Чужие интересы. Окталогия (СИ) - Шебалин Дмитрий Васильевич - Страница 538

Но что если мир изменится? Что если не станет самого Императора, приглядывающего за всеми сверху. В чьи руки уйдёт власть? Империя огромна и давно поделена между горсткой Домов, конкурирующих между собой. Их власть зиждется на личностях и лидерах. Стоит их устранить, и осиротевшая страна станет куда податливее для её передела.

Но тщательно спланированная попытка не удалась. Более того, Император сумел воспользоваться её провалом и ещё прочнее сжать в своём кулаке власть. Рано или поздно нити приведут его к Деневиль, и тогда её настигнет кара. Не помогут ни крошки, рассыпанные ею и ведущие по ложному следу, ни прикрытие свадьбой собственного сына. Это лишь вопрос времени. Что ж, она знала, на что идёт. И ступив на эту тропу, нужно идти по ней до конца, не оглядываясь назад.

Даже неудача с покушением на цвет имперской аристократии позволила Деневиль заслужить доверие ковена, который поручил ей очередное задание. И роковой день наконец‑то настал. Как и было обещано, она получила сигнал, чтобы начать действовать. Авангард армии хетов уже ищет наиболее удобные пути, чтобы провести к дворцу основное войско – десятки тысяч марширующих солдат, волной накатывающих с юго‑запада. Об их появлении дозорные на башнях дали сигнал ещё утром, так что в городе вот‑вот начнутся ожесточённые бои. Нужно лишь помочь захватчикам пройти верной дорогой, выведя при этом своих людей из‑под удара. Чьей бы победой не закончилась битва за Трием, но обе армии будут разгромлены. Хеты не смогут продолжить вторжение, а имперские войска – удержать все ранее подконтрольные Императору территории. Фельс с его непокорными северянами заполыхает первым. Другие сильные игроки поспешат отхватить себе кусок пожирнее, чтобы потом ни с кем им не делиться. И самый большой достанется дому Деневиль. Вся западная провинция перейдёт под её контроль, и это будет началом для появления нового государства на карте. И править она им будет долго. Ведь ковен обещает ей то, чего не смог сделать даже сам мастер‑лекарь.

Осталось только устранить двух человек, способных помешать её замыслу. Двух сильнейших магов Империи. И самой ей это сделать будет не под силу. Зато она может помочь устроить их встречу с тем, кто не будет считаться с их статусом. Отрёкшийся пришёл в этот мир. И он жаждет уничтожить тех, кто посмел предать Его забвению, и тех, кто стоит на его пути.

Если её выбор стороны окажется верным, то она получит всё, что хотела. А если нет… Что ж, не только в Греше играют в Игру, где на кон ставят исключительно собственную жизнь.

Мысли оборвал стук в дверь её кабинета. Почти все слуги покинули поместье, спасаясь от ужасов пришедшей в столицу войны. Но сама она свои последние часы перед сражением проводила именно здесь.

– Вы хотели меня видеть, госпожа Деневиль? – спросил вошедший внутрь Дунвест.

– Мы здесь одни. Поэтому не нужно этих пиететов.

– Как прикажете, госпожа.

– Прекрати! Я же сказала, не нужно. Я позвала тебя сюда не как наёмника из этого вашего отряда, и даже не как закатного рыцаря. Ты здесь, как отец Рейна.

– И кому я обязан тем, что ты об этом вдруг вспомнила?

Деневиль на колкость не ответила. Вместо этого она встала из‑за стола и подошла к окну.

– Совсем скоро Трием превратится в пылающий град, залитый кровью. Нас всего 15 тысяч, а хетов и их союзников втрое больше.

– Мазай удержал Фельс, когда перевес на стороне врага был кратно выше, – не без гордости заметил рыцарь. – Это не безнадёжный бой.

– Я знаю, – не стала спорить она. – И всё же риск слишком велик. Я хочу, чтобы ты забрал нашего мальчика и покинул Трием. Отсутствие двух мечников не отразится на общем исходе сражения. Но так я смогу сражаться с большей отдачей и вести своих людей в бой без страха.

– Рейн – не мальчик. Он мужчина, не единожды доказавший свою решимость в бою. Как он возглавит твой дом, если будет отсиживаться под твоей юбкой? Он должен доказать себе и твоим людям, что достоин править ими, когда тебя не станет.

– Мужицкие речи, за которыми нет ни капли желания заглянуть хоть немного наперёд. Что будет, если мы оба  погибнем?

– Меня не интересует судьба твоего дома. Я лишь забочусь о своём сыне, который большую часть своей жизни провёл со мной. Я учил его другому, и менять свои принципы не намерен.

– Ты не понимаешь, – раздражённо бросила Деневиль и развернулась к гостю. – Рейну грозит опасность. Не только от врагов внешних, но и здесь, внутри Империи. Блурвель давно хочет забрать наш дом себе. Он устал ждать моего согласия и как никто заинтересован в нашей смерти. Война же – прекрасное прикрытие для его замыслов. Людям свойственно на ней умирать.

– Тогда он не получит ничего, – не согласился рыцарь. – У него нет и не было на это законных прав. Это ясно даже такому простому мужику, как я.

– Ты ошибаешься. Устроенная им свадьба Рейна и Ерины – не просто блажь. Устранив нас, он просто возьмёт себе вдову Рейна в жёны. И Император его поддержит. Всегда поддерживал. Просто поверь мне! Я хочу, чтобы ты увёз Рейна подальше отсюда. Если всё закончится для меня хорошо, ты поймёшь это. И тогда привезёшь мне сына обратно. Более того, сможешь остаться со мной. Навсегда. Слышишь? Ведь ты, как и я, так и не нашёл себе кого‑то ещё. Я это знаю. Как и то, что это вряд ли уже изменится.

– Деневиль… Это невозможно. Наш статус…

– Просто доверься мне. Я сделаю всё, чтобы сломать эти барьеры. Но если я потерплю неудачу… если я умру, то помоги нашему сыну выжить и забрать себе то, что ему принадлежит по праву. Обещай мне.

Дунвест молчал. Его мужественное и ещё не старое лицо отчего‑то посерело. Будто он услышал горькую правду или то, чего по‑настоящему боялся. Не такой реакции она ожидала.

– Выходит, Хески оказался прав, – с горечью в голосе сказал он. – Ты продалась ковену.

На секунду Деневиль опешила, её мысли сбились. Её раскрыли⁈ Мастер‑лекарь обо всём в курсе? Но тогда почему ещё ничего не предпринял? Однако прямо сейчас нужно убедить не его, а Дунвеста.

– Послушай, Блурвель уже не тот наш друг Хески, с которым мы когда‑то познакомились в Угрюмой. Его больше нет. Вместо него нам приходится иметь дело с карающей дланью Императора. И они оба не оставляют мне выбора. Я должна обезопасить нашего сына. Верь мне!

– Это приказ?

– Да что с тобой такое? Просто забери Рейна и увези его из города. Вернись с ним в Закатное королевство и выжди там немного. Разве я о многом тебя прошу?

– Я люблю нашего сына уж точно не меньше твоего. И тоже готов ради него на многое. Но я вижу лишь один способ избавить его от грехов собственных родителей. Твоё предательство должно умереть вместе с тобой, Дени.

– Что? Ты не посмеешь. И не сможешь.

Атаковали они одновременно. Понадеявшаяся на свой пассивный «щит» Деневиль постаралась не наделать много шума. Выскочившие из её руки силовые щупальца с острыми как шило жалами под разными углами атаковали не одевшего доспех рыцаря. В три шага и в три удара мастер‑мечник разрубил почти все из них, после чего вонзил свой меч в сердце женщины.

«Как же он быстр», – мелькнуло в её голове. – «Как же он…»

Энергия вплавленных в меч жертвенных камней пробила щит волшебницы и оборвала её жизнь. Последним, что она увидела, были слёзы в его глазах.

Приготовления были завершены, и Рейн в сопровождении капитана гвардии и отказавшегося уезжать дворецкого поспешил к матери доложить об этом. Он уже не был тем юнцом, мечтающим о подвигах, а потому грядущее сражение наполняло его смешанным чувством страха, тревоги и азарта. Однако он был готов встать на защиту этого города, как и весь их род.

Дверь кабинета он открыл без стука.

– Госпожа, войска собраны, мы готовы выступать на позиции… Отец? Что ты здесь…

Дунвест молча направил на единственного наследника рода свой окровавленный клинок. Тот потускнел и выглядел бледной тенью, но без сомнения это был он – лучший меч его отца.