Пациентка по межзвездной переписке (СИ) - Лунёва Мария - Страница 70

— Но хотя бы попробуй, — запротестовала я.

— Не выйдет, Лиля, — засмеялась Астра. — Я их хорошо изучила. Все тебе скормят. И твое, и свое. И еще у соседа отберут и в твою же тарелку сложат. В этом они все одинаковы. Интересно, кому ушли помидоры? Лукэр сегодня больно шустро смылся от меня, утащив их в подоле футболки. Думал, что я не замечу.

— Их съели мы с Лилей, — покаялся Нум. — И скажу я тебе, ты не дала мне загнуться от голода.

— Ладно, орш прощен, — она закивала и, выдвинув стул, указала на него. — Присаживайся. Посидите у меня немного с Лилей. Думаю, на ужин вы не пойдете.

— С чего такие мысли? — Нум прищурился.

— Лэксар, — ответила она и усмехнулась так, словно имя ее мужа все объясняло.

— И что сказал тебе брат? — Нум сложил руки на груди.

Не одобряет. Вспомнила я слова Лукэра. Видимо, не нравится, что Астра с Лэксаром нас обсуждают.

— Он сказал, что ты будешь держать дистанцию и отводить Лилю за свою спину. А значит, дашь ей право решать, хочет ли она идти за большой стол или нет. А я сестру хорошо знаю, спроси ты у нее, и она костьми ляжет, но предпочтет поужинать с тобой в отсеке. К слову, я только за. Пусть мама занимается своим здоровьем. И Камелию строит. А то что-то она возгордилась, красавица такая. Маэр на нее уже шипит. Допрыгается, и он ее самомнение хорошенько так об землю приложит.

Выслушав ее, я повернулась к своему оршу. Он, ухмыляясь, потирал подбородок.

— Ладно, за тобой правда. Я действительно собрался оставить за Лилей выбор — где и когда мы едим.

— В отсеке! — выпалила, не дослушав его. — Идеально, если вместе с тобой.

Астра поиграла бровями. Мол, что я сестру не знаю.

— Вам собрать овощей?

Нум кивнул, улыбаясь. Он выглядел так, будто выиграл некую важную битву.

— Надеюсь, папа с мамой и правда не обидятся, — мне же было немного не по себе.

— Обидятся, Лиля, и даже расстроятся, — голос Астры звучал строго. — Но дети взрослеют, и их нужно уметь отпускать. Вспомни, как я звонила родителям каждый день по нелегальным каналам, чтобы они видели, что со мной все хорошо. Потом звонки стали реже. Я сознательно довела их до раза в неделю. Думаешь, они не выговаривали мне? Ругали, и еще как. Но постепенно успокоились. С тобой все будет сложнее. Ты помнишь ту страшную ночь, когда отец сидел с нами, не зная, выживем мы или нет. Я пришла в себя раньше, и он отпустил меня к ним. Ты же продолжала метаться в горячке. Мама тогда белая ходила. Плакала навзрыд. А когда папа вернулся, то она забрала тебя и день просто сидела на диване и не выпускала из рук. Она клялась, что ты всегда будешь с ней. Что она не отпустит. Что всегда будет стоять за твоей спиной. И тогда, сестренка, это было нужно. Сейчас же, ей придется понять, что придется подвинуться и передать тебя в руки Нуму. Это будет тяжело, Лиля. Но они поймут и примут. Просто потерпи.

— Ты это сейчас для меня рассказала, да, Астра? — Нум поднялся. — Чтобы я поделикатнее был и не дожимал резко. Ну, положим, я тебя услышал и буду к аре деликатнее. Но с тебя овощи как плата за мою мягкость.

Фыркнув в его сторону, она взяла контейнер и скрылась за стеллажами.

— А то, Лиля, я не понимаю, что мама твоя боится за свою маленькую девочку, — рассмеялся он, глядя ей вслед. — И буду прямо прессовать беременную женщину, воспитавшую в любви и заботе мое сокровище, да? Но теперь у нас с тобой неограниченный доступ ко всей этой вкусноте.

— Ты коварен, — уголки моих губ приподнялись.

— А то, — он громко захохотал.

Глава 21

Лежа в медкапсуле, я снова таращилась на яркие огоньки над головой. Они подмигивали мне то зеленым, то красным, то невероятно нежным голубым. По монитору медленно ползли строчки с цифрами, а над ними выстраивался ломаный график.

Сбоку на маленьком экране шел отчет минут.

Ужин с Нумом мы пропустили. Он даже объясняться не стал. Дверь в мед отсек мой орш заблокировал, явно намекая, что в гости никого не ждет. Глубоко в душе я чувствовала некий стыд перед мамой и папой. Словно вина на мне была за то, что посмела вырасти и пожелать самостоятельности. Это угнетало. Мучило.

Но страшнее, чем их обида, для меня было снова оказаться в тесной комнате с видом на улицу. Каждый день провожать взглядом проходящих мимо людей и понимать, что мне во внешний мир путь закрыт.

— Ты притихла, Лиля, — Нум проверял рабочие файлы за своим столом. — Ничего не спрашиваешь. Молча рассматриваешь потолок капсулы.

— Интересно, а швеи учатся где-нибудь? — сболтнула я первое, что на ум пришло.

— А ты уверена, что тебе достаточно лишь уметь делать строчки? — уточнил он, несмотря на меня. — Может, хочешь что-то большее?

— Например? — я напряглась.

Он оторвал взгляд от своего монитора и повернулся ко мне. В голубых, таких чистых глазах появилась легкая задумчивость.

— Астра мне многое рассказала о тебе, Лиля. Она поделилась тем, как однажды повела свою маленькую сестру обносить инопланетный корабль, потому что та, несмотря на совсем юный возраст, мечтала создавать такую одежду, о которой грезили бы в любом уголке нашей вселенной. Ее интересовала инопланетная мода. И не просто тряпки, а что-то большее. Разве эта мечта исчезла, Лиля? Ты больше не желаешь создавать свое?

— Эта мечта обошлась слишком дорого моей семье, Нум, — я поджала губы.

— Тем более, — он усмехнулся, — ты за нее уже заплатила. Неужели больше не стремишься к этому?

— Конечно, мечтаю, — шепнула, наблюдая, как зеленая лампа меняет цвет на голубой. — Каждый вечер перед сном я закрываю глаза и вижу себя в новом нарядном платье, идущую по тротуару. Походка от бедра, на своих ногах. Все оборачиваются на меня. Разглядывают ткань, линии, фасон. А я иду и улыбаюсь, потому что знаю — это мой шедевр. Мое творение. Красивые наряды. Юбки, блузки, сарафаны. Смешение моды и культур. Представь, как прекрасно на землянках смотрелись бы традиционные платья фавнов из шелковых полосок! А как шикарно сидели бы на мужчинах сакали кожаные юбки мергусов. Те самые, в которых они ходили в бой. Но, Нум... это лишь пустые детские мечты. Я калека, и удел мой — школьные рубашки да брюки подшивать.

Я замолчала и выдохнула. Плохая тема, которая приносила лишь боль и разочарования.

— Этот предел существует, потому что ты сама себе его установила, Лиля. — Нум сложил руки на груди. — А для меня его нет. Отвечая на твой вопрос — да. Ты можешь учиться, даже не покидая наш дом. Два раза в год я буду возить тебя в Академию Искусства на планете Гамаш системы Оттая, чтобы ты сдала сессию.

— Академия Искусства? — у меня на мгновение перед глазами померкло. — Но... Разве я смогу поступить без подготовки? Да и дорого это. Наверняка, далеко и бешеных денег стоит.

В голове зашумело. Мое бедное сердце заныло, боясь даже допустить, что он сейчас не шутит.

— Нум, пожалуйста, — я уставилась на него, умоляя продолжать. — Не молчи.

— Тебя уже заочно приняли, Лиля, — он поднялся и подошел ко мне. — Бабушка знакома с ректором. Я рассказал ей о тебе.

— Как приняли? — Я приподнялась на локтях. — Как? Нум?

Его пальцы нежно прошлись по моей щеке, успокаивая.

— Кирроси показал бабуле вещи Астры, которые сшила ты. Она заинтересовалась. Все выведала... Гамаш — наша родная планета. Много знакомых. В общем...

— Нум, — я села и схватила его за рукав кителя. — У меня нет полноценного аттестата. Та корочка, что выдали... Она не годится.

Мне плакать в этот момент хотелось.

— Пересдашь экзамены заочно и получишь полноценный документ. Придется немного постараться, Лиля, но перед тобой отличник учебы. Что я своей девочке за поцелуй не помогу?

Склонившись, он провел губами по моему виску. Прикрыв глаза, я попыталась унять волнение.

— А если не получится? Если я окажусь слишком глупой?

Меня трясло от радости и в то же время неуверенности в себе.

— А разве ты глупая, Лиля?

— Нет, — я покачала головой, чувствуя, как к горлу подступает ком. — Нет, не хуже сестер. Я... Я не хуже их! Не хуже, слышишь!