Запретное желание принцессы Амелиты (СИ) - Цветкова Виктория - Страница 12

Светало, первые лучи солнца вот-вот должны были коснуться верхушек деревьев. Их пока что скрывала серая мгла, но даже в полумраке чётко различались золотые всполохи тронутой морозцем листвы.

«Красиво!»

Я предприняла последнюю попытку:

— А вы уверены, что вам нужно сопровождать меня, эйс? До сих пор со мной ничего не случалось.

Ди’Зорр не ответил, его хмурый вид вообще не располагал к беседе. Знаком мне приказали следовать вперёд.

«Замечательно, я только за».

Бодрячком, чтобы согреться, я устремилась в глубь парка. Телохранитель отстал шага на три и поддерживал тот же темп.

Мне не хотелось, чтобы навязанный спутник знал, что у моей прогулки есть цель. Конечно, ничего предосудительного в посещении пожилой травницы нет. Я маг, и могу вполне легально пополнять запасы, покупая ингредиенты — никто мне этого не запрещал. Однако раз уж не посчастливилось вызвать подозрения столь непродуманной эскападой, как вторжение в запретное королевское хранилище, нужна осторожность. Любое моё знакомство или визит сейчас будут рассматриваться с особым пристрастием. Некромант, разумеется, захочет пойти со мной и неизбежно помешает разговору.

Как бы от него отделаться?

Стараясь не показывать, что следую в определённом направлении, я прошла по одной из центральных аллей, а затем свернула на узкую тропку, которая вела к северному краю леса. Здесь некромант впервые заговорил:

— Принцесса, ты уверена, что нам нужно именно туда? Обязательно таскаться по самым глухим местам?

В душе я готова была согласиться: лесок, и правда, довольно дикий — на обочинах непролазный бурелом. Но вслух заявила иное:

— О каких глухих местах идёт речь? Это разве не Королевский парк? Я всегда здесь гуляю.

Проход между тёмными елями был густо заплетён паутиной, пришлось смахнуть её, перед тем как следовать дальше. Солнце уже полчаса, как взошло, но здесь по-прежнему царили сумерки, и тишина стояла такая, что уши закладывало: ни шелеста ветра в кронах, ни птичьих трелей.

— Говоришь, всегда здесь гуляешь? Хм, я чувствую опасность впереди.

— Глупости! Но если боитесь, я пойду одна. Подождите меня в Тисовой аллее.

— Вот ещё. Отойди, девочка, я пойду первым.

Мужчина бесцеремонно оттеснил меня и пошёл вперёд. Мне оставалось лишь следовать за телохранителем, и, любуясь широким разлетом его плеч, ломать голову, как бы избавиться от чересчур назойливого надзора.

Что, если посвятить Ди’Зорра в свои планы? Открыть, так сказать, душу и сердце? Поведать о том, как я устала быть игрушкой чьих-то планов и государственных интересов. Как опасаюсь, что вся жизнь пройдёт в напрасных попытках доказать, что я личность, в мире, где понимают лишь язык магической силы. Нет, нельзя так рисковать. Я разговаривала и с отцом, и с дядей, но они мужчины и сильные маги, им не понять меня. Они нуждаются в таких, как я, чтобы исполняли их приказы. Им требуются пешки. А я пешкой быть не хочу. Шандор обделил меня магическим резервом при рождении, значит, я должна его завоевать!

«Этот Ди’Зорр — приспешник наследника, он не на моей стороне. Как же мне избавиться от него?»

В этот момент земля на обочине рядом с нами вдруг всколыхнулась, корни ближайших елей заскрипели. Из темной норы взметнулось нечто жуткое, белёсое, с пастью, усеянной острыми зубами.

16 Травница

— Борг!

Некромант поднял руку, с пальцев сорвалась чёрная молния, и лесную глушь огласил разъярённый визг. Чудовище забилось в конвульсиях, едва не задев меня хвостом с гребнем из сочащихся ядом колючек.

Меня обдало дождём из комьев грязи. Отскочила за ближайшее дерево, понимая, что не должна мешать бою с самым свирепым из хищников наших лесов. Борги любят устраивать логово возле тропинок, подстерегая ни о чем не подозревающего спутника.

Ещё одна молния навсегда успокоила вечно алчущего жертвы гигантского плотоядного червя.

— Что за тхар здесь творится? Почему в королевском парке гнездятся борги? — Некромант оглянулся и, порыскав взглядом, убедился, что я невредима.

Я равнодушно пожала плечами. Парк, если он не заметил, довольно дикий. Её величество в северной части никогда не бывает, потому садовники давно перестали тратить силы на то, чтобы расчищать здесь валежник. Хорошо, если упавшие поперёк дорожек деревья убирают.

— Безобразие! А если бы ты шла здесь одна⁈

Я снова не выказала беспокойства, чем окончательно взбесила телохранителя. Но не объяснять же, в чем состоял мой план: на этой дикой тропке я бы не оказалась, потому что выбрала бы короткую и безопасную дорогу напрямик — к дому травницы ведет прекрасная широкая аллея.

Некромант извлек из подпространства и накинул себе на плечи защитную мантию. Наклонился к туше неприятного белёсого цвета. В защищённой перчаткой руке блеснул кривой нож. Хлюпнула под лезвием жирная плоть червя. Я с отвращением отвернулась.

— Борги живут целыми семьями и обычно устраивают гнёзда, — пробормотал ди’Зорр. В руке некроманта появилась склянка, в которую он принялся собирать густую ядовитую слизь из желез. Разумеется, он не мог упустить такой случай — это важный и дорогостоящий ингредиент некро-ритуалов. — Нужно найти нору и уничтожить ее, иначе никому житья не будет.

Я нетерпеливо переступила с ноги на ногу, стараясь не коситься в сторону спутника и его жуткой жертвы.

— Похоже, наша прогулка затягивается, а мне ведь ещё к приёму у королевы готовиться.

— И что ты предлагаешь? — спросил ди’Зорр, не отвлекаясь от работы.

— Возможно, мне лучше вернуться в Девичий флигель, пока вы тут возитесь, — я старалась говорить, как могла, более равнодушно — закинула, так сказать, пробную удочку. — Дей’Форе будет волноваться, если не вернусь в ближайшие полчаса.

Кажется, сработало: на лице некроманта проявились некоторые признаки сомнений. Он покосился на меня, словно прикидывая, говорю ли я правду. Я незаметно поправила амулет, прицепленный к браслету на левой руке. Хорошая вещь — всегда меня выручает, ведь сильный маг может почувствовать ложь. Ди’Зорр, разумеется, бросать добычу не хотел. Тут я его прекрасно понимала: кому не хочется разжиться ценной слизью и, может быть, помериться силами с другими взрослыми боргами, если те обнаружатся в гнезде. На противоположной чаше весов были ненавистные ему обязанности телохранителя.

— Ну, иди, — наконец, разрешил он. — Только не сворачивай с дорожки — позади нет опасностей. И сразу домой, слышишь, Огонек?

«Огонек? Хырова чешуя, это уже несколько лучше, чем 'рыжая».

— Конечно.

Я не заставила просить себя дважды: помчалась назад на всех парусах. Вот только на развилке свернула не к Девичьему флигелю, а в противоположную сторону и уже через четверть часа без приключений достигла опушки.

Запыхавшаяся, с раскрасневшимися после бега по утреннему лесу щеками, постучала в дверь домика травницы Хелены. Низенькая жизнерадостная женщина лет пятидесяти — разумеется, она пережила гораздо больше зим — встретила меня с обычным радушием. Хелена — не простая деревенская травница, она училась магии и очень много знает. Ее прошлое полно тайн, недаром ей разрешено поселиться на окраине парка при летней королевской резиденции. Мы познакомились случайно, столкнувшись на одной из тропинок в северной части парка, разговорились и как-то незаметно подружились. Только ей я доверила свою тайну.

— А, дитя моё! Я ждала вас ещё на прошлой неделе.

— Знаю, но не смогла вырваться.

Мы договаривались о встрече, но королева Софина-Улия неожиданно решила навестить супруга в столице, и весь двор, включая меня, вынужден был отправиться туда вслед за ней.

В домике приятно пахло травами — многочисленные их пучки сушились под потолком, свисая, подобно диковинной бахроме.

— Нашли ли вы, что искали, Амелита?

— Не совсем.

Я прошла к столу и торопливо нацарапала то, что только и удалось выцепить из рецепта древней ведьмы Эрины. Хелена пробежалась взглядом по единственной строчке.