Песнь Теней и Звёздного света (ЛП) - Готье Морган - Страница 17

— Что с вами двумя случилось? — Никс вскакивает на ноги, приглашая меня сесть поближе к огню, чтобы согреться. — Я проснулся и увидел, что вас нет.

— Кажется, мы слышали крик Шэй, — вмешивается Эрис, её расчётливый взгляд мечется между мной и Атласом в поисках ответов.

— У нас была небольшая стычка со стаей Пожирателей Душ, — небрежно говорит Атлас, плюхаясь на свой спальный мешок.

— Пожирателей Душ? — Никс широко раскрывает глаза. — Где они сейчас?

— Если повезёт, то на дне озера, — бормочет Атлас, лёжа на спине и прикрыв глаза предплечьем.

— Как ты можешь спать, зная, что Пожиратели идут по нашему следу? — хмурится Эрис, пиная ботинок Атласа. — Убить Пожирателя Душ непросто.

— Как вы их убиваете? — спрашиваю я, но, похоже, никто не хочет отвечать. — Почему все так на меня смотрят?

— Единственный, кто способен убивать Пожирателей Душ — это Энвер Сол, Отец Света, — Финн наконец отрывает взгляд от костра, который методично помешивал. — Двадцать два года назад Дрогон, король Подземного мира, поднял армию Пожирателей Душ, демонов и тварей из бездны, намереваясь поработить и покорить народы Шести Королевств Далерина. Смертное оружие оказалось бессильно против демонической армии, и одно за другим королевства были захвачены.

— Что случилось потом? — я сажусь на свой спальный мешок напротив Финна.

— Говорят, что Энвер Сол благословил смертное оружие своей святой магией, и благодаря этому люди смогли дать последний бой Дрогону. Энвер Сол возглавил объединённую армию Далерина и встретился с Дрогоном лицом к лицу в Долине Смерти, у подножия Горного королевства Дурн. Их поединок до сих пор вспоминают воины, сражавшиеся на передовой. Когда Энвер Сол победил Дрогона, он изгнал демоническую армию обратно в Подземный мир и запечатал портал, навсегда заточив их там.

— Значит, если мы найдём Энвера Сола и попросим его о помощи, он поможет нам победить оставшихся Пожирателей Душ? — спрашиваю я, но Финн качает головой, протирая очки.

— В этом-то и загвоздка. Пожиратели Душ используют человеческие тела в качестве оболочек и могут покидать их, переходя в новые, что делает их трудноуловимыми. Неизвестно, сколько из них уцелело после войны и до сих пор скрывается в нашем мире. Но даже если бы мы смогли отследить всех до единого, Энвер Сол нам бы не помог.

— Почему? Он мёртв? — настаиваю я.

— Нет, — Финн надевает очки. — Когда он закрыл портал в Подземный мир, это также означало закрытие портала в Орабелль — обитель Целестиалов. Теперь он больше не может свободно ходить среди нас в мире смертных.

— А где теперь эти порталы? — я закутываюсь в одеяло, словно в кокон. Слушать, как Финн рассказывает эту историю, напоминает мне о том, как отец читал мне сказки на ночь, когда мне было страшно. Мысль о том, что Гаррен Китарни, возможно, не мой отец, словно удар под дых.

— Никто не знает, где находятся порталы. После того как Сол закрыл их, они исчезли.

— Ну а как их открыть? Должен же быть способ…

— Энвер Сол запечатал их своей кровью, своей магией, — Финн вытягивает ноги вперёд и скрещивает руки на груди. — Только он или кто-то из его потомков может открыть порталы. Но этого никогда не произойдёт. У Энвера Сола нет наследников, а если они и были, то застряли вместе с ним в Орабелле.

— Но у меня есть магия света, — замечаю я.

В этот момент я вспоминаю, как Веспер смотрела на меня — будто я ответ на древнюю загадку. Если она и её Пожиратели Душ ищут способ освободить своего повелителя, возможно, она думает, что я — ключ к открытию портала в Подземный мир. А это значит, что я в куда большей опасности, а вовсе не «посылка» для Бастиана.

— Вот почему я нужна Веспер?

— Веспер никак не могла знать о твоей магии до того, как ты её применила, — качает головой Атлас. — Но теперь… Она не остановится ни перед чем, чтобы заполучить тебя.

— Но даже если бы она использовала мою кровь, чтобы попытаться открыть портал, это бы не сработало. Я не потомок Энвера Сола.

— Мы не уверены, кто ты такая, — Финн смотрит на меня, будто пытается что-то понять. — У тебя черты ледяного эльфа, но уши человеческие, редкая магия Отца Света, и ты — наследница мидорианского трона. По логике, тебя вообще не должно существовать.

— И ещё один вопрос, — вмешивается Никс, — если Бастиан послал за тобой Пожирателей Душ, что он знает о Дрогоне и порталах?

— Может, поэтому он и мог пользоваться магией, а в Мидори об этом никто не знал, — добавляет Эрис, вызывая у меня недовольную гримасу. — Если его личные стражи — Пожиратели Душ, то они бы хранили его способность к превращениям в тайне.

— А если они путешествуют с ним, грабя деревни и города по пути, — подхватывает Никс, — значит, они что-то ищут.

— Или кого-то, — глаза Атласа встречаются с моими, и у меня по спине пробегает неприятный холодок.

Я не хочу верить в этот бред про Бастиана. Тот Бастиан, которого я знаю, никогда бы не стал замышлять освобождение короля Подземного мира, чтобы захватить Далерин — особенно после того, как бо̀льшую часть своей жизни он посвятил установлению мира в Шести Королевствах. Но тот факт, что он послал за мной Пожирателей Душ, вызывает у меня тревогу.

Я вспоминаю личную стражу Бастиана — элитный отряд, отобранный лично моим женихом. Они носят золотые маски с узкими прорезями для глаз. Мне никогда не нравились эти маски — пугающие, по-настоящему зловещие. Я думала, что Бастиан придумал их, чтобы его воины отличались от солдат мидорианской армии. Но что, если он заказал эти маски, чтобы скрыть алые глаза Пожирателей?

Внезапно мне становится очень трудно дышать.

— Ты намекаешь, что Бастиан пытается найти способ освободить Дрогона из Подземного мира? — ненавижу, что мой голос дрожит, но я сдерживаю слёзы.

Никс, сидящий рядом со мной, хватает меня за руку и сжимает её.

— Если это так, то он сделает всё, что в его силах, чтобы вернуть тебя в Мидори. А мы сделаем всё, чтобы этого не допустить.

— Как нам узнать, кто я такая? — спрашиваю я.

— Нам? — ухмыляется Атлас, встречаясь с моим раздражённым взглядом.

— Да, нам, — шиплю я. — Это ты похитил меня, запустив весь этот кошмар. Если я не настоящая мидорианка, тогда кто я? Почему у меня редкая магия, принадлежащая только Целестиалам? Почему у меня черты ледяного эльфа, но нет магии льда? Почему у Бастиана в подчинении Пожиратели Душ? Как они так быстро меня нашли? — я обвожу взглядом сидящих у костра членов этой разношёрстной компании. — У вас же наверняка есть кто-то, кто может дать нам ответы.

— Калмара, — говорит Финн.

— Кто такая Калмара?

— Калмара — это самая большая библиотека в известном мире, — отвечает он. — Там хранятся книги и свитки по всем темам, какие только можно себе представить. Учёные, работающие там — наш лучший шанс разобраться во всём этом.

— Но это значит, — Атлас медленно выпрямляется, глядя мне в глаза, — что тебе придётся отправиться в Троновию за ответами.

Я закатываю глаза.

— Разве я уже не была на пути туда?

— Неохотно, — говорит он с волчьей ухмылкой. — Если ты хочешь, чтобы мы помогли тебе найти ответы на все вопросы и обучили тебя управлять своей магией, тогда никаких побегов. Больше никаких попыток сбежать. И никаких вылазок в одиночку.

— Звучит так, будто ты хочешь, чтобы я пообещала вести себя хорошо, — я скрещиваю руки на груди, а он пожимает плечами.

— Что-то вроде того.

— Ладно, — киваю я, и это, похоже, удивляет Атласа. — Я обещаю добровольно отправиться с вами в Троновию, если ты согласишься, чтобы Никс обучал меня рукопашному бою.

Атлас смотрит на меня с прищуром и плотно сжатыми губами, а Никс расхохотавшись хлопает себя по колену.

— Если эти Пожиратели Душ снова нападут на нас, я хочу суметь защитить себя, — продолжаю я, стараясь убедить его. — Посмотри, что случилось сегодня, Атлас. Если бы я умела обращаться с оружием, то смогла бы хоть как-то помочь.