"Фантастика 2025-134". Компиляция. Книги 1-33 (СИ) - Дмитриева Ольга - Страница 258

А вот насчёт каких-либо чувств к ней. Я не думал об этом. Мне было просто некогда анализировать какие-то чувства.

— Не знаю, — честно признался я. — Ты мне симпатична, это единственное, что я могу сказать.

— Понятно, — Грейс опустила взгляд и переступила с ноги на ногу. — Но всё равно спасибо.

На прощание я обнял её и поцеловал, пообещав, что всё наладится.

Уже сидя в машине, я решил позвонить Алиасу, потому что вопрос о Брайсе всё никак не давал мне покоя.

— Доброго дня, господин Айон, — голос менталиста был вполне бодрым.

— И вам, господин Лангер. Вы сейчас находитесь в резиденции гильдии?

— Да. Но не уверен, что задержусь. Вполне возможно, что меня могут вызвать на границу в составе группы.

— Тогда я могу заехать к вам? Сейчас. У меня есть пара вопросов, — я подождал, надеясь, что принуждать Алиаса к встрече всё-таки не придётся.

— Вы скоро будете ко мне являться, как к себе домой, — Лангер хмыкнул. — Но приезжайте. Рад, что вы вернусь с границы, ведь у вас передо мной тоже есть должок.

— Помню, — я невольно улыбнулся. — Тогда скоро буду.

Я отключил звонок и попросил водителя сменить направление и ехать почти в самый центр метрополии — к резиденции гильдии менталистов.

Глава 4

Алиас встретил меня в кабинете, всё также перебирая бумаги и занося что-то в компьютер. Я еле слышно кашлянул, чтобы привлечь его внимание.

— Да-да, проходите господин Айон, — он поднял руку и жестом указал на свободное кресло.

Я пожал плечами и сел, ожидая, пока менталист закончит свои дела. Я сидел в том же кресле, что и в прошлый раз, когда внезапно явился к Алиасу. Сейчас я не чувствовал того, что тогда. Ментальные блокировки на эмоции, похоже, ещё немного работали, но я, похоже, слишком устал, чтобы сейчас думать о происходящем на границе или об Инессе.

— Как самочувствие, господин Айон? — Алиас коротко посмотрел на меня. — Блок ещё не расселся?

— Не знаю, — честно ответил я. — Не могу оценить. И можно без формальностей. Не до этого сейчас.

— Понял, — менталист кивнул. — Какие у тебя ко мне вопросы?

— Пожалуй, я подожду, пока вы закончите с бумагами, — я сел чуть глубже и облокотился на мягкий подлокотник.

— Без формальностей, — Алиас хмыкнул. — Учитывая то, что ты позволяешь мне работать с сознанием, мы почти уже братья.

Я улыбнулся. Если у Алиаса сейчас достаточно времени, он узнает побольше, чем в прошлый раз. Я чуть повёл плечами — вся моя память могла быть изменена или приукрашена. К тому же, я с самого начала чувствовал эти изменения, пусть и незначительные. А сейчас могло выясниться, что изменения или установки повлияли на меня куда больше, чем можно было предположить.

Менталист, наконец, закончил свои дела и неспеша присел напротив. Он сложил руки на груди и внимательно всматривался в моё лицо серыми глазами. Я не спешил начинать разговор, возможно, ему тоже было что обдумать.

— Как работает телепортация, на чём она основана? — Алиас начал с самого неочевидного вопроса.

— Работает на намерении и подпитывается эмоциями, — ответил я. — Иногда простого «хочу» недостаточно.

— Понятно. Интересная техника, после того случая я порылся в архивах, но ничего в открытом доступе не нашёл.

— Я тоже. Но сомневаюсь, что умение уникально. Оно отразилось на стигме, а значит Поток «знает», что это.

— Было бы интересно узнать подробнее, может в глубинной памяти найдётся ответ, — Алиас легко улыбнулся.

Я понимал, что открыть ему правду о том, кто я такой — риск, но сейчас Алиас был единственным менталистом, которому я хоть немного мог доверять. В самом крайнем случае, я уже пообещал ему, что убью, если что-то пойдёт не так. Вряд ли он решил, что это была шутка.

— У меня будет одна просьба, Алиас, — я решил немного оттянуть работу с моим сознанием.

— Многовато просьб для отпрыска Айонов, — хмыкнул менталист, — но ты настолько интересный экземпляр для исследований, что я почти согласен.

— То, что ты сейчас узнаешь, должно остаться конфиденциальным. У вас, менталистов, феноменальная память и свои исследования я попрошу тебя держать только в голове.

— Как долго? — на лице Лангера мелькнуло любопытство.

— Достаточно долго. И даже потом, ни в каких работах моё имя не должно упоминаться.

— Хм-м-м, — протянул он. — Неужели я узнаю нечто, настолько требующее секретности?

Я кивнул. До этой самой минуты о моём перемещении было известно только Мартину и Джеду, я понимал, что рано или поздно семья узнает — события, которые я хорошо помнил и после которых моя жизнь кардинально изменилась уже произошли и изменить я смог только малую часть.

Знание менталиста о том, что я видел в том будущем может ещё сильнее повредить эту временную линию, но я больше не мог существовать зная, что в сознании установлены ментальные закладки и блоки.

— У тебя ещё был ко мне некий вопрос, — Лангер прервал молчание.

— Да. Предателем Айонов был не только Тодд… Я бы сказал, что Тодд играл меньшую роль.

На лице менталиста отразился вопрос — он ведь поговорил со всеми, кроме меня и Юстаса. Но мне он может задать вопросы прямо сейчас и зафиксировать ответы, я не отказывался от допроса, а Юстас никуда не денется.

— С Тоддом в паре работал Брайс.

— Твой старший брат? — теперь лицо Алиаса выглядело крайне удивлённым.

— Да, именно, — я кивнул.

— Я провёл допрос, но не увидел в его памяти ничего, что выдало бы действия против Айонов. Допрос вёлся по протоколу, такому же, как и допрос прислуги, — Алиас хмыкнул.

— Тогда как? Почему ты не увидел? Как такое могло произойти? — я напрягся, ожидая ответа.

Алиас помолчал несколько минут. За это время мысли завели меня к размышлениям о подкупе, о том, что Брайс мог заплатить менталисту за подлог, но…

— Я слышу о чём ты думаешь, — Лангер усмехнулся.

— Я пока не давал разрешения лезть мне в мысли, — огрызнулся я. — Так что?

— Меня никто не подкупал. Скажу, как такое возможно. Если на Инессу было наложено ментальное воздействие, значит, с ними в связке работал менталист.

— Да, это так, — подтвердил я. — Но Инесса сошла с ума, когда на допросе была разрушена установка.

— Объясняю, — Алиас легко улыбнулся, — У Инесс были глубокие чувства к Хагану, она желала ему добра и любила. Установка причинить ему вред диссонировала с истинными чувствами. Она действовала как марионетка, но в то же время понимала, что убивает своего возлюбленного, понимаешь?

Я кивнул.

— Бороться с качественной уставкой она не могла, что и привело к такому состоянию в итоге. Может быть потому она и покончила с собой.

— Ты получил все сведения, да? — я чуть приподнял бровь.

— Мартин предоставил.

Алиас встал с кресла и прошёлся по комнате, видимо ему тоже было интересно, как Брайс избежал раскрытия. У меня промелькнула мысль о том, что тем менталистом мог быть и сам Лангер.

— Я слышу, — процедил Алиас. — Если желаешь продолжать нашу беседу, то верь мне, или же уходи.

— В моей ситуации было бы странно просто верить всем на слово, — ответил я. — Будто это не очевидно.

Лангер ничего не сказал, только вздохнул. Выставить меня, значит лишиться крайне интересного опыта, а для такого, как он, новые грани чужого разума, лучшая награда.

— Так вот, — продолжил менталист. — Если Тодд и Брайс действовали по собственному желанию, то, поработав с менталистом, можно было стереть необходимые сведения, не вызвав никакого диссонанса.

— Да? Но если всё стёрто, то зачем Брайсу бежать, да и вообще, он не должен был помнить о своих действиях. Как при амнезии.

— Тут сложнее, — Алиас покачал головой. — Очень умелый маг мог поработать с сознанием так, чтобы Брайс спокойно прошёл допрос, например, изменить воспоминания или отношение к ним. Понимаешь о чём я?

— Не очень, — я пожал плечами.

— Если ты не считаешь какое-либо действие плохим по отношению к другому человеку, ну или роду, как ты ответишь на вопрос: «совершал ли ты что-нибудь, причиняющее вред роду Айон»?