Песнь Теней и Звёздного света (ЛП) - Готье Морган - Страница 56

— Доброе утро, соня, — улыбается Никс и машет мне рукой, приглашая присесть. — Мы как раз собирались тебя разбудить к завтраку.

Я заставляю себя улыбнуться в ответ, хоть нервы и берут верх.

— Доброе утро.

Все сидят на тех же местах, что и вчера вечером, так что я воспринимаю это как сигнал занять своё рядом с Атласом, где уже накрыто для меня. Когда я прохожу мимо, Атлас встаёт и отодвигает для меня стул, мягко придвигая его обратно, как только я сажусь.

— Спасибо, — наши взгляды встречаются, когда он садится рядом.

— Не за что, — он подносит кружку кофе к губам и сдувает пар.

— Как спалось? — спрашивает Эрис с противоположной стороны стола, привлекая моё внимание.

— Хорошо, — лгу я.

— То есть, ты хочешь сказать… — Никс накладывает мне щедрую порцию яичницы, — что глаз не сомкнула.

— Если она не спала, то, скорее всего, из-за храпа Ронана, — хихикает Эрис, хрустя толстым ломтем бекона.

Никс указывает на неё пальцем:

— Точно! Рон не давал тебе спать всю ночь, Китарни? — подмигивает он, в голосе слышатся насмешка и лёгкий подтекст.

— Возможно, всё дело в том, что Атлас всю ночь расхаживал по своей комнате, как дикий зверь в клетке, — вмешивается Финн, получая за это злобный взгляд исподлобья от своего старшего брата.

— Обещаю, я спала прекрасно, — я удваиваю ложь, упрямо избегая взгляда кого-либо из них. Вместо этого намазываю масло на хлеб и начинаю рвать его на кусочки, запихивая в рот вместе со своей ложью.

— Я рад, что ты хорошо выспалась, — протяжно произносит Атлас, и его бархатный голос вынуждает меня посмотреть на него. Его пальцы обводят край кофейной кружки, но всё его внимание сосредоточено только на мне. — Если бы я оказался на твоём месте — в стане врагов, накануне встречи с вражеским королём, — я бы нервничал. Возможно, даже не сомкнул бы глаз, перебирая в голове десятки вопросов без ответов.

Мы несколько секунд молча смотрим друг на друга, пока он не добавляет:

— Некоторые даже могут часами метаться по комнате, не в силах успокоить разум.

Если бы я не спросила его в Баве, умеет ли он читать мысли, я бы точно решила, что у него есть этот дар. Это лишь доказывает, насколько он наблюдателен. Я чувствую, что он видит меня. Чувствую себя почти раздетой догола, вынужденной обнажить все свои страхи и неуверенность — и вот он, не выдавая меня перед остальными, успокаивает одним лишь намёком. По-своему, он протягивает мне руку, давая понять, что всё будет хорошо.

На мгновение на меня накатывает чувство покоя, но нашу безмолвную связь разрывают громкие, неуклюжие шаги. Я перевожу взгляд с Атласа на Ронана, спускающегося по лестнице. Его волосы растрёпаны, глаза налиты кровью, а рубашка расстёгнута до самого низа, открывая загорелую грудь с татуировками и рельефом мышц.

— Доброе утро, всем, — Ронан хрустит шеей из стороны в сторону, а потом пританцовывая садится на стул рядом со мной.

— Доброе утро, — я натягиваю сдержанную улыбку, хотя он, похоже, меня не замечает. Наблюдаю, как он плюхается на место, хватает булочку и откусывает большой кусок.

— Ты произвёл сильное первое впечатление вчера, Рон, — мурлычет Никс, толкая кузена локтем в бок.

— Не могли бы вы, пожалуйста, не кричать? — Ронан потирает вискѝ круговыми движениями, хотя Никс и близко не повышал голос. — Я больше никогда не буду пить, — стонет он, хватается за холодный стакан с апельсиновым соком и прижимает его ко лбу.

— Ты говоришь это каждое утро, когда просыпаешься с похмельем, — замечает Финн, откидываясь на спинку стула и делая глоток кофе.

— Казалось бы, я уже должен был научиться на своих ошибках, но, видимо, наша семья слишком упряма, чтобы идти лёгким путём, — Ронан наконец поворачивается ко мне полностью, и его челюсть отпадает, будто он впервые меня замечает. Глаза расширяются от ужаса, и я понимаю, что в его голове проносится всё, что произошло прошлой ночью. — Принцесса Илария?

— Принц Ронан.

Он хлопает ладонью по пылающей щеке:

— Я думал, всё это был странный сон. Прошу прощения, если мои слова или поведение вас чем-то оскорби…

Я накрываю его руку своей и дважды похлопываю:

— Уверяю вас, я нисколько не обиделась, — я убираю руку. — К тому же, я успела проникнуться чувством юмора ваших кузенов, пока мы пробирались через Баву.

Удивление затуманивает его взгляд, но затем он широко улыбается:

— Слава звёздам! А то я бы никогда не услышал конца, если бы вы рассказали моему отцу о вчерашнем.

— Тогда это будет нашим маленьким секретом, — улыбаюсь я, заворожённая его гипнотизирующими карими глазами. — Боюсь только, мой внешний вид может оскорбить вашего отца. У меня нет ничего действительно подходящего для такой встречи.

Ронан отмахивается и фыркает, закидывая руку за спинку моего стула:

— Моя дорогая, вы — само воплощение красоты. Мой отец будет настолько очарован вами, что вы можете надеть хоть мешок из-под картошки и ему будет всё равно.

Я чувствую, как ноги Атласа слегка шевелятся, но продолжаю смотреть на Ронана:

— Вы слишком добры.

— Когда я впервые встретила короля Сорена, — вмешивается Эрис с ободряющей улыбкой, — я провела почти пять дней на корабле и даже не успела как следует помыться перед тем, как меня к нему привели. Обещаю, всё будет хорошо.

Похоже, королю Сорену не впервой встречать иностранную принцессу, оказавшуюся в Троновии по тревожной причине. Он принял Эрис с распростёртыми объятиями и даровал ей амнистию, но взамен она отреклась от своего титула и гражданства, выбрав свободу и жизнь среди троновианцев.

Если бы мне предложили то же — присягнуть Троновии и отказаться от права на Мидори — я не уверена, что сделала бы такой выбор. В отличие от Эрис, я не бегу от жестокого мужа. Я не избегаю родителей, проигнорировавших мои мольбы о помощи.

Но с другой стороны… не уверена, что быть обманутой и одурманенной теми, кому я доверяла, лучше, чем открытое и грубое предательство.

Я бросаю натянутую улыбку подруге и молча доедаю завтрак.

***

Финн и Эрис прощаются с нами и желают удачи, пока мы вчетвером усаживаемся в королевскую карету, которую прислал сам король. Атлас помогает мне забраться внутрь и садится рядом. Никс и Ронан занимают места напротив, их спины обращены в сторону движения. Никс стучит по потолку закрытого экипажа, давая знак кучеру, что мы готовы, и уже через секунду карета резко дёргается вперёд и мы начинаем путь по пологому склону, ведущему к дворцу в центре города.

Мы проезжаем по мостам над каналами, проносимся мимо аппетитных ресторанчиков, скользим вдоль ярких домиков, выстроенных в ряд. Наша дорога к Старнборо, или, как его называют мидорианцы, к Чёрному замку, проходит быстро. Интересное название для дворца, особенно если учесть, что мой дом в Мидори зовётся Золотым дворцом. Но, насколько я могу судить, замок вовсе не чёрный и даже не тёмный. Белоснежные шпили тянутся к небесам, покатая красная крыша контрастирует с тёплыми песочными стенами.

Нас встречает длинный, узкий мост, переброшенный через ленивую реку, который ведёт к арочной главной заставе. У подножия каменной стены стоят солдаты, а по верху ворот патрулируют стражники с арбалетами за спиной, готовые в любой момент сразить незваного гостя.

Проезжая за железные ворота, я вздрагиваю от звука цокота копыт по булыжной мостовой. Это лишь сильнее расшатывает мои и без того напряжённые нервы.

Что подумает обо мне король?

Даст ли он мне шанс объясниться, прежде чем бросит в тюрьму?

Чего он от меня хочет?

Стоит ли рассказать ему о своей магии?

А что, если он потребует присягнуть ему на верность, а я откажусь?

Я даже не осознаю, что грызу палец, пока Атлас не тянется, не берёт мою руку и не укладывает наши сцепленные пальцы себе на бедро. Я резко поворачиваю голову, чтобы встретиться с ним взглядом, но он смотрит прямо перед собой. Перевожу взгляд на Ронана и Никса — заметили ли они это? Принц глядит в окно, совершенно не обращая на нас внимания. А вот Никс, едва наши глаза встречаются, тут же расплывается в ухмылке. Его взгляд скользит от меня к нашим с Атласом рукам и обратно. Он поднимает брови в насмешливом жесте, но, к счастью, оставляет возможные комментарии при себе. Спасибо звёздам!