Одиночка - Пак Анастасия Владимировна - Страница 170

Только вот одного голого энтузиазма для такой задачи явно было маловато, это я понял сразу же, несмотря на свое хваленое звание Повелителя. И дело здесь было вовсе не в количестве Силы, а в необходимых навыках, которые у меня пока что хромали хоть уже и не на обе ноги, но на одну точно. А потому я довольно долгое время просто слепо шарил вокруг, напоминая самому себе новорожденного щенка, смешно и неловко тыкающегося носом во все предметы, попадающиеся ему на пути. Очень медленно и неохотно горячая волна зародилась где-то на уровне груди и стала не торопясь проникать в кровь, будто наполняя мои жилы огненной лавой. Отвратительное, ни с чем не сравнимое ощущение слабости и почти физической боли как-то слишком резко, неожиданно затуманило сознание. Обрывки воспоминаний закружились бешеным водоворотом, и я сам не понял, как оказалось так, что я сижу на полу и жадно хватаю ртом воздух, словно выброшенная на берег рыба. Стерев со лба испарину, я отнял руку от лица и вперился в нее взглядом. Рука была не моя, изящная, с длинными сильными пальцами лучника, а кожа – тонкая и слишком светлая. Не знаю, кем я стал, но эта рука точно не могла принадлежать духу.

Я медленно поднял голову.

Вскочивший со своего кресла Веланд ошарашено взирал на меня сверху вниз и губы его беззвучно шевелились. А впрочем, нет, это я вроде как на время оглох и полуослеп и потому не сразу разобрал его бормотание, суть которого сводилась к одному – защите от посторонних глаз, тонким слоем ложащейся на мой новый облик. Очень действенной, кстати сказать, защите, так называемого высшего уровня. Теперь чужие взгляды будут соскальзывать с меня, не оставляя в памяти никакого образа. Это все равно, что стать невидимкой.

Я вскочил на ноги и растерянно хлопнул ресницами. Веланд, да и все остальные, теперь казались мне куда выше, комната больше и шире, а кинжал на поясе – тяжелее.

– Зеркало, – потребовал я и поперхнулся, услышав свой голос – тонкий и звонкий, как у подростка.

Хенигас с издевательской улыбочкой на лице подвинулся, открывая до этого сокрытое его широкой спиной продолговатое, закругленное по краям зеркало, из которого на меня растерянно смотрел нескладный юнец с длинными и пушистыми как у девчонки ресницами, глазами, навевающими мысль о ночной зелени… и длинными, острыми ушками эльфа.

Челюсть у юнца предательски отвисла чуть ли не до колен.

– И это вот я? – высоким от негодования голосом спросил я непонятно у кого.

– А что, тебе идет, – усмехнулся Хенигас. – Надо только одежду поменять, а то как с чужого плеча.

– Эльф, – задумчиво проговорил Веланд. – Интересно.

– Да уж, – проворчал я себе под нос. – Еще как.

– А что, – с прищуром посмотрел он на меня, – это очень даже неплохо и вполне соответствует нашей задумке. Шеррай вряд ли заподозрит в тебе Арлина, скорее уж примет за посланника Севиала, а значит, не станет от тебя прятаться. И если все пойдет как надо, то и к самому лорду подобраться удобнее всего именно в этом облике. В конце концов эльфы всегда были его единственными верными друзьями.

– Прекрасно, – насмешливо протянул я. – Раз все довольны, не пора ли переходить к основной части нашего плана? Я отправляюсь в Темный замок.

– Постой, – остановил меня маг, нахмурив брови. – Измени одежду, ты ведь достаточно навидался эльфов, чтобы знать, как они пекутся о своем внешнем виде. Подгони все по фигуре.

– Запросто.

Небольшое магическое вмешательство – и я окинул себя придирчивым взглядом. Остался доволен. Одежда сидела как надо, уши стояли торчком, глаза слегка светились – словом, натуральный эльф, ни больше, ни меньше.

– Буду поздно, – насмешливо проинформировал я их. – Счастливо оставаться.

Хандил перебросил меня прямо в убежище Шеррая, спокойно миновав защитные капканы. В конце концов ставил-то их я, и хозяином они считали именно меня. Но это, однако, вовсе не исключало того, что древний маг уже в курсе, что к нему пожаловали незваные гости, да еще и с описанием их в придачу.

Энир прошел совсем близко от меня, что-то привычно бормоча себе под нос. Я замер, провожая его напряженным взглядом. Старый слуга в мгновение ока способен поднять тревогу, а лишние свидетели мне сейчас совершенно ни к чему.

Я тенью скользнул наверх, прямиком в покои Шеррая. Дверь была распахнута настежь, словно приглашая внутрь. Шеррай стоил лицом ко мне, уголки его губ кривились в легкой усмешке. Ну конечно, он ждал меня, как обычно с ледяным спокойствием на чуточку другом лице, нежели то, что осталось в моей памяти.

Шеррай обманул мои ожидания. Все опасения на его счет, жуткая боязнь непредвиденного оборота встречи сошли на нет. Он ожидал меня так спокойно, словно к нему каждый день шастали эльфы с весточками от лорда, причем подкрадывались совсем как я, тихо так, по-пластунски, поминутно выглядывая из-за угла, дабы не напороться на других обитателей замка.

Ничего не выражающие глаза смотрели будто сквозь меня, и я невольно поежился – создавалось ощущение, что маг видит мое истинное лицо за этой небрежно накинутой маской.

Я перестал таиться и уверенно пошел ему навстречу, и каждый шаг был как перелом, искажение наложенной памяти, чужих чувств. Во мне сейчас боролись два Арлина – один, верный ученик, для которого здесь каждый камень – родной, пропитанный уютным теплом воспоминаний, и другой – настоящий, вряд ли испытывающий и сотую долю тех чувств, что одолевают сейчас его иную часть.

Все оказалось так просто, что даже не верилось, и в глубине души напружинившейся спиралью шипела змея подозрения, выискивая подвох своими крохотными алыми глазками. Но магия замка безмолвствовала, окончательно запутавшись между двумя магами, в разное время подчинившими ее себе.

Шеррай молча выждал, когда я окажусь достаточно близко от него и лишь тогда нарушил тишину. Голос его, как и взгляд, лишенный всяческих эмоций, произнес ровно и буднично:

– Если Севиалу что-то от меня нужно, нет никакой нужды посылать посредника, так и передай ему, эльф. Но это в следующий раз, а сейчас говори, чего он хочет?

Я мягко притворил за собой дверь. Не руками, разумеется. Вообще в последнее время применял магию, совершенно не задумываясь, не замечая этого.