего не поправят, хотелось выть, но Бретт убрал коробочку в карман; на выходе из спальни едва не сшиб родительницу.