Преследующая Призрака (ЛП) - Кент Рина - Страница 27

У меня пересыхает во рту, и я хватаю ртом воздух, не в силах отвести взгляд от его глаз. Он такой грубый и физический, что это делает глупое дерьмо с моим телом.

Джулиан хватает мою руку в свою и рывком поднимает меня на ноги.

Мой желудок сжимается, когда я наблюдаю за его реакцией. Как будто гнев Джулиана вырвался наружу и бродит по всему моему телу. Он целует и опустошает меня до бесчувствия. Пространство между ног покалывает, а тепло душит меня.

Со мной определенно что-то не так, потому что кажется, будто мне нравится его реакция.

Нет. Я уверена, так и есть.

Глава 12

Тьма на лице Джулиана не дает мне покоя. Его боковой профиль так и сочится загадочностью. В нем столько первобытности и мужского начала. У меня пересохло во рту от одного только изучения резкой линии его челюсти и острого взгляда, которым он смотрит на Кайла.

Если бы взглядом можно было убить, Кайл был бы сейчас разрублен на куски. Но он ничуть не смущается. Наоборот, на его лице появляется довольный блеск и ухмылка.

— Я же говорил тебе держать руки подальше от нее, — прорычал Джулиан, тон его был отрывист и на грани того, чтобы разразился ад.

Он всегда спокоен и уравновешен, и я сомневаюсь, что его можно чем-то напугать. Даже в своем роботизированном состоянии он не был взвинчен. Как будто я наблюдаю сейчас совершенно другого человека.

Из-за меня.

Эта перемена – все благодаря мне.

Это не должно ничего значить, но мое сердце колотится о ребра.

Кайл встречает взгляд Джулиана легкой улыбкой.

— Я же сказал, что не буду, если...

— Она моя, — произносит Джулиан. Затем делает паузу. Мы смотрим друг на друга. Его расширившиеся глаза совпадают с моими. Он как будто не верит в то, что только что сказал, так же, как и я не уверена, что правильно расслышала.

Ухмылка Кайла расширяется до предела, и он вскидывает руки вверх.

— Грандиозно.

Джулиан не обращает на него внимания и тащит меня за собой из главного здания «Ле Салуна», мимо скошенной травы и на склад. Я все еще настолько ошеломлена, что никак не реагирую. А может быть, это связано с тем, как тепло и уютно обхватывает меня рука Джулиана, или с тем, что мой пульс почти выпрыгивает из горла.

В следующее мгновение мы оказываемся в комнате Джулиана. Шторы закрыты, как будто сейчас ночь. Единственный свет исходит от лампы на тумбочке.

Джулиан захлопывает за нами дверь и отпускает меня. Золотое кольцо почти исчезло, когда его взгляд останавливается на мне.

— Какого хуя ты творила, Эль?

Он ругается и использует мое имя, а это значит – он в ярости. Теперь, когда его прикосновения не глушат мою реакцию и не разрушают мою защиту, мой собственный гнев вновь дает о себе знать.

Я выпячиваю грудь вперед.

— Какого черта ты делал, а? Кем ты себя возомнил, чтобы лапать меня и называть своей?

— Эль... — предупреждает он.

— Что? В чем дело, Джулиан? Я не вещь.

— Я никогда не думал о тебе как о вещи! — он проводит напряженной рукой по волосам. Его все еще возбужденные глаза блуждают по моему телу, и моя кожа нагревается, как будто ее поджигают.

Что. За. Черт?

— Но я также никогда не думал, что ты из тех, кто связывается с таким игроком, как Кайл, — он поворачивается, полностью отстраняясь от меня. — Может, я неправильно тебя понял.

Слезы наворачиваются на глаза, и я ненавижу себя за них. Ненавижу слабость. Уязвимость. Почему меня должно волновать, как кто-то вроде Джулиана воспримет меня? Он всего лишь ступенька на пути к Зои.

Чем больше я говорю себе это, тем меньше это похоже на правду.

Он заставляет меня испытывать все эти глупые эмоции, которые, как я поклялась, никогда не потянут меня вниз. Он – тот необъяснимый зуд, до которого я не могу дотянуться, как бы мне этого ни хотелось.

Поэтому, вместо того чтобы поступить наиболее логично – проигнорировать его и вернуться к Скар, – я бросаюсь к нему и тычу пальцем в грудь.

— Как ты смеешь говорить о Кайле, когда у тебя уже есть Туман? Моя? Дай мне передохнуть. Кем я буду? Любовницей? Гарниром? Изюминкой недели?

Он нахмурил брови.

— Мы с Туман не состоим в отношениях.

Я хмыкаю.

— Мог бы и не обманывать меня всеми этими часами, проведенными в ее кабинете. Ты даже пьешь все, что она предлагает.

В золотых кольцах его глаз появляется веселый блеск. Его губы слегка подергиваются, и я начинаю классифицировать это как его версию улыбки.

— Ты ревнуешь, Светлячок?

— Конечно, нет! — кричу я, а потом, осознав, как защищаюсь, зажимаю рот рукой.

Я ревную.

Туман – часть зуда. Каждый раз, когда я вижу ее лицо, то думаю не только о том, что она могла стоять за исчезновением Зои, но и о том, как я ненавижу, ненавижу, ненавижу видеть ее с Джулианом все это чертово время.

Я не умею ревновать. Я никогда не жаждала чего-то до такой степени, чтобы все от меня отстали. Но всякий раз, когда я оказываюсь рядом с этой рыжей ведьмой, все, что я хочу сделать, – это схватить ее за эти идеальные волосы.

Что, черт возьми, происходит со мной из-за этого мужчины?

— Как скажешь.

Глаза Джулиана все еще блестят. Вся прежняя ярость исчезла. Кажется, он получает гораздо больше удовольствия от того, что действует мне на нервы.

Раздражающий ублюдок.

Я издаю раздраженный рык и направляюсь к двери.

— Куда это ты собралась? — спрашивает он отрывистым тоном.

— Возвращаюсь в «Ле Салун».

— Нет, не возвращаешься, — Джулиан сжимает мое запястье и тянет назад. Я прижимаюсь к его груди и смотрю в его напряженные глаза.

— Мне нужно работать, — я пытаюсь освободиться, но его хватка неумолима.

Или я не стараюсь.

— Работа начнется ночью, — размышляет он.

— Но...

Я вскрикиваю, когда он закидывает мою руку себе на шею и несет меня на руках. Я прижимаюсь к нему, но по какой-то странной причине не чувствую угрозы. По позвоночнику пробегают мурашки.

Я смутно помню ощущения, когда он нес меня из того заброшенного паба.

Безопасность. Облегчение.

Этот ублюдок Джонни говорил какие-то неприятные слова, но я не могу их вспомнить. Все, что я помню, – это ощущение облегчения. Расслабления.

Это пугает меня до чертиков.

И все же, когда Джулиан усаживает меня на край кровати, у меня загибаются пальцы на ногах. Он выпрямляется, снимает пиджак и бросает его на стул. Его сильные пальцы закатывают рукава рубашки.

Я не могу отвести взгляд от того, как рубашка обрисовывает его мускулистое тело. Его присутствие заполняет всю чертову комнату и вытягивает из меня дух. Чем больше он закатывает рукава, тем больше замысловатых татуировок появляется на этих сильных, покрытых венами руках.

Тепло проникает в меня, и предвкушение проносится по моим конечностям. Волнение бурлит в груди, а во рту пересыхает. Даже ноги начинают подрагивать. Я заставляю их оставаться неподвижными.

Короткий путь Джулиана от кресла до кровати кажется вечностью. Когда он наконец ложится на бок, я нахожусь в точке воспламенения.

Я сглатываю, когда он тянется ко мне. Вот-вот закрою глаза и...

Рука Джулиана тянется за мной и выключает лампу. Затем он ложится на спину и закрывает глаза, используя предплечье в качестве подушки.

Холод просачивается сквозь меня, как будто меня облили ледяной водой.

Ублюдок.

Я прикусываю нижнюю губу от отвращения к себе. Какого черта я вообще хочу, чтобы он ко мне прикасался?

Если бы я только могла ударить себя.

Я начинаю вставать, но сильная рука обхватывает мою талию сзади. Твердая грудь Джулиана прижимается к моей спине, а его теплое дыхание скользит в моих волосах.

От этих ощущений мои веки смыкаются. Я ничего не могу поделать. Просто не могу. Как и в предыдущие ночи, каждый раз, когда его тепло окутывает меня, я чувствую, что засыпаю.