Прятки (ЛП) - Уиллоу Диксон - Страница 37

Судя по рисунку следа, он резко повернул направо, и, учитывая, как далеко он находится от следующего видимого следа, я готов поспорить, что он прыгнул, чтобы снова сбить меня с толку.

Я следую по его следам примерно двадцать футов, а затем снова теряю их. Я просто оглядываюсь в поисках чего-нибудь, что могло бы показать мне, в какую сторону он пошел, когда мое внимание привлекает тихий звук.

Дыхание. Оно слабое и приглушенное, но это определенно он. И он близко.

Я опускаюсь на одно колено и делаю вид, что изучаю землю перед собой, пытаясь определить, откуда доносится дыхание. Сразу слева от меня находится большая группа небольших валунов, но инстинкт подсказывает мне, что его там нет. Это слишком очевидно.

Я не был уверен, насколько сложно будет найти Майлза, когда мы впервые играли в эту игру, но был приятно удивлен. Большинство учеников этой школы не смогли бы найти дорогу через лес даже с письменными инструкциями и четко обозначенной тропой, но Майлз — другой. Он вырос рядом с лесом и, судя по тому, как он легко ускользал от меня и как легко нашел кампус, когда я дал ему единственную подсказку — показав ему на север, он явно проводил там много времени.

Теперь, когда я знаю его сильные стороны, я могу выяснить его слабые стороны и использовать и то, и другое против него.

Я делаю вид, что закончил осматривать отпечаток, и встаю, обращая внимание на поваленное дерево справа от меня. Само по себе бревно недостаточно большое, чтобы дать ему надлежащее укрытие, даже если он лежит, но основание отломанного ствола достаточно большое, чтобы за ним мог присесть взрослый мужчина.

Вместо того, чтобы идти прямо к стволу, я иду в противоположном направлении, пока не буду уверен, что меня не видно, затем возвращаюсь назад, делая широкий круг, чтобы оказаться за стволом дерева, когда я вернусь к нему.

Все мое тело уже напряжено, когда я вижу Майлза, притаившегося за пнем. Я замедляю шаг, чтобы мои шаги были бесшумными.

Он совершенно не замечает моего присутствия, когда осторожно встает, стоя ко мне спиной и поворачивая голову во все стороны, кроме той, которая находится прямо за ним.

Я нахожусь менее чем в полутора метрах от него, когда он наконец оглядывается через плечо. Его глаза расширяются от удивления, но он быстро приходит в себя и убегает.

Я бегу следом, не напрягаясь, сосредоточившись на нем, пока он пытается уйти от меня. Он одет во все черное, как и я, но его светло-каштановые волосы блестят в тусклом свете, как ореол, помогая мне не терять его из виду.

Моя кровь бурлит, и все мое тело заряжено электричеством. Темная энергия пронизывает меня, сильнее, чем в прошлый раз, когда мы играли. Все мои чувства обострены, и я слышу, как моя кровь шумит в венах под легким стуком моих шагов по земле.

Майлз делает еще один резкий поворот и бежит к густо заросшему деревьями месту, исчезая в его темных глубинах.

Я следую за ним с улыбкой на губах. Знает ли он о хижине и поэтому решил бежать в эту сторону?

Хруст ветки привлекает мое внимание слева, и я замедляю шаг. Слева раздается еще один хруст, затем звук камня, скользящего по лесной подстилке, перемещающегося слева направо и исчезающего в темноте.

Вместо того, чтобы пойти направо, я резко поворачиваю налево. Это не был кто-то, кто случайно пнул камень или сбил его с места, бежав мимо. Майлз либо бросил его, либо специально пнул в противоположном направлении, чтобы сбить меня с толку.

Это заставляет меня улыбнуться. Он не сдается так легко и не собирается сдаваться.

Игнорируя его попытку сбить меня со следа, я сосредоточиваюсь на окружающей обстановке и прислушиваюсь к любым признакам его присутствия.

Они слабые, но я слышу эхо его шагов впереди меня. Он все еще бежит в направлении хижины, и я следую за ним, снова перейдя на легкий бег. Я больше не слышу его и не вижу из-за быстро темнеющего неба и тихого стука моих собственных шагов, но небольшие следы на лесной почве и случайные сломанные ветки и разорванные листья от кого-то, пробегавшего мимо, указывают мне правильное направление.

Примерно в пятидесяти футах от хижины волосы на затылке у меня встают дыбом, и я чувствую, что за мной наблюдают. Вместо того, чтобы резко обернуться, чтобы посмотреть, есть ли он позади меня, я замедляю шаг, пока не начинаю идти неторопливым темпом.

Я не слышу его, но знаю, что он там. Чтобы не дать ему понять, что я его заметил, я приседаю рядом с обнаженным корнем дерева и несколько раз тыкаю в землю, как будто я что-то делаю, а не просто пытаюсь выглядеть так, будто я что-то делаю.

Я незаметно поворачиваю голову и оглядываюсь. Что-то темное мелькает на фоне и исчезает за большим деревом.

Попался.

На этот раз я не играю в игры и вскакиваю, сразу же бросаясь бежать со всех ног. Я, может, и не бегун на длинные дистанции, как Майлз, и у меня нет и близко такой выносливости, как у него, но я занимаюсь скоростными тренировками с тех пор, как начал заниматься спортом, и я чертовски быстр на короткие дистанции, когда хочу.

Майлз даже не пытается продолжать прятаться и издает небольшой визг удивления, выскакивая из-за дерева, но его нога поскальзывается на выступающем камне, и он спотыкается. Те несколько секунд, которые ему нужны, чтобы восстановить равновесие, — все, что мне нужно, чтобы догнать его.

Глаза Майлза широко раскрыты, когда я приближаюсь к нему, но под его шоком скрывается огонь, который разгорается, когда я хватаю его за руку. Он сразу же вырывается и вырывает руку из моего захвата.

Я улыбаюсь, когда он снова убегает, но на этот раз я иду по пятам, так как он вынужден замедлить темп из-за скользкой поверхности под его кроссовками. Походные ботинки, которые я ношу, не предназначены для бега, но они имеют невероятное сцепление с поверхностью, и я могу не отставать от него, когда он пытается убежать.

Кровь бурлит в моих венах, а сердце колотится в груди, пока я гонюсь за ним. Он находится вне досягаемости, но это не имеет значения. Погоня — это такая же часть игры, как и поимка, и каждый испуганный взгляд, который он бросает через плечо, усиливает мое возбуждение. То же самое, что и крики удивления, и вздохи страха, которые он издает, когда видит, что я все еще прямо за ним.

Солнце уже почти зашло, и в лесу темно. Земля плохо различима, и Майлз вынужден снова замедлить бег, когда один из его кроссовок скользит по длинному, зазубренному камню и едва не заставляет его упасть.

Это все, что мне нужно, чтобы сократить расстояние, между нами, и я обхватываю его за талию, когда он пытается, но не может ускользнуть от меня.

Его крик пронизан страхом, когда я впиваюсь пятками в землю и резко останавливаюсь. Он спотыкается и падает вперед, но я держу его, чтобы он не упал лицом вниз. Внезапный импульс назад заставляет его врезаться в меня, но я обхватываю его руками и поднимаю с земли, чтобы мы не упали на лесную подстилку.

— Э-э-э! — кричит он и хватается за мои руки, держась за них, вместо того чтобы пытаться их оттолкнуть.

Используя вес его тела в качестве противовеса, я разворачиваю его так, что он оказывается между мной и большим деревом.

— О, черт, — задыхается он, когда его ноги касаются земли.

Я отпускаю его и слегка подталкиваю его в спину грудью.

— Блядь, — рычит он, падая на дерево с такой силой, что ему приходится поднять руки, чтобы не врезаться в него.

Я бросаюсь на его спину и прижимаю его к дереву своим телом.

Он сразу же начинает извиваться, отчаянно пытаясь вырваться из-под меня. Мягкие стоны и тяжелые вздохи, которые он издает, когда толкается в дерево и отталкивается от меня, чертовски возбуждают. Он не сдерживается, но я в выгодном положении и использую свою силу, чтобы прижать его к дереву, пока он не выдыхается и не опускается на него с криком поражения.

Мы оба тяжело дышим, и я наклоняюсь ближе и прижимаюсь губами к его уху.

— Попался.

Глава пятнадцатая