Между делами (ЛП) - Джинджелл Вэнди - Страница 26

— Кейденс говорит, что она была питомцем, и у вас здесь есть другие люди, которых вы спасли от фейри.

— Таков наш метод работы, — сказала Эбигейл, улыбаясь Кейденс. — Найти фейри с человеком, освободить человека. Найти человека, которому угрожает опасность со стороны потусторонних сил, спасти человека.

— Когда-нибудь приходилось иметь дело с людьми, которые просто… исчезают?

Она покачала головой.

— Не можем. Мы не знаем, куда они уходят: они как будто исчезают с лица земли. Иногда они возвращаются, иногда нет. Мы имеем дело только с теми, кого можем видеть.

— Верно, — тогда, полагаю, не стоит расспрашивать их о моей прабабушке. Я тихо сказала: — Тогда, думаю, это всё.

Эбигейл на мгновение заколебалась, затем сказала с быстротой, которая свидетельствовала о том, что она пыталась выпалить это, пока не передумала:

— Возможно, ты захочешь проверить Стэндфортов. Мать Эйлин, сын Ральф.

— Они есть в одной из ваших папок?

— Это единственная фамилия, которую я точно помню, — сказала она, — и я мало что помню об этом деле, кроме фамилии. Если группа согласится, мы заберём папки и начнём с этого. На данный момент у тебя есть одна фамилия, и, если они решат не называть тебе остальных, это всё, что ты получишь.

— Спасибки, — сказала я, и это было искренне. Она помогала, хотя и делала это довольно неохотно.

— Очень интересно, — пробормотал Джин Ён вполголоса и не перевёл. — Так полезно. Интересно, почему?

— Хорошо. Не забудь оставить своих друзей дома, когда мы встретимся снова, и, возможно, тогда я тоже буду вести себя хорошо.

— Я открою дверь, — сказала Кейденс.

Определённо, бывший питомец. Я улыбнулась ей, и она улыбнулась в ответ, затем открыла нам дверь. Двери нет, потом есть дверь: очень изящно.

— Я сообщу тебе, если они захотят задать вопросы или поговорить с тобой, — пообещала я Эбигейл. — И, если ты скажешь, что не хочешь разговаривать, я передам им и это.

Она пристально смотрела на меня несколько секунд, и я вдруг подумала, не поверила ли она моим словам. Я добавила:

— Я бы не сделала этого в прошлый раз, если бы был другой выбор.

— Вот что я имела в виду, говоря о компрометации, — сказала она, как будто не могла сдержать рвущихся наружу слов. Как будто она всё это время хотела что-то сказать, но сдерживалась. — Если они заставят тебя что-то сделать…

Я покачала головой.

— Ты не догоняешь. Я приняла решение, что у меня не было другого выбора. Они не заставляли меня ничего делать.

— Сначала мы все так думаем, — сказала она довольно печально. — Я сообщу тебе о своём решении, Пэт. Возвращайся домой целой и невредимой.

Я хотела сказать больше, но чему она поверит? Мы и так добились большего, чем я могла надеяться. Я позволила Джин Ёну протащить меня через дверь и вышла, не пытаясь больше убеждать её, оказавшись в шумном суде Веллингтона, с одной стороны, и на оживлённой дороге — с другой.

— Ну же, — сказала я Джин Ёну, хотя именно он мягко вывел нас на улицу. — Давай принесём Атиласу чай с шариками. Я хочу увидеть его лицо, когда он набьёт рот пузырьками.

Прогулка домой, вероятно, прошла бы в несколько подавленном настроении, если бы не тот факт, что Джин Ён всё ещё расхаживал по улице с важным видом; мы оба устали после нашей недавней потасовки, и я просто считала, что мне повезло, что я всё ещё была под кайфом от вампирских слюней. Если не считать небольшой скованности, я больше не была ранена.

— Ты чего такой довольный? — спросила я его, но теперь меня скорее забавляла, чем раздражала его жизнерадостность, и рука, в которой я держала пакетик с чаем с шариками, слегка покачивалась.

— Я хороший бойфренд, — сказал он, застегивая первую пуговицу на своём дырявом пиджаке, прежде чем наткнулся на недостающую и отказался от этой попытки сохранить достоинство.

— Да ну? С чего ты взял?

— Я делаю то, что и положено бойфренду. Так сказала рыжеволосая женщина.

— Она имела в виду, что это базовый уровень того, что ты должен делать, — сказала я ему. — Не то, чем стоит хвастаться. Но вот ты здесь, и хвастаешься этим.

Джин Ён бросил на меня хитрый взгляд искоса.

— Я думаю, ты ничего не знаешь, — сказал он. — Когда у тебя появился парень?

Я не смогла сдержать вырвавшийся у меня смешок.

— Это отстой, и в то же время верно подмечено, — сказала я.

В смысле, я знала на самом деле? Я знала, что всё ещё думаю об улыбке тритона, хотя никогда в жизни не была на свидании, а целовалась только с вампиром, чтобы накачаться наркотиками перед боем. Чего бы я ожидала, если бы пошла с кем-нибудь на свидание? Чего бы я ожидала, если бы пошла на свидание с кем-то, кто даже не был человеком, если бы до этого дошло?

А тритоны вообще приглашают людей на свидание? Должна ли я была пригласить его? Блин, была ли я вообще на это способна?

Я всё ещё размышляла об этом с некоторым интересом, когда Джин Ён с насмешливым видом забрал у меня пакетик с чаем с шариками и сунул другую руку в карман, размахивая пакетиком между нами. Он всё ещё немного гарцевал.

— А что насчёт тебя? — спросила я его. — Ты встречалась с кем-нибудь до… всего этого?

На этот раз он ответил без тени подозрения.

— Я пошёл в армию, когда мне было восемнадцать: у меня не было времени ходить на свидания.

— Там ведь есть обязательный призыв, не так ли?

— Не тогда, — сказала Джин Ён. — Тогда мы были бедны и нуждались в еде и доме. Моя сестра тоже работала, но она была хрупкой, и работа была для неё слишком тяжёлой.

— Как неловко, — сказала я. Неудивительно, что Джин Ёну нравилось получать улыбки, восхищение и взгляды широко раскрытых глаз: у него не было возможности испытать ничего из этого до того, как он пошёл в армию, а потом, когда он был там, его обратили в вампира. — А что было потом, когда тебя обратили?

— Ani, — сказал он. — Тогда это было слишком опасно. Я был молод насчёт крови, и мне было слишком легко совершать ошибки. Вместо этого я путешествовал с Хайионом.

Ошибки, хм? Интересно, из-за таких ошибок умирают молодые женщины? Возможно. Наверное, хорошо, что Джин Ён в тот момент встретился с Зеро. В любом случае, если вы предпочтёте быть вампиром, а не трупом. И если бы вы хотели научиться не убивать людей.

Я чуть было не спросила его, не случилось ли тогда что-нибудь с его сестрой, но он всё ещё размахивал пакетиком с чаем с шариками, всё ещё гарцевал и наслаждался солнечным светом, как не подобает ни одному уважающему себя вампиру, — и у меня не хватило духу снова поднимать неприятные мысли.

— Ой, — сказала я, тыча его локтем в бок, — тогда тебе лучше перестать говорить мне, что я ничего не знаю. Непохоже, что ты когда-либо с кем-то встречался.

Он улыбнулся, сверкнув острыми зубами.

— Я очень быстро учусь. Вот увидишь.

Это прозвучало как угроза, но таковы уж вампиры: скажи что-нибудь достаточно острыми зубам, и вас слегка укусят за это.

— Да, увидим, — сказала я.

Глава 6

— Пэт, — с болью в голосе произнес Атилас. — Что это?

— Чай с шариками, — сказал я ему. — Я купила тебе чай с коричневым сахаром, потому что на нём был тигр.

— Уверен, что для тебя это имеет смысл, моя дорогая…

— Я могла бы купить тебе «Эрл Грей», — продолжила я, — но тигр покорил меня. Он был так похож на тебя.

— Я бесконечно благодарен тебе.

— Да ладно? — ухмыльнулась я ему. — Ты ещё не пробовал.

— Я попробую через минуту, — сказал он, не меняя своего огорчённого вида. Он даже забыл закинуть ногу на ногу, так что, должно быть, был встревожен. — Полагаю, что вы вернулись домой не только для того, чтобы угостить нас… — он посмотрел на пластиковый стаканчик, слегка озадаченный.

— …чаем с шариками, — напомнила я ему.

— Чаем с шариками. Да. Можно спросить, что означают эти шарики?

— Очевидно, Пузырьки. Они все тяжелые и мягкие, к тому же с коричневым сахарным сиропом!