Запретное желание принцессы Амелиты (СИ) - Цветкова Виктория - Страница 17

— Амелита, заканчивай это представление… А, впрочем, это даже забавно.

— Что тебе забавно? — вскинулась я, комкая в руках плотный шелк его камзола. — Забавляешься. Или тобой забавляются?

Я стукнула кулаком в широкую грудь.

— Вот ты сильный маг, а служишь сильным мира сего… П-почему? Ответь!

— Не понял. Ты спрашиваешь, зачем я служу королю?

— Т-точно!

— Есть долг и честь. Вот как ты… Ты почему выходишь за принца? Только не говори, что влюблена в Ансара.

— Нет… Ик… — Наверное, тут нужно бы смутиться — сьерры не должны так громко икать, но мне было не до того. Подозрение, что кто-то думает, что я влюблена в это ничтожество, требовало немедленного опровержения. — Нет, я вообще не собираюсь за него выходить!

— Вот как? Тогда, что же ты здесь делаешь, Амелита? — сверкающие в полутьме, словно расплавленная лава, глаза, казалось, заглядывали прямо в душу. Лицо телохранителя было так близко, что я рассмотрела даже крохотный шрам на правом виске. Подняла руку и погладила отметину, чем несказанно удивила Марса. Он поймал мою руку и зачем-то поцеловал пальцы. — Почему ты здесь?

— Я… — шептали мои губы, а ноги вдруг отказались служить, и я начала падать. С тяжелым вздохом некромант подхватил меня на руки и понес куда-то.

* * *

[1] Приключения, о которых упомянула собеседница некроманта, описаны в книге «Истинные. Не пара для дракона»

22 Нечто ужасное

— К-куда вы меня несёте? Немедленно поставьте на м-место! — То, что должно было звучать, как гневный окрик, на деле оказалось всего лишь испуганным писком.

Но только на это меня и хватило: мир вокруг отчаянно кружился. Я зажмурилась и уткнула нос в расшитый серебром лацкан камзола, благоухающего свежим ароматом сандала с нотками чабреца и мяты. Стало немного легче, да и запахи понравились, так что, когда моя спина вдруг коснулась прохладного покрывала, не желая с ними расставаться, я судорожно вцепилась в камзол некроманта.

Глаза мои по-прежнему были закрыты, но я вполне осознавала, что происходит: некромант принёс меня в спальню и уложил на кровать. Во всей этой ситуации было, конечно, что-то унизительное для достоинства благородной сьерры. Вот только расплавленный мозг не позволял понять, что именно не так. Шёлковая ткань камзола выскользнула из моих ослабших пальцев — некромант выпрямился.

Веки казались такими тяжёлыми, словно налились свинцом. Я силилась открыть глаза, но не могла.

— Амелита? — тихий хрипловатый шёпот нарушил тишину моей девичьей спальни.

«Происходит что-то ужасное, но что?» Мысли разбегались и роились — панические, беспокойные — и ни одну из них я была не в состоянии додумать до конца.

«Я должна быть в панике. Но этого нет».

— Амелита, ты ведь не спишь? Тебе плохо?

Всё ещё не открывая глаз, я отрицательно помотала головой.

— Выглядишь неважно, — с сомнением проговорил ди’Зорр, и я обиделась. Глаза сами собой приоткрылись и с укором взглянули на одетого в тёмное мужчину, который возвышался надо мной, будто башня-великан.

— Что за нахальство говорить такое девушке? Я всего лишь немного устала и прилегла отдохнуть!

— Ах ты прилегла? — сверкнул озорной улыбкой некромант. Он наклонился, и опытные пальцы его забегали по боковой шнуровке на моём платье.

— Хырова чешуя! Что это вы делаете, негодяй⁉

Я ударила его по руке — вернее, попыталась это сделать, но промахнулась, и моя рука бессильно упала на покрывало. Принялась ёрзать и крутиться, чтобы помешать наглым поползновениям.

— Спокойно, принцесска! Я просто ослабляю шнуровку на твоём платье — она слишком тугая. Не понимаю, как ты дышишь…

Это было возмутительно и не подлежало оправданию, но упрямый маг всё равно добился своего. Теперь я действительно могла дышать глубоко, всей грудью, и стало немного легче.

— С-спасибо… Уйдите, пожалуйста. — Я вновь обессиленно прикрыла глаза.

Мужчина колебался, явно опасаясь оставлять меня одну.

— Я позову дей’Форе, пожалуй.

Мне тут же в красках представились все те упрёки, которые обрушит на мою бедовую голову милая, добрая, но зацикленная на правилах старая дева, и я подскочила на кровати. Откуда только силы взялись!

— Не вздумайте!

Низкий вырез корсажа при этом слегка опустился, обнажая кружевное бюстье. На ковер к ногам некроманта спланировало письмо от бабушки Мариэль.

Вот тут-то и проявилась вся мерзкая сущность ди’Зорра. Вместо того чтобы, как положено воспитанному эйсу, отвести глаза и немедленно удалиться из моей спальни, он двумя пальцами небрежно поднял бумагу. Развернул аккуратно сложенную записку и пробежал глазами.

Я тупо рассматривала его узкую, аристократической формы кисть. На безымянном пальце красовался большой перстень-печатка, с багрово-черным камнем — он словно заворожил меня. Я вспомнила, что следует возмутиться и протестовать, только когда записка исчезла в руках Марса.

— Что вы делаете⁈

«Негодяй отправил письмо бабушки Мариэль в свое подпространственное хранилище! Эй, так нечестно!»

Хотела завопить и наброситься на вора с кулаками, но вдруг со стоном опустилась на подушку. Резкая боль сжала виски, а в желудке стремительно нарастало противное жжение. От былой приятной расслабленности не осталось и следа. Проклятое саросское! Кажется, так плохо мне не было, даже когда в детстве я тайно объелась тортом с кремом.

Зажав рукой рот, я выразительно взглянула на стража и простонала:

— Уйдете вы, наконец?

Разберусь с ним позже, а пока мне необходимо уединение. Желательно в обнимку с тазиком!

* * *

Принц Ильхард Саросский

— Ваше Высочество, добро пожаловать! — Бравый генерал армии, герцог ди’Анно, и военный министр, маркиз Готье, приветствовали меня, едва адъютант открыл дверцу карруса.

«Ворюги! Но что делать? Других-то нет!»

Я вышел из транспортной капсулы и скользнул взглядом по величественному фасаду Военного министерства, заметив вытянувшихся у входа с десяток молодых и фигуристых курсанток.

— Ого, это у вас что, пополнение?

Девчонки зазывно постреливали глазками. Клянусь, одна из плутовок мне подмигнула. Симпатичная, рыжая… Рыжая! Снова рыжая… Они что, меня преследуют? Это наваждение какое-то! Нет, эта не такая симпатичная, как Амелита, к тому же вся в веснушках. Однако, проходя мимо, я не удержался и ласково ущипнул упругую щечку.

В кабинете министра я занял место во главе длинного стола для совещаний. Кивнул офицерам, командовавшим войсками Сарроса, и они расселись. Заседание Высшего военного совета началось. Сегодня на повестке значились рутинные вопросы, и главный из них — строительство оборонительных укреплений на границах с орками. В прошлом месяце Надзорная комиссия казначейства обнаружила крупную недостачу. Вороватый комендант уже две недели, как отправлен в Тюремное измерение. Немало времени ушло на утверждение наиболее толковых предложений по укреплению крепостей.

Далее шли менее важные вопросы, в том числе и кадровые. Министр Готье спешно куда-то вышел и вернулся с высоким, широкоплечим драконом. Это был красавец с холодными голубыми глазами и белыми как снег, коротко стриженными волосами.

«Что здесь забыл ледяной дракон, интересно?»

— Ваше Высочество, позвольте представить вам лорда Даниэля ад’Варгга, — вкрадчиво обратился ко мне министр. — Этот храбрый лорд в Северном Легионе командовал дивизией под названием «Лёд Иллирии». Он подал прошение о зачислении в ряды армии его величества короля Россхельма II.

«То-то имя показалось знакомым. Это Лёд».

Я поднялся, позволив себе благожелательную улыбку. Пришелец отсалютовал, как принято в драконьем Легионе — щелкнув каблуками, прижал кулак к левой стороне груди и склонил голову, и я отвел его в нишу окна.