Падшее царство (ЛП) - Дженнингс Сайрита - Страница 8

— Ты… ты даёшь его мне? — Я запинаюсь, не уверенная, стоит ли брать кинжал. Джинн чуть не умер, а Каин очень ясно дал понять, что он останется в руках Сем7ёрки.

Ради него они рисковали жизнями. Отдавать его мне будет расценено как серьёзное предательство.

— Нет, — отвечает Феникс, качая головой. Первая слезинка скатывается по его щеке. — Я даю тебе фору.

Глава 4

Сомневаюсь, что я даже дышу, пока мы с Люцифером не оказываемся в воздухе и не достигаем крейсерской высоты. Длинный туннель привёл нас к ангару, в котором легко разместился впечатляющий флот Айрин. Даже взлётно-посадочная полоса была скрыта лишь небольшим отверстием для взлёта и посадки, так что одновременно мог пройти только один самолёт. Мы не видели никого из Семё7рки, и их самолёты ещё готовились, но я более чем обеспокоена тем, что обманула их. Рано или поздно они узнают, особенно когда не найдут Искупителя. Будут последствия. И, зная Кейна, они будут суровыми.

— Кажется, тебе не помешает выпить, — замечает Люцифер, развалившись на сиденье из белой кожи.

Я постоянно думала о побеге, что даже не позволила себе насладиться роскошными апартаментами. Проклятье, до сих пор я даже не летала на самолёте, и вот я на частном борту. При обычных обстоятельствах я, вероятно, испытывала бы трепет, но сейчас могла сосредоточиться лишь на побеге и как скрыть Искупителя. Даже от Люцифера.

— Я в порядке, — лгу я, пытаясь откинуться на спинку и выглядеть более непринуждённо.

Люцифер щёлкает, вызывая стюардессу — красивую длинноногую брюнетку не старше девятнадцати. Проклятье, Айрин определённо нравятся молодые. И, судя по порочному блеску в глазах Люцифера, когда он смотрит на её катастрофически короткую униформу, не только Айрин.

— Сэр, что вам принести? — спрашивает она, наклоняясь вперёд, чтобы показать грудь.

— Дорогая, как тебя зовут? — растягивает он слова.

— Эйприл. — Она слабо хихикает.

— Эйприл. Красивое имя. Не могла бы ты принести нам шампанского? Моя подруга, похоже, нервничает из-за перелётов.

Я кошусь на него, но вежливо улыбаюсь, когда Эйприл переводит на меня взгляд.

— Хотите что-то, чтобы сделать полёт более приятным, мэм?

— Нет, спасибо

— Уверены? Ваш комфорт — мой приоритет. Я здесь, чтобы удовлетворить все потребности. — Она хлопает ресницами, глядя на меня, и прикусывает нижнюю губу. О, ради всего святого.

— Да, Иден. Наша подруга Эйприл была бы очень рада служить тебе. Она очень серьёзно относится к своей работе.

Эйприл с энтузиазмом кивает.

— Пока сойдёт только шампанское. Спасибо, — настаиваю я, начиная раздражаться.

Эйприл уходит в хвост самолёта, чтобы принести напитки. После её возвращения с двумя бокалами шампанского и напоминанием звать, когда она нам понадобится, Люцифер начинает разговор, которого я надеялась избежать.

— Ты забыла попрощаться с сестрой.

Я качаю головой и смотрю в иллюминатор.

— Не забыла.

— Она знает, что ты ушла?

— Скоро узнает. — Я проглатываю нарастающие эмоции глотком шампанского. — Так лучше. Я не стану и дальше играть с её сердцем. Не тогда, когда она до сих пор надеется на то, чего никогда не будет.

— Чего именно?

Я делаю ещё глоток.

— Ничего. Я не собираюсь это с тобой обсуждать. Давай о чём-то другом.

— Например, о чём?

— Ну… ты обещал рассказать во время полёта, о чём говорил Уриэль, упоминая, что я буду частью твоего запасного плана, — многозначительно напоминаю я Люциферу. — Мы летим.

Он оглядывается на хвост самолёта и качает головой.

— Не сейчас. Давай о чём-то другом, — говорит он, бросая мне мои же слова.

Я хмурюсь. Это же не личный вопрос; Эйприл не видно. Он тянет время.

— Например, о чём?

— О чём угодно. Кроме того, чтобы заставлять меня объяснить, иначе пришлось бы начать с самого начала. А у нас всего около полутора часов.

Я закатываю глаза.

— Ладно. Расскажи об Айрин. Кто она? И что за дела с Саскией?

Люцифер тяжело вздыхает, но прежде чем успевает прервать меня, я напоминаю об его словах, что я могу спросить что-нибудь ещё.

— Что ж, поскольку ты настаиваешь на знании информации, которая может представлять реальную угрозу для твоей жизни, хорошо. Это твои похороны. Ты знала, что ангелы не первые Божьи создания?

— Что? — Я подаюсь к нему. Я правильно его расслышала?

— Мы… — он сглатывает, прежде чем исправиться, — ангелы не были его первыми детьми. И, по-видимому, те намного могущественнее ангелов, которые сейчас бродят по небесам. Они были созданы парами — братом и сестрой. Каждый служил своей цели. Были Разрушители и Созидатели. Вместе они могли давать жизнь, а могли и отнимать её. Начало и конец. Инь и Ян. Разрушителей боялись, в то время как Создателей обожали. Разрушителям стало завидно, и со злости они начали убивать Создателей, полагая, что поглотят их силу и станут всемогущими, без необходимости в паре. Тогда началась война, которую Создатели быстро проиграли бы, поскольку не были предназначены для уничтожения жизни. И Бог, который устал от междоусобиц, позволил бы всем погибнуть. Но была… та, кто сопротивлялась. Против своего брата.

— Айрин была Создателем? — Я буквально чувствую, как глаза вылезают из орбит от шока. Чёрт возьми. Я знала, что Айрин что-то особенное, но не ожидала такого.

— Да, но в день, когда она убила своего брата, защищаясь, стала чем-то большим. Она эволюционировала, чего Бог не планировал для детей. И другие Создатели увидели это и начали сопротивляться. Война длилась тысячу человеческих лет, и, в конце концов, уцелел только один.

— Айрин, — выдыхаю я.

— Да. — Люцифер кивает. — И Бог пощадил её, потому что в попытке спасти собственную жизнь она использовала дар. Она породила жизнь по своему образу и подобию. То, что мог сделать только Бог.

У меня отвисает челюсть.

— Она забеременела?

— И Отец, скорее всего, ошеломлённый и впечатлённый, позволил ей жить при одном условии: она будет прикована к Земле, вынуждена вечно наблюдать за жизнью вокруг, не имея возможности создать её снова или по-настоящему принять в ней участие самой. Она всё видит, всё записывает. Но заперта в стенах своего дома. И в этих стенах она могущественнее любого существа, кроме Бога.

— Поэтому в доме запрещено кровопролитие, — предполагаю я. — Её брат был Разрушителем, который пытался убить её, тем самым делая её убийцей. Она яростно отвергает насилие.

— Да, и она знает, насколько ценна жизнь. — Он пожимает плечами. — По крайней мере, для неё.

Я киваю. Теперь всё обрело смысл. Конечно, она отвергла и то, что стёрло её вид с лица земли.

— А её ребёнок?..

Люцифер вздыхает.

— Есть кое-что, что даже Создатели не могут создать идеально

— Саския. Саския — дочь Айрин?

— Да.

— И кто же она? Создатель? Или Разрушитель?

Он качает головой.

— Ни то, ни другое. Айрин создала мерзость. Саския родилась кем-то иным. Чем-то непохожим на любое существо в истории. Её способности скорее Разрушительные, но бессмертное сердце — сердце Создателя. Само её присутствие — чума на природу. Вырвавшись на волю, она кровожадна.

— Ого.

— Да. — Он задумчиво потягивает шампанское. — Айрин раньше питала слабость к кошкам. И не только к домашним кошкам. Огромные звери джунглей, которых она любила и боготворила, будто были котятами. Однажды ночью Саския разозлилась на мать — мелкая ссора — и, не задумываясь, убила всех питомцев Айрин. После этого Айрин отдала её мне на хранение. Видишь ли, Саскии надоело оставаться в пределах комплекса. И Айрин знала, рано или поздно Саския узнает, что может уйти. И тогда Айрин не смогла бы контролировать её, особенно не зная степени сил. Если бы она могла убить взрослого бенгальского тигра, что бы сделала с людьми?

— А разве такое не могло произойти в аду? Она разве не убила бы всё живое?

— Ну… в Аду нет живого. По крайней мере, такого, что уже не умирало.