Запретное желание принцессы Амелиты (СИ) - Цветкова Виктория - Страница 19

«Мальчик».

Ансару уже двадцать два года. К этому возрасту я не раз ходил в рейды на орков и дрался на нескольких магических дуэлях. Шёл в бой, вопреки протестам матери и отца, доказывал свою силу и право рисковать. А вот Ансар совсем не похож на меня, ему не по душе неповторимое ощущение опасности, когда в жилах кипит адреналин, и ты стоишь лицом к лицу с врагом, смотришь ему в глаза, а затем он падает, сражённый твоим оружием или магией. Или падешь ты, если не был достаточно хорош и быстр. В открытом столкновении с сильным противником всегда есть риск, и сознание этого горячит кровь и заставляет чувствовать себя живым.

К сожалению, сын пока что не понимает для чего мужчине война. Я примчался на место событий и увидел испуганного взбудораженного ребёнка. Куда этому слабаку жениться? Да ещё и на такой девушке, как Амелита.

Вспомнив о рыжей бестии, я потянулся к маговизору и раскрыл карту. Увеличил масштаб местности, прилегающей к летней резиденции матушки, и увидел шуструю огненную Искорку, резво перемещающуюся по аллеям парка. Уже встала и полна бодрости? Наблюдая за маячком, я и сам почувствовал прилив сил.

Откровения Марса позабавили меня и сняли тяжелый груз подозрений. Значит, Амелита тайно переписывается со своей бабкой — темной эльфийской ведьмой Мариэль энн’ДорГаллан? Эта детка честолюбива, ее явно не устраивают вторые роли. И когда только неуклюжая, но симпатичная девочка стала невероятно привлекательной женщиной?

Последил за рыжей искоркой взглядом, представляя аппетитную фигурку и развевающиеся яркие волосы. От быстрого бега на шее и груди у этой дикой сауллы наверняка выступили капельки испарины. Почему-то представилась, как, жадно вдыхая сводящий с ума аромат дикого жасмина с нотками мяты, я слизываю влагу, чувствуя на языке неповторимый сладковато-соленый привкус.

Смета на госпиталь была забыта, я не спешил прогонять грешные мысли.

* * *

Амелита, принцесса Зангрии

После трех часов зануднейшей лекции о том, что трезвость — норма жизни, я наконец вырвалась на волю. Проводив магистра, я обошла весь дом, но телохранитель куда-то запропастился — печально, потому что я была полна страстного желания высказать все, что накипело в душе за три часа. Тема лекции, несомненно, его работа!

Убедившись, что в Девичьем флигеле гадского ди’Зорра не наблюдается, я сменила скучный утренний туалет на облегающие бриджи и куртку. Северный ветер мигом остудил горящие от возмущения щеки. Легко сбежав со ступенек крыльца, я спрятала волосы под вязаной шапкой и направилась по дорожке к центральной аллее. Там начиналась едва заметная тропа, ведущая к заброшенной сторожке лесника. Если травница не обманула, там уже ждали ингредиенты для приготовления пробного зелья.

Свежий лесной воздух быстро развеял досаду. Я ведь маг природы и не могу грустить, находясь в таком замечательном, полном силы месте. Обогревая себя бытовым заклинанием комфорта, я даже принялась тихонько мурлыкать какую-то песенку, когда порыв ветер донес ощущение, что я больше здесь не одна. Я замолчала, с досадой вслушиваясь в живую, полную звуков, тишину парка.

В случайной встрече на аллее, конечно, нет ничего странного или страшного — днем в парке довольно людно (а что еще делать придворным, как не гулять?). Однако моя одежда — вполне приемлемая в Зангрии, — неизменно вызывает косые взгляды и кривотолки у чопорных фрейлин. И свое недоумение они, конечно, поспешат донести до ее величества. У меня однажды уже забрали всю походную одежду, и новым комплектом удалось обзавестись лишь спустя год.

«Сейчас рисковать нельзя. Принц и ди’Зорр будут рады ограничить меня еще и в свободной одежде».

Впереди уже явственно слышался шорох гравия и чьи-то голоса. Я юркнула в кусты и удостоверилась, что тронутая первым морозцем, пожелтевшая листва надежно укрывает меня.

А нарушившая мою прогулку парочка меж тем приближалась. Я узнала один из голосов и с интересом прислушалась.

25 Подслушанный разговор

Ждать пришлось недолго. Парочка ещё не показалась из-за поворота, а до меня уже явственно долетал возмущённый тенорок моего жениха.

— Представьте же, моя сьерра: по велению отца, меня сослали в ужасный, грязный гарнизон, где невыносимо воняло навозом, а вокруг было сплошь грубое офицерьё. Эти хамы смотрели на меня свысока, совершенно не считаясь с моим положением!

«Снова ноет! Вечно все Ансару не так».

— Это невыносимо, — вторила собеседница, в голосе проскальзывали нотки сочувствия. — Но чем же вы прогневали его высочество, милый принц?

— Ах, я повздорил с его приятелем, вот отец и взбесился. Решил, что я не умею вести себя как мужчина и в наказание отправил в ту жуткую дыру в приграничье. Но это ещё не всё, моя дорогая: ночью на гарнизон напали орки. Они перерезали посты и окружили жалкую крепостишку, в которой мы все помещались. Я думал всем нам конец, но, к счастью, комендант оказался неплохим некромантом. Орки сгорали в жутком зеленоватом призрачном огне — бежали, но падали, сраженные. Было так страшно!

Я навострила ушки, жадно вбирая подробности. Ах, вот бы мне туда! Мысленно увидела себя у стены крепости — голову и плечи покрывает защитная мантия с глубоким капюшоном. Вот я разбиваю склянку с желчью борга и раскидываю руки, бормоча заклинание призыва Огня Дживейд. У ног, над лужицей сероватой жижи, вспыхивает зловещая искорка потустороннего огня — сперва слабая, она разгорается и вот уже, разбившись на несколько ручейков (по числу врагов), неминуемая смерть устремляется по следам непрошенных гостей из степи. Да!

— Бедненький, сколько же вы перенесли! — Сквозь листву мелькнули белокурые кудельки мерзавки Лиары ди’Вале. Вот ведь проныра! Везде успевает — и под ноги старшему принцу валиться и утешать младшего.

— Как вы меня понимаете, Лиара! Как никто! — горячо воскликнул Ансар, сжимая в руке пальчики втируши. — Да, я многое пережил, и притом всего за одни сутки. Узнав о происшествии, отец прибыл в крепость с весьма недовольным видом. Просто не представляю, как угодить ему!

— Вам нужно изучить, что ему нравится. А потом сделать вид, что вы в восторге и хорошо разбираетесь в тех вещах, — наставляла дурня многоопытная интриганка.

— С детства пытаюсь! — с досадой воскликнул принц. — Но как быть, если отцу по душе только оружие да женщины самого низкого разбора.

— Ах, будь вы наследным принцем, были бы вольны распоряжаться собой, — подзуживала белобрысая фрейлина.

— Конечно! И разве выбрал бы я в невесты Амелиту? Эта рыжая стерва ужасно меня пугает.

Кое-кто в кустах заскрипел зубами от злости, услышав оскорбление.

— Бедненький! Но, к счастью, сердце в вашей власти. Крепитесь, когда-нибудь и вы будете наследником, и сможете распорядиться своим браком по примеру вашего отца. И тогда…

«И тогда?.. — я насмешливо подняла бровь. — Неужели ты, наивная и простая душа, думаешь, что, если я получу хоть каплю власти, тебе будет позволено остаться при дворе?»

Но тут Ансар удивил и меня, и свою пассию.

— Вы имеете в виду развод? Если к тому времени у нас с Амелитой будут дети, я вряд ли пойду на это, — голос Ансара зазвучал вдруг с несвойственной ему решимостью. Я даже выглянула из кустов, посмотреть, точно ли он это говорит. — Сам я немало пострадал от развода родителей. Мать хоть как-то защищала меня от придирок отца. А теперь она далеко.

«Да, надо думать, для мальчика, привыкшего держаться за материнские юбки, иметь такого отца, как Ильхард, сущее наказание. Бедняга Ансар. Я-то знаю, каково это, когда родные тебя не понимают».

Вновь послышался сахарный голосок Лиары:

— Однако поскольку вы здесь, Ваше Высочество, вероятно, принц Ильхард уже смилостивился и разрешил вам снова жить в Летней резиденции?

— Ничего подобного. После того как комендант гарнизона отказался отвечать за меня, заявив, что граница не место для маменькиных сынков, отец забрал меня в столицу. Жить буду во дворце у деда и должен теперь с утра до вечера корпеть у отца, в государственном департаменте. Приступаю с завтрашнего дня. Признаюсь, это мне больше по душе, чем махать тяжеленной саблей на плацу. К тому же столица не так уж далеко, и я смогу навещать вас в свободные часы. Вы будете ждать меня?