Стеклянный лес - Суонсон Синтия - Страница 33

Когда на экране появились заключительные титры, женщины, не сговариваясь, посмотрели друг на друга.

– Что ж, у каждого мужчины есть свои маленькие грязные секреты, – сказала Кристина, но, заметив странный взгляд Сильи, улыбнулась и потрепала ее по руке. – Маленькие грязные секреты – это еще не конец света. Если бы вы только знали, сколько людей за закрытыми дверями творят неизвестно что, ваши собственные тайны покажутся пустяковыми.

Так ли было на самом деле? Силья часто думала о собственном безвыходном положении, но, наверное, другие люди сталкивались с куда более серьезными проблемами.

Пол и Кристина еще несколько раз приходили на ужин к Глассам, а женщины по выходным вместе посещали кинотеатр, но с наступлением октября Силья почувствовала, что Кристина к ней как будто бы охладела. Она никогда не перезванивала и никогда не назначала встреч первой. Наступив на горло собственной гордости, Силья попросила мужа узнать у брата, в чем дело, и тот ответил, что с наступлением осени Кристина с головой погрузилась в работу в школе.

«Как унизительно… – думала Силья. – Как унизительно пытаться завязать дружбу и быть отвергнутой. И кем? Такой же белой вороной, как и я».

Она попыталась обо всем забыть, но лишь еще острее ощутила собственное одиночество.

Холодным ненастным днем накануне нового 1951 года на пороге дома Глассов возник Пол с саквояжем в руках и сообщил, что пришел попрощаться.

– Мне нужно двигаться дальше. Мой поезд отправляется через двадцать минут. Меня здесь больше не хотят видеть.

– Пол, – Генри выступил вперед и сжал плечо брата, – ты знаешь, что мы всегда тебе рады.

– Я совершил ошибку, – тихо произнес тот. – Мне не стоило связываться… не стоило здесь оставаться. Я хотел, чтобы Стоункилл стал тем местом, куда мне захочется время от времени возвращаться. А теперь… – Он беспомощно огляделся. – Передайте Руби, что я заходил, ладно?

Силья почувствовала, как непроизвольно поджала губы.

– Они с Сарой отправились к О’Брайенам поиграть с девочками. Их дом в конце квартала, – кивнула она через правое плечо. – Можешь зайти попрощаться.

На лице Пола отразилась тревога.

– Нет, это не… Не хочу мешать игре, – он отвел взгляд, – и не хочу стучать в дверь совершенно незнакомых людей.

– Не глупи, – продолжала настаивать Силья. – Ты же знаком с О’Брайенами. У них несколько дочерей. Разве Кристина не нанимала старшую, чтобы пару раз в неделю гулять с собакой?

Пол покачал головой.

– Ничего об этом не знаю. К тому же мне нужно поторапливаться. У меня совсем нет времени заходить куда-либо.

Как некрасиво с его стороны! Силья не могла поверить собственным ушам и взглянула на Генри, но тот лишь пожал плечами и протянул брату руку:

– Удачи тебе. Не пропадай, дружище. Пиши.

– Непременно, – кивнул Пол, спустился с крыльца и пошел прочь.

Генри вернулся к своему занятию – он шлифовал балясины и перила лестницы, чтобы заново покрыть их краской, а Силья, стоя в дверях, глядела вслед Полу, быстро удалявшемуся по Лоуренс-авеню. Вскоре он свернул за угол и исчез из вида.

Силья пребывала в шоке. Он даже не нашел минутки, чтобы попрощаться с Руби, да еще накануне ее дня рождения! Этот поступок был за пределами понимания Сильи, ибо она никогда не сталкивалась с подобным проявлением эгоизма.

Должно быть, случилось что-то из ряда вон выходящее. Что-то более серьезное, нежели заурядный разрыв. Только вот что именно, Силья не знала. А Генри? Он знал? Этого она не могла сказать.

Когда Руби, выплакавшись вволю из-за отъезда дяди Пола, наконец уснула, Силья усадила Генри перед собой и сообщила, что собирается заняться поисками нового дома.

– Мы не можем здесь жить. Я больше ни секунды не могу оставаться в этом доме, в этом городишке. Я знаю, чего хочу, Генри. Я много работала и заслужила этого. И Руби тоже.

Генри сидел опустив глаза, и Силья не сомневалась, что он понял скрытый в ее словах намек. Они с Руби заслужили. Но не он. Однако было ли это честно? Генри воевал и едва не лишился жизни, потерял часть себя – и телесно, и морально, – чтобы никогда не стать прежним, поэтому Силья смягчилась:

– Это для всех нас. Втроем мы сможем начать все с чистого листа. Вот увидишь.

Генри поднял глаза, и Силья увидела, что он раздумывает над сказанным.

– Могу я построить тебе дом? – спросил он. – Ты позволишь мне построить для тебя дом твоей мечты, Силья?

Силья вспомнила, что несколько лет назад, когда они только переехали в Стоункилл, она хотела, чтобы Генри стал строителем. Ее тронул порыв мужа, только вот времена изменились. Она не хотела жить в доме, который ничем не отличался бы от остальных. Да, она ценила умения Генри, но вовсе не желала, чтобы он потратил несколько лет на постройку жалкого подобия того, каким, по его мнению, должен быть современный модный дом.

Поэтому Силья решительно покачала головой:

– Нет, не позволю. – И набрав в грудь воздуха, продолжила: – Если хочешь найти работу и заплатить за постройку дома, я препятствовать не стану. Но ты не будешь строить дом сам. Я хочу, чтобы этим занялись специалисты.

В глазах Генри отразился шок, а потом гнев. Он поднялся с дивана и вышел из комнаты, не произнеся больше ни слова.

Глава 38

Энджи

Всю ночь Пи Джей спал на удивление беспокойно, поэтому я проснулась в половине седьмого, подогрела бутылочку со смесью и уселась вместе с сыном в одно из удобных низких кресел возле камина, наблюдая, как сквозь деревья, растущие позади дома, пробиваются первые лучи рассвета. Внезапно в дверь постучали, причем так настойчиво, что я не сомневалась: Руби и Пол наверняка проснулись.

Посмотрев в окно, я заметила на подъездной аллее две полицейские машины с эмблемой национальной гвардии Нью-Йорка на дверях.

Силья. Они нашли Силью. Эта мысль пришла мне в голову первой.

С отчаянно бьющимся сердцем я отворила дверь. На пороге стояли два офицера.

– Извините, что побеспокоили вас в столь ранний час, мисс, – сказал один из них. – Есть дома кто-нибудь из взрослых?

Я вскинула брови.

– Я взрослая. – К моему смятению, собственный голос напомнил мне писклявую Минни Маус. Откашлявшись, я добавила: – Мне двадцать один год.

Офицер кивнул:

– Хорошо. Можно войти?

– Что случилось? – спросила я, крепче прижимая ребенка к груди. – Вы нашли миссис Гласс?

Офицер, на золотистом значке которого блеснула надпись: «Б. Хилл», принялся неловко переминаться с ноги на ногу.

– Мы здесь не поэтому. – Он немного помолчал и продолжил: – Мы приехали за мисс Руби Гласс. Хотим задать ей несколько вопросов относительно смерти ее отца.

– Что? Руби? – Я покачала головой. – Простите, но я не понимаю.

– Мисс, мы можем войти?

– Вообще-то миссис, – поправила я офицера. – Миссис Пол Гласс.

Он открыл было рот, намереваясь что-то сказать, но потом закрыл, сжав губы так, что они превратились в тонкую линию.

Его напарник – как мне показалось, вряд ли намного старше меня – вышел вперед.

– Пожалуйста, поймите, мы ни в чем не обвиняем мисс Гласс. Просто хотим задать ей несколько вопросов.

Я взглянула на его значок: «Р. Бреннан».

– Разве вы с ней не разговаривали? Разве не задавали вопросы сразу после того, как умер Генри?

Офицер Бреннан кивнул.

– Задавали, но обстоятельства… изменились. Появилась новая информация, и мы хотели бы снова побеседовать с мисс Гласс.

– Значит, вы все-таки нашли Силью. – Я услышала в собственном голосе облегчение. – Слава богу.

Глаза офицера Хилла недобро блеснули, а Бреннан густо покраснел и, запинаясь, произнес:

– Мэм, мы больше ничего не можем вам сказать. Не могли бы вы впустить нас и сообщить мисс Гласс о нашем визите?

Я некоторое время стояла на пороге, а потом отошла в сторону, впуская полицейских в дом, после чего отправилась в спальню.