Разрушенная (ЛП) - Бишоп Энн - Страница 42

Я улыбаюсь.

Это именно то, что мне нужно.

Глава двадцать седьмая

Кэл

— Она ушла.

Моё сердце учащенно забилось при словах Уэса. Я смотрю на Келлана, который наблюдает за мной с обеспокоенным видом. Я крепче сжимаю телефон.

— Что?

— Она ушла, — повторяет Уэс мне в ухо. — Я ушел, чтобы принести ей немного еды, а когда вернулся, её общежитие было пустым. Она с вами, ребята?

— Я ничего о ней не слышал. Келлан, Ателия тебе писала?

Он покачал головой. С тех пор как мы вернулись с миссии по возвращению картины, мы оба слонялись по дому. Нам нужно было сделать домашнее задание, а также выспаться.

— От Келлана тоже нет вестей, — говорю я в телефон.

Уэс ругается.

— Как ты думаешь, куда она пошла?

— Да ладно, чувак. Она явно хочет, чтобы её оставили в покое.

— Ей больно, Кэл. Физически и эмоционально.

Я вздыхаю, не удивляясь, но всё равно раздражаясь. Конечно, Уэс не может её отпустить.

— Может, она поехала домой, — предлагает Келлан. — Последний день был для неё сущим адом, а у неё довольно хорошие отношения с родителями. Я бы так и поступил, наверное.

Я качаю головой.

— Это четыре часа езды. Она не стала бы делать это только для того, чтобы завтра вернуться на занятия.

— Мы должны найти её, — пробурчал Уэс.

— Она не хочет, чтобы мы это делали, — возражаю я.

— Мне всё равно! Она не может вот так убежать.

— Она уже большая девочка, — говорю я ему. — Она может о себе позаботиться.

И всё же в мою голову закрадывается беспокойство. Нет никакого определенного способа убедиться, что у неё не сломано ребро, не доставив её в больницу. Она отказалась это сделать, а я хотел уважать её, поэтому не стал настаивать. Но если ребро треснуло, это может привести к множеству проблем.

Она может умереть.

— Ателия умна, — говорю я, в основном чтобы успокоить себя. — Она будет осторожна.

— Мне это не нравится. — Уэс звучит расстроенным и озабоченным. Это ненормально для него.

— Я знаю, — говорю я спокойно, надеясь, что он действительно прислушается к тому, что я собираюсь сказать. — Но если мы хотим, чтобы она нас простила, мы должны уважать её границы. Ей нужно пространство, Уэс.

— Блядь. Блядь. Шар позвонила мне с заданием на вечер. Мы не можем выполнять его и искать Ателию.

— Ты меня не слушаешь. Оставь Ателию в покое.

— Кэл, я не могу. Я просто… я не могу.

— Можешь, — мягко говорю я ему, — и не похоже, что у тебя есть выбор. Дай ей немного времени, чтобы прийти в себя.

Звонок заканчивается, и я вздыхаю, набирая номер Ателии в своем телефоне. Я звоню ей, но она не берёт трубку, поэтому я набираю быстрое сообщение с инструкциями о том, как позаботиться о её ребрах. Отправив его, я тут же посылаю другое, с симптомами, указывающими на то, что ей необходимо как можно скорее обратиться за медицинской помощью.

Ателия не отвечает. Не то чтобы я ожидал этого. Мне просто нужно убедиться, что она знает, как позаботиться о своей травме.

— С ней все будет в порядке, — говорю я Келлану.

Он пожимает плечами.

— Я знаю это.

Мы оба беспокойно ходим по дому, пока не появляется Уэс. Я не был уверен, что он меня послушает, и думаю, Келлан тоже волновался, хотя и хорошо это скрывал.

Уэс даже не переступает порог дома. Он остается в прихожей и говорит:

— Парня, которого мы разыскиваем, зовут Майкл Хаксли. Он серийный убийца, который пробирается по восточному побережью, и мы отследили его до хижины в Бёрчвуд-Лейкс. Шар хочет, чтобы он был мертв к полуночи.

Без лишних вопросов Келлан направился к входной двери.

— Давайте сделаем это.

— Почему Шар сказала тебе, что он серийный убийца? — спрашиваю я.

Обычно она не говорит нам род занятий наших заказов.

— Сказала, что он опаснее, чем обычные ублюдки, за которыми она нас посылает.

Келлан положил руку на сердце.

— Шар заботится о нас? Я тронут.

Уэс закатывает глаза и выталкивает его за входную дверь. Он поворачивается ко мне, прежде чем последовать за ним.

— Мы будем искать Ателию, когда закончим. Мне не нравится не знать, где она.

— Ёбанный Христос, мужик, ты не можешь понять намёк?

— Нет, когда дело касается её. Она может смириться с этим.

Я собираюсь протестовать, но Уэс уже наполовину спустился со ступенек крыльца. Вздохнув, я хватаю ключи, запираю дверь и следую за парнями в гараж.

***

Поездка до хижины не занимает много времени, учитывая, что Бёрчвуд-Лейкс находится не так уж далеко от кампуса. Уже стемнело, но мы не беспокоимся о том, что нас кто-то увидит. В это время года здесь довольно пустынно.

Когда мы подъезжаем к хижине, я сужаю глаза. Уэс не сказал нам, что с Майклом кто-то будет, но на крыльце хижины сидят двое — мужчина и молодая женщина.

Слишком темно, чтобы хорошо видеть, но, похоже, что они смеются и пьют вместе. Что-то в женщине кажется знакомым, но я не могу разглядеть её достаточно хорошо.

Пока она не повернется к нам. Когда я слезаю с мотоцикла, на её лице появляется взгляд, который я видел сотни раз.

Какого хуя?

— Я же сказала тебе оставить меня в покое, — огрызается Ателия.

Уэс останавливается в нескольких футах от своего мотоцикла.

— Что ты здесь делаешь?

— О, не играй со мной в дурака. Мне нужно пространство, Уэс. Отвали.

Майкл стоит, нависая над Ателией. Его крупная фигура превосходит её, и это вызывает во мне волну беспокойства. Она не выглядит испуганной, так что я не думаю, что он держит её в заложниках — пока что.

Так вот как он поступает? Заманивает жертв в свой дом, а потом убивает их?

Блядь. Почему мне не пришло в голову спросить, каких людей обычно выбирает Майкл?

— Ателия, — спокойно говорит Келлан, — тебе нужно отойти от него.

— Ты не можешь указывать мне, что делать, — вырывается у неё.

— Кто эти ублюдки? — спрашивает Майкл. — Я могу заставить их уйти.

Ателия не перестает смотреть на нас. На её лице написано что-то ещё, не столь заметное, как гнев, но всё же присутствующее.

Предательство.

— Ателия, — говорю я. — Мы не…

— Пошел ты, Кэл. Просто уходи.

— Мы не можем этого сделать, — Уэс делает неуверенный шаг вперед. Его рука лежит на пистолете, который всё ещё спрятан под кожаной курткой. — Просто подойди сюда.

Майкл скрещивает руки, демонстрируя свои огромные, мускулистые руки.

— Ты её слышал. Отвали.

Голос Уэса твердый, но я не упускаю из виду нотки отчаяния.

— Ателия, пожалуйста.

Ателия сужает глаза при его словах. Уэсли Карвер не говорит «пожалуйста», и она это знает. Её глаза переходят на мои, прежде чем она делает маленький шаг к лестнице.

— Что происходит?

Майкл внимательно наблюдает за нами. Как только Ателия делает ещё один шаг, его взгляд останавливается на руке Уэса. Он должно быть быстро сообразил что к чему. За долю секунды он хватает Ателию и прижимает нож к её горлу.

Она вскрикивает, но не пытается бороться. Только не сейчас, когда лезвие грозит рассечь её кожу при малейшем движении.

Почти так же быстро, как Майкл схватил Ателию, мы выхватили пистолеты и направили на него. Он только смеется.

— Давай, стреляй. Только будь осторожен и не промахнись. Ты же не хочешь случайно застрелить не того человека.

Я крепко сжимаю пистолет, но не стреляю. Из нас троих Уэс целится лучше всех, но я слишком боюсь отвести взгляд от Ателии, чтобы посмотреть, выстрелит ли он.

Ателия осторожно прикасается к его руке.

— Майк, ты не должен…

— Заткнись, — огрызается он и оттаскивает её на шаг назад, внимательно наблюдая за нами. — Опусти чертово оружие. Нет смысла…

Одиночный, оглушительный выстрел эхом отражается от деревьев. Как только Майкл падает на пол, я засовываю свой пистолет в кобуру и бросаюсь к крыльцу.