"Фантастика 2025-134". Компиляция. Книги 1-33 (СИ) - Дмитриева Ольга - Страница 259

Я промолчал, а Алиас широко улыбнулся.

— Это довольно сложно сделать, не спорю. Например, над сознанием той же Инессы не работали так серьёзно, а вот твоему брату кто-то оказал очень сложную и очень дорогую услугу.

— Если это был менталист от… Зачем? Не проще ли убрать информатора?

— Тут я тебе не отвечу, — Алиас развёл руками. — Убрать всегда проще, но, видишь ли, если твой брат оказался хитрее, убрал напарника, подправил память, а затем исчез, вполне может быть он знал, что от него решат избавиться.

Я протяжно вздохнул — ещё один вопрос в копилку ко всему остальному. С одной стороны, прямо в данный момент это было не столь важно — Брайса всё ещё не нашли, и он либо жив, либо найден и убит Веберами и Юдалл; с другой — всё оказалось сложней, чем просто мёртвый Тодд, а значит, в этой связке мог быть кто-то ещё.

— Послушай, — Алиас подошёл ближе. — На границе идут бои, меня могут вызвать туда. Поэтому, давай сейчас не будем говорить о твоём брате, хоть мне и интересен его случай сам по себе.

— Когда я его найду, лично передам тебе на опыты, — ответил я.

— Если найдёшь. Слишком много неизвестных в этой задаче.

— Проведи допрос мне. Затем, как только это станет возможно — Юстасу. Я всё равно распутаю этот клубок.

— Ты же покажешь мне абсолютно всё твоё сознание, — улыбка Лангера показалась мне слегка безумной. — Я и так узнаю. Но для протокола готов приехать в поместье Айонов ещё раз.

— Ты можешь делать то, что сделали с Брайсом? — я посмотрел на менталиста исподлобья.

— Скорее всего да, но это сложно и отнимает очень много энергии, обычно это под силу магам первого ранга, такие ментальные манипуляции очень, как бы сказать, не частое явление.

— Мне бы узнать, кто был тем менталистом, что с ним работал… Второй… Он не так важен.

— Примерно понимаю, на что ты намекаешь, но искать я никого не буду.

— Ты же сказал, что тебе интересен это случай.

— Да. Но сейчас на подобные поиски нет времени. Ты приехал не только за этим, так что предлагаю приступить.

Я не ответил.

— Все блоки одновременно снимать нельзя, поэтому пока буду работать только с тем, что проще.

— Я думаю, что один из блоков связан с родовой способностью, может, его?

— Тот, что проще, — повторил менталист.

— Понял.

— Можешь откинуться на спинку и закрыть глаза. Возможно, как только блок будет снят, ты что-то почувствуешь или вспомнишь. Также хочу сказать, что твоё тело может отреагировать так, как посчитает нужным.

— Понимаю, — я уже закрыл глаза и старался дышать глубже.

— Поток и организм связаны неразрывно, а потому, как бы ты себя не чувствовал, прими это. Если будет физически плохо, бессонница или боли, пережди. Не глуши это с помощью целителя.

— Хорошо.

— Приступаю.

Я направил внутренний взор на Поток и своё сознание, но погрузиться в нечто вроде медитации не мог — всё равно напряжение давало о себе знать. Ощущения того, что Лангер уже сейчас просматривает мои воспоминания, никак не проявлялись, но я понимал, что он делает это, иначе поставленный в той жизни блок просто не снять.

Меня слегка замутило, а затем в голове начала рисоваться картинка. Я помнил это: после войны на Востоке, когда я уже вернулся в Империю, где у кормушек власти были минцы, хотя Император и сохранил своё место, я прибился к сопротивлению. Стал террористом. Мне пришлось развивать свои навыки самостоятельно. Я начал скрываться и работать наёмником, чтобы заработать хоть какие-то деньги.

Сопротивление работало активно — по всей Империи происходили теракты и убийства. Я понимал, что сил нужно больше. Империя разваливалась на куски, минцы имели всё больше влияния и к тому моменту давно вышли из-под всех договоров с Веберами и Юдалл.

Мы распространяли информацию о том, что это Веберы и Юдалл впустили в Империю минцев, подкрепляли её теми крупицами доказательств, что я успел собрать, как только вернулся. Конечно, этого было недостаточно, но слухи распространялись, как паутина, обрастали подробностями и выдумками.

Учитывая то, что Юдалл, Веберы и Ноксы настаивали на принятии жёстких законов, диких повышений налогов, лоббировали разделение власти с минцами и не скрывали, что поддерживают их, народ начал нам верить.

Остальные рода, императорский в том числе, прогнулись под них, но подробностей я не знал, потому что Тринадцать прекратили открытые трансляции хотя бы части того, как проходит Совет, хотя это было распространённой практикой.

Народ говорил об этом, народ ждал, что мы их освободим. Но только вот мне не освобождение от минцев было нужно, а тупая, слепая месть. Вот именно тогда я впервые столкнулся с Гордыней и другими сущностями, что жили в моей голове до того самого момента, когда я вернулся во времени.

Затем я организовал нападение на поместье Веберов и вырезал их всех, вообще всех. Мои люди разграбили поместье. Я наслаждался этим моментом, я ликовал. В тот момент мне не нужны были их активы и фирмы, я просто хотел, чтобы их не стало.

Лидеры сопротивления поддержали меня, говоря, что это смелое решение, тем более что я пачкал свои в руки в крови, мне почти никогда не нужна была помощь.

В глазах обычных граждан сопротивление набирало очки, к нам присоединялись люди — маги и немаги, даже баронские семьи и даже кое-кто из Тринадцати. Мне тогда было двадцать лет, и я хотел больше крови, чем власти. Я наслаждался тем, что могу вырезать врагов и тех, кто закрыл глаза на то, что они сделали с Айонами.

Я кипел ненавистью и не хотел думать, сущности же подливали масла в огонь. Меня нашёл Джед, которого я не видел несколько лет, и пытался привести в чувства — после того, как сопротивление напало на Веберов, на нас началась активная охота.

Гвардия рыскала днями и ночами, я постоянно слышал треск вертолётных лопастей, я видел, как наших ловили, скручивали и увозили в неизвестном направлении, а иногда просто расстреливали.

Были те, чью смерть мне было видеть даже слишком тяжело, я почти не спал, каждый раз ожидая, что любое наше убежище может быть раскрыто. Меня поддерживали Джед и Айзек, вернувшийся со мной с войны на Востоке, но тогда я не понимал, зачем им это.

Любой вопрос и проблему я решал единственным способом — кровью. Я не видел или не хотел видеть ни одного другого решения. Я наслаждался этим состоянием и своей силой…

Меня начало мелко потряхивать.

— Закончили, — из бездны воспоминаний меня выдернул голос Алиаса.

Я открыл глаза и уставился на него. Какой именно блок он снял? Я и так помнил, что совершал, когда был в сопротивлении и как долго это продолжалось. Менталист молчал, а я никак не мог понять, о чём тот думает.

— Значит, тебе доступна не только телепортация, — Лангер хмыкнул и помассировал виски. — Занятно, занятно. Ты и правда крайне ценный экземпляр.

Я медленно и глубоко дышал, отделываясь от липкого воспоминания, которое сжато, но очень явно пронеслось перед глазами. Самое главное — я именно прочувствовал всё то, что было тогда и понял, насколько мой разум был поглощён местью и наслаждением от совершения убийств.

— Ты не удивлён? — наконец-то выдавил я из себя.

— Удивлён, — Алиас улыбнулся уголком рта. — Как тебе это удалось. Или Айоны, как и другие хрономаги хранят такие секреты?

— Посмотри сам, — я повёл плечом. — Это сделал не я.

— В другой раз, — менталист качнул головой. — Я просмотрел и так достаточно большой пласт воспоминаний, это сильно расходует энергию.

— Какой блок ты снял?

— Не совсем блок. Связка установки и блока. Ты же почувствовал, да? Что ты ощущал тогда.

— Да.

— Установка, если говорить очень простыми словами — на убийство только в крайней необходимости, и блокировка вот такого отношения к этим самым убийствам.

— Когда меня отправили назад, — я секунду промолчал. — С тем человеком был менталист, разве он мог знать, что именно нужно блокировать?