Антология советского детектива-48. Компиляция. Книги 1-11 (СИ) - Леонов Николай Иванович - Страница 546

– Утром вы сказали, что знаете в Москве крупного дельца, который неожиданно разорился, даже ближайшему окружению ничего не объяснил, добро распродал, ушел из делового мира. Я хочу, чтобы этот человек немедленно прибыл, – Гуров указал себе под ноги. – Мне необходимо с ним переговорить. Молчите! – Он махнул рукой на Юдина, который собрался заговорить. – Молчите. Я буду работать, – сыщик кивнул на второй этаж, затем постучал пальцем по виску. – Вы достаете мне машину, затем связываетесь с разорившимся коллегой, объясняете ему, кто я такой, заверяете своим именем, что ни единая крупица информации не уйдет на сторону. Даже вы содержание нашего с ним разговора знать не будете. Все! Я пошел, а вы решайте.

Кабинет был обставлен шикарно: большой темного дерева письменный стол, два низких кожаных кресла и огромный диван, тоже обтянутый натуральной кожей. Но сыщику такая обстановка мешала сосредоточиться. Он привык сидеть на жестком, опираясь руками на стол, не расслабляясь, тем более не разваливаясь на составные части. Здесь не работать, даму уговаривать, злился сыщик. Всплыло лицо Ольга, он чертыхнулся, достал портсигар, перемотал пленку, включил воспроизведение, уменьшив звук до предела.

– Борис Андреевич Юдин оказался старым знакомым нашего обаятельного соседа, – шелестел голос Ольги. – Лев Иванович, имя и отчество правильные, но это единственное, что в этом человеке соответствует действительности.

И Ольга продолжала рассказывать мужу о замечательном соседе. Сыщик часть пленки промотал – выслушивать в свой адрес комплименты и брань не было времени.

– Его интересуют убийцы и разбойники, он тут по своим делам, – произнес мужчина. – Дорогая, к нам это не имеет ни малейшего отношения.

– Если ты говоришь правду, – ответила Ольга. – Я не знаю, зачем ты приехал в эту дыру?

– Почему приехал я, понятно, а вот зачем ты увязалась – вопрос. Ты, которая и в Москве посещаешь лишь избранные места…

– Хочу уберечь тебя от глупостей. Женская интуиция, если хочешь.

– Стоп! Вспомнил! Дорогая, ты врешь, запуталась окончательно. Ведь именно ты с неделю назад спросила, какие дела у меня в этом городе, и объявила, что не прочь посмотреть местные монастыри. Откуда у тебя интерес к архитектуре и старине? Ты подбила меня поехать и увязалась следом…

– Дурак, и таким помрешь…

– Хотела что-то смотреть, а сидишь безвылазно в номере, хлещешь виски. Вдруг заинтересовалась цирком…

– В цирк первым отправился ты, а там, между прочим, убили человека…

– Я и убил! Я убийца, ты раньше не знала? И твой супермен-полковник выслеживает именно меня. Ты успела затащить его в койку?

– Мужлан! Боже, за кого я вышла замуж?

– За Сергея Петровича Соснина, черт побери! За человека пусть не гениального, но сообразительного! Человека, который обеспечивает тебя всем необходимым и чуть больше! Я не компрометирую тебя перед друзьями.

– Пошел вон!

– Я пошел по делам, а ты об этом разговоре пожалеешь.

Ольга рассмеялась, раздались шаги, стук двери, сыщик собрался выключить магнитофон, отвлекся, закурил, начал обдумывать услышанное, часть разговора супругов представляла безусловный интерес. Он отложил сигарету, собрался перемотать пленку, прослушать заинтересовавший его кусок заново, как услышал:

– Девушка, я хочу срочно переговорить с Москвой. Какой талон? Я живу в люксе и имею право заказывать в кредит. Срочно! Милая, меня не интересует цена! Нет. Кто подойдет, – Ольга продиктовала номер, сказала: – Милая, за мной бутылка коньяка. Жду.

Сыщик промотал пленку до конца, но магнитофончик не был рассчитан на долгое ожидание, щелкнул и отключился.

«Самого интересного я не узнал», – подумал сыщик. Убирая портсигар в карман, вспомнил номер, который Ольга заказала, и понял, что абонент расположен в самом центре. Тверская. Манеж. Калининский…

Глава седьмая

Крутой поворот

Приближалась полночь. Гуров сидел в «Жигулях», терпение – одно из главных качеств, которыми должен обладать сыщик. Машину он поставил в ста метрах от здания цирка, темень была непроглядная, но расположиться ближе сыщик не рискнул. «Возможно, я тяну пустышку, – рассуждал он, напряженно вглядываясь в темноту, – но, думается, кто-то должен сюда явиться либо некто выйдет из цирка. Надо терпеть».

Около девяти вечера, когда Гуров в номере Юдина вышел из кабинета в холл, хозяин бросил ему ключи от машины и сказал:

– Голубая «шестерка» стоит у подъезда. Я не знаю, зачем мне все это надо, видно, пришла пора, и я сдвинулся по фазе.

– Спасибо, – поймав ключи, ответил Гуров. – Никуда ваша «крыша» не поехала, наоборот, срабатывают здоровые инстинкты.

– О вас спрашивали по телефону, затем двое явились, пытались меня запугать, – Юдин самодовольно улыбнулся. – Почему в органах работает так много дураков?

– Полагаю, обычный процент, нормальный для общества в целом, – Гуров чуть помедлил и добавил: – Просто у нас власти чуть больше, потому глупость светится ярче.

– И чего вы не уходите?

– Из упрямства, да я больше ничего и делать не умею.

– Врете, вам сорок, можно сказать, молодой совсем. Сегодня человек с головой да еще с принципами прошлого века…

– Спасибо, Борис Андреевич, вы говорили с приятелем? – перебил Гуров.

Не мог Юдин привыкнуть к подчинению, бесила манера сыщика вести разговор и его убежденность в своем превосходстве.

– Я и не думал звонить, – ответил Юдин раздраженно, но вспомнил, что в кабинете стоит параллельный телефон. – Вы подслушивали?

– Ага. Каюсь, подслушивал, – Гуров искренне вздохнул. – Омерзительно, только я подслушивал не вас. Аппарат долго тренькал, потом звякнул междугородный, каков результат?

– Он вылетит завтра утром, к полудню будет здесь и позвонит. Оказалось, что он о вас знает, потому и согласился.

– Кто-то сказал: человек половину жизни работает на имя, затем имя работает на него. Возможно, мне придется у вас переночевать. Не возражаете?

– Пошли вы к черту! Вас мое мнение абсолютно не интересует!

– Не адекватно вы ко мне относитесь, Борис Андреевич: если бы я вас не ценил, то не просил бы приехать и сейчас бы меня здесь не было.

– Ладно, ладно, – миролюбиво, даже смущенно пробормотал Юдин. – Мы, словно мальчишки, препираемся. Чувствую, вы крепко насолили местным властям. Не мне вас учить, сами отлично знаете, область на местах самолюбива, местная милиция еще дальше от закона, чем московская. Вы своими званиями не обольщайтесь, поберегитесь.

– Спасибо, Борис Андреевич, – Гуров поклонился, понял, что получилось по-шутовски, с издевкой, подошел к Юдину, взял за плечи. – Самая искренняя благодарность. Не за предупреждение, за работу.

Юдин смутился, ответить не успел, зазвонил телефон.

– Слушаю, – ответил Юдин, помолчал, продолжал раздраженно. – Не понимаю, почему Льва Ивановича ищут именно у меня? Так, так, к сожалению, ничем не могу помочь. Хорошо, минуточку, – он бросил быстрый взгляд на Гурова, достал авторучку, хотел записать, но не нашел на чем, вытянул из кармана денежную купюру, – диктуйте, увижу, передам обязательно.

– Неужели кого еще? – пробормотал Гуров, подошел, взял у Юдина тысячерублевую ассигнацию, взглянул на запись, вернул. – Я знаю этот номер.

– Все вы знаете, – Юдин сунул деньги Гурову в карман. – Возьмите на память. Значит, так: трижды звонила Москва. Вас срочно требуют по этому номеру.

– Этот человек зря не требует. – Гуров взглянул на часы. – Придется звонить. Только разговор закажете вы, когда соединят, начнете говорить, я подключусь с другого аппарата, тогда положите трубку.

Юдин хотел было снова возмутиться, лишь махнул рукой, соединился с междугородной. Телефонистка ответила, что предупреждена, можно не вешать трубку. Москва будет немедленно. Гуров взлетел на второй этаж. Когда связь установилась, сыщик услышал ровный с хрипотцой голос:

– Орлов слушает.