Антология советского детектива-48. Компиляция. Книги 1-11 (СИ) - Леонов Николай Иванович - Страница 545

– А в следующий раз еще и добавлю, – спокойно сказал сыщик, обошел поднимающегося с ковра Капитана стороной, сел за стол. – Убийца из ваших, но ты не вздумай заняться самодеятельностью, зарежет, как куренка. Узнав, кто я такой, он, полагаю, будет осторожнее.

В данном вопросе сыщик ошибался. Как известно, Кирилл Трунин, организатор происходящего, знал Гурова в лицо и предупредил своего содельника. Но присутствие известного сыщика не остудило убийцу, а лишь подбросило в кровь адреналина. Столько лет убиваешь, ах, тебя никто не ищет, противника нет. Актер не может играть, блистать талантом, если в зале ни единого зрителя. Выполню последнее задание, возьму куш, зарежу этого гения сыска, уйду на покой писать мемуары. Еще книжку издам, вот вам, господа-товарищи, детективный роман. И мой портрет на титульном листе, ну там интервью газетчикам, может, на телевидение пригласят, вот смеху-то будет.

Ничего этого Гуров не знал, сидел в кабинете Колесникова, безучастно разглядывал собственные ладони, думал. В основе контрабанды наркотики. Идейный вдохновитель – скорее всего Константин Васильевич Роговой. Убийца лишь исполнитель. Между Роговым и убийцей должен быть еще один человек. Мой сосед? Нет, эту пару вообще следует выбросить, они из другой колоды, участники другой игры. Неожиданно сыщик увидел Ольгу, даже провел ладонью по лицу, как бы стирая изображение, и произнес вслух несколько грубых слов в свой адрес.

– Кого так не любишь? – спросил Колесников, который после происшедшего инцидента тихо сидел в уголке.

– Себя, кого же еще? Я посторонних людей непотребными словами не обзываю. А ты не мешай, сходи лучше в зал, там уже программа началась.

– Это мой кабинет, – Колесников хотел сказать властно, а получилось обиженно.

– Твой, твой, – Гуров улыбнулся. – И ты Капитан – хороший мужик, и люди у тебя замечательные, а что один урод, так это даже нормально. Без урода и семьи не бывает. Я сейчас уйду, вот только решу, куда именно, и потопаю.

– Вы хоть что-нибудь можете объяснить? – спросил Колесников.

– Не могу, и не оттого, что секрет, а потому, что не знаю.

– Это связано с «медведями»?

– Возможно.

– Так я их выселю к чертовой матери!

– Не надо.

– Здесь я командую. Заявился, беду привез, актеры «медведи» классные, вопроса нет. Но мы тихо жили, красиво. Нам это надо? – Колесников распалялся. – Теперь клетку решил переделывать, Григория на время в конюшню переселить. Так он мне лошадей с ума сведет. Не позволю!

– А чего с клеткой и когда Рогожин сказал, что будет ее переделывать? – безразлично спросил Гуров.

– Сказал сегодня, поутру. Это важно?

– Нет, конечно, любопытствую без дела. А надо переделать, пусть мастерит, не мешайте.

– Это приказ?

– Просьба, однако настойчивая.

– Понятно, – Колесников смотрел недоуменно, и было видно, что ему ничего не понятно. Почему полковник милиции из Москвы интересуется медвежьей клеткой? – Пожалуй, раз вам требуется, разрешу. Григория, конечно, я не в конюшню, в другое место помещу, еще умом не двинулся.

Зазвонил телефон, и Колесников снял трубку.

– Слушаю, да, у меня, – он протянул трубку Гурову. – Началось.

– Гуров, – сказал сыщик.

– Здравия желаю, товарищ полковник, – бодро произнес молодой служивый голос. – С вами хочет говорить начальник управления генерал Фомин Илья Николаевич.

– Соедините, – вздохнул Гуров и пробормотал недовольно: – Ну раз генерал хочет, вроде отказывать неудобно.

– Здравствуйте, полковник. Я хочу вас видеть.

– Здравствуйте, Илья Николаевич. Меня зовут Лев Иванович, дайте ваш телефон, я вам завтра утром позвоню.

– Никаких завтра, сейчас подошлю машину.

– Извините, Илья Николаевич, сейчас я занят.

– Вы что себе позволяете, полковник? Вас к теще на блины приглашают?

– Мы даже незнакомы, Илья Николаевич, зачем нам ссориться?

– Я-то вас знаю, наслышан, – перебил генерал. – И прошу немедленно приехать.

– Илья Николаевич, если бы я располагал информацией, то побывал бы уже и у вас, и в прокуратуре.

– Не врите, так не бывает! Раз вы приехали и тут начали убивать, значит…

– Извините, – перебил Гуров, – позвоните в Москву, начальнику главка генералу Орлову. Всего вам доброго, – и положил трубку. – Мне надо сматываться, Капитан, иначе меня могут взять под белы руки.

– Мотай, предупреждаю, Илья мужик хреновый, бывший секретарь горкома, дурак и с норовом.

– Спасибо, я все уже понял. Он позвонит в Москву, охолонится. Запиши свой домашний телефон. А где живет ваш Классик?

Колесников вырвал из настольного календаря листок, записал телефон.

– Николаша живет в одном доме с Сильвером. Направо, за углом, желтый одноэтажный домишка, квартира слева.

– Спасибо, скоро увидимся, – Гуров взял листок с телефоном и вышел.

Сыщик быстро добрался до гостиницы, заглянул в свой номер, забрал портсигар, позвонил Юдину, убедившись, что коммерсант на месте, сдал ключ администратору, предупредил, что если будут спрашивать, так пусть отвечают, что отъехал в область.

– Послушайте, Лев Иванович, я бизнесмен, и для меня непозволительная роскошь бросить дела, умчаться за тысячи верст и сидеть в номере, – сказал раздраженно Юдин, увидев вошедшего Гурова.

– Взялся за гуж…

– Я ни за что не брался! – перебил Юдин. – Вы попросили, я приехал, доставил, что требуется, – мне необходимо вернуться в Москву.

Гуров взглянул на часы, спросил:

– Сейчас семь, вы погоните ночью…

– Ночью по нашим дорогам? – Юдин задумался. – Вы правы, ночью не поеду.

Коммерсант успокоился, не так уж ему и нужно в Москву, но томили безделье и неизвестность своего положения, зависимость от Гурова, который опутал обстоятельствами, вроде ничего не просил, но и свободы не давал, заставлял подчиняться добровольно.

– Борис, вы человек всемогущий, – сказал Гуров, заметил, как насторожился Юдин, и рассмеялся. – Да не ждите вы постоянно подвоха, у меня лишь очередная просьба, а нет так нет.

– Уже проходили, – ответил Юдин. – Только не помню, чтобы вы дали мне возможность ответить отказом.

– Не я, совесть вас принуждает.

– Короче, господин сыщик.

– Мне нужна машина.

– У подъезда, берите ключи…

– Ваша не годится, – перебил сыщик. – Мне нужна скромная машина с местными номерами.

– Где же я ее возьму? – возмутился Юдин и невольно задумался, вспоминая имя знакомого дельца, живущего в этом городе.

– Вот видите, я предчувствовал, существуют варианты. Вы позвоните, а я пройду в ваш кабинет, – сыщик указал на винтовую лестницу, – мне надо подумать. Мною могут интересоваться, так вы меня с утра не видели. Не важно, кто спросит, милиция, прокуратура, отвечайте: утром виделись, полковник ушел и пропал.

– Даже так? – Юдин взглянул удивленно, затем хитро прищурился. – Так ведь врать грешно, господин полковник, а врать властям еще и опасно.

– Вы на себя возьмите грех, я на себя – защиту от опасности, – Гуров начал было подниматься на второй этаж, прошел лишь несколько ступенек, вернулся. – Плохой стал, мозги заклинивает, не сказал вам, что убили начальника уголовного розыска. Вы об этом, естественно, ничего не знаете, а я вам сообщил, чтобы вы поняли: я не дурью маюсь, а пытаюсь выбраться на след крайне жестокого человека. Майора убили случайно, эти люди охотятся за такими, как вы, и они профессионалы.

– Пугаете? Значит, вам нужна не только машина, что-то еще.

– Верно, только я вас не пугаю, мы не дети, говорю лишнее, что вам знать не положено, хочу, чтобы вы уяснили серьезность положения.

– Хорошо, уяснил, – Юдин тяжело вздохнул и опустился в кресло. – Вываливайте до конца, как, говорится, до кучи.

– Прекрасно, вы умница, – Гуров прошел через холл, запер входную дверь. – Береженого Бог бережет.

Вернулся, начал прохаживаться по номеру. Когда требовалось быстро соображать, говорить без лишних слов, сыщик любил оставаться на ногах.