Кицур Шулхан Арух - Ганцфрид Шломо - Страница 139

22. Если своевременное известие о смерти близкого родственника было получено в субботу, не совершают никаких действий, выражающих скорбь и траур, пока длится святой день. Только после окончания субботы совершают криа и соблюдают полный траур еще шесть дней (так как суббота считается первым днем траура).

Если день получения известия о смерти — суббота или праздник, и это именно 30-й день после смерти близкого родственника (следовательно, после окончания субботы или праздника известие уже будет считаться запоздалым), в течение субботы или праздничного дня соблюдают те траурные обычаи, которые незаметны для посторонних (см. ниже, гл. 160), а после окончания субботы или праздника соблюдают кратковременный траур — так же, как всегда при получении запоздалого известия.

Если своевременное известие получают в субботу, которая совпадает с кануном праздника, то в течение этой субботы соблюдают те траурные обычаи, которые незаметны для посторонних, а наступивший после субботы праздник отменяет семидневный траур.

Когда получают запоздалое известие в субботу или праздник, в этот день не соблюдают траур вообще, а после окончания святого дня достаточно лишь соблюсти некоторые траурные обычаи в течение короткого времени (например, сесть на пол и снять обувь и т. п.).

23. Возможна такая ситуация: после праздника получают известие, что близкий родственник умер перед праздником. Тогда тот, кто знал о смерти близкого родственника до праздника и уже начал соблюдать семидневный траур, с началом праздника прекращает его, а тот, кто узнал об этом после праздника, тогда и начинает соблюдать семидневный траур. Поскольку он до праздника ничего не знал, для него известие о смерти является своевременным, и с момента получения известия он обязан соблюдать семидневный и тридцатидневный траур (это правило относится даже к случаю, когда день получения известия — 30-й со дня смерти).

24. Тот, кто не знал о смерти близкого родственника, по которому он был обязан соблюдать траур, ему и не сообщают об этом. А сообщающий ему об этом заслуживает порицания, как сказано: «Разглашающий слухи — глупец» (Мишлей, 10:18).

Разрешается приглашать на любые празднества человека, у которого умер близкий родственник, в течение всего времени, пока он об этом не знает, — на ворт, на свадьбу и т. п.

Однако если человек спрашивает о своем уже умершем родственнике, жив ли он, оставлять его в неведении запрещено. Однако разрешается дать такой косвенный ответ, чтобы спрашивающий сам догадался, что его родственник умер.

Сыновьям умершего (или умершей) обязательно сообщают это печальное известие для того, чтобы они начали читать «Кадиш».

25. Авель в течение первых семи дней траура обязан соблюдать целый ряд ограничений. Он не имеет права работать и нанимать работника (даже нееврея) для выполнения работ. Если он зарабатывает на пропитание семьи только своей работой, то с четвертого дня семидневного траура ему разрешается заниматься ею — но только в своем доме и так, чтобы этого никто не заметил. Даже нищему, живущему на подаяния, в течение первых трех дней не разрешается собирать цдаку. Однако сказали мудрецы: «Проклятие ляжет на тех соседей, которые вынуждают авеля работать», потому что их долг — помогать бедняку, тем более в те дни, когда он соблюдает траур.

Когда во избежание больших убытков авелъ должен работать, он обязан проконсультироваться у раввина. А если авелъ — купец и получил известие о смерти близкого родственника как раз в то время, когда у него появилась возможность дешево купить товар или когда он был на ярмарке, Галаха разрешает ему поручить ведение торговых дел доверенному лицу.

26. Авелъ имеет право в течение траурных дней продавать товар тем, кто обычно покупает у него, — чтобы не потерять постоянных клиентов. Авелъ имеет также право во время траура послать кого-нибудь, чтобы тот взыскал причитающийся авелю долг, так как есть опасение, что после условленного срока возврата долга будет труднее получить его. Кроме того, Галаха раз решает авелю взять какую-нибудь работу с тем, чтобы выполнить ее после траурных дней, но при этом он не должен вести подсчеты, взвешивать или измерять материал и т. п. обычным способом.

Авелю разрешено выполнять домашнюю работу — он только не имеет права стирать свою одежду. Поэтому женщина, соблюдающая семидневный траур, готовит еду и выполняет по дому всю работу, в которой нуждается сама, но для других работать она не должна. То же правило распространяется и на человека, помогающего хозяевам по хозяйству: если у него умер близкий человек, то в дни траура ему разрешается выполнять в доме любую работу, которая требуется. Однако работу ради добавочного заработка и тем более ту, из-за которой авелъ должен уйти из дома, ему запрещается выполнять.

Авель имеет право писать все то, что разрешается писать в холь гамоэд (см.

102:10).

27. Когда один из двух компаньонов — авелъ, то второму разрешено работать только так, чтобы этого не видели другие. Например, если они сообща владеют магазином, то на время семидневного траура его закрывают. А если авель — хозяин и предприятие называется его именем, то другому компаньону запрещается работать вообще. Если прекращение работы на этот срок грозит серьезными убытками, необходимо обратиться за указаниями к раввину.

28. Все семь дней траура авелю запрещено купаться даже в холодной воде. Лицо, руки и ноги ему разрешено мыть только холодной водой. Если же случилось, что не успел авель закончить траур по случаю смерти одного близкого родственника, как у него умер другой близкий родственник, и авель вынужден продолжить траур, то ему разрешается вымыться холодной водой.

Мыться горячей водой запрещено и в течение 30-дневного траура, а для удовольствия запрещается мыться даже холодной водой. Однако если в результате этого запрета человек плохо почувствует себя и это отразится на его работоспособности, то с разрешения раввина возможны некоторые отступления от этого запрета. А если скорбящей женщине необходимо вымыть голову горячей водой перед погружением в воды миквэ, она делает это немедленно по окончании семидневного траура.

29. Если у роженицы умер близкий родственник, по которому она обязана соблюдать траур, то ей разрешается мыться в любой из семи дней траура, когда ей это необходимо. Желательно, чтобы она только в первый день воздержалась от этого.

30. Авель не должен умащать тело. Тем не менее, если ему необходимо пользоваться мазью в гигиенических или лечебных целях, запрет отменяется.

31. Еще один запрет касается ношения кожаной обуви (носить обувь из материи, дерева, пластика и т. п. разрешено). Если деревянная обувь имеет кожаные ремешки и т. п., носить ее также запрещается.

Хотя авель не носит кожаной обуви, он в дни траура (в отличие от Девятого ава и Йом-Кипура) каждое утро произносит благословение «Давший мне все необходимое».

Кожаную обувь разрешается носить роженице, если со времени родов не прошло 30-ти дней, а также тому, у кого на ноге есть рана.

Если авель вынужден куда-то пойти, он имеет право надеть кожаную обувь, предварительно насыпав в нее немного земли.

32. Авелю запрещено вступать в интимную близость с женой, а также обнимать ее, целовать, спать с ней в одной кровати и т. п. Однако супругам разрешается обслуживать друг друга — наливать вино, стелить кровать и т. п., — причем не имеет значения, кто из супругов авель, муж или жена.

33. Авелю запрещено учить Тору, поскольку слова Торы веселят сердце. Однако ему разрешено изучать все, что разрешено изучать Девятого ава, и в той же мере, как в этот день (см. 120:9). Согласно обычаю, в дни траура авель изучает т. н. «скрытую Тору» — Кабалу и учение хасидизма.

34. Если авель работает меламедом и его никто не может заменить на время траура, то на 4-й день после похорон он должен возобновить занятия, чтобы дети не отвлекались от изучения Торы. Талмуд отмечает, что чистые детские голоса, повторяющие слова Торы, даже если дети не понимают их смысла, доставляют Всевышнему больше удовольствия, чем изучение Торы величайшими мудрецами. В Зогаре сказано, что мир продолжает существовать только благодаря тому, что дети произносят слова Торы. Авель, который обучает собственных детей, также не должен прерывать занятия более, чем на три первых дня, — ведь его дети не обязаны соблюдать траур.