Вторая жена господина Нордена. Книга 3 (СИ) - Лакруа Катя - Страница 57

Бессвязные воспоминания кружатся вокруг, сплетаясь в нити, которые я тщетно пытаюсь схватить, но каждый раз они ускользают, расплываясь.

— Поль, а давай встречаться?

Я поворачиваю голову и смотрю на того, кто это говорит. Парень… очень-очень знакомый… слегка, кажется, смущённый. У меня в душе расцветает радость. Он предлагает мне встречаться! А ведь мы не так давно знакомы… Антон. Да, точно, его зовут Антон. А я… Полина? Да нет же, меня зовут как-то иначе. Снова вспышка боли, а потом мы с тем же парнем бежим под ливнем, держась за руки, и хохочем…

— Ну, как она? — спросил совсем рядом низкий мужской голос, вырывая меня из воспоминаний.

— Вроде бы спит, но иногда начинает стонать и метаться, — ответил другой.

— Сейчас проверим, есть ли жар.

К моему виску прикоснулось что-то прохладное. Я снова дёрнулась и открыла глаза. Голову прострелила боль, и я со стоном зажмурилась.

— Элианна, — тихо позвал меня один из мужчин.

Я снова кое-как приоткрыла глаза и посмотрела по очереди на склонившихся надо мной собеседников. Оба длинноволосые и бородатые. Тоже смутно знакомые. У того, что слева, очень располагающий вид и добрые карие глаза. Он ниже ростом и слегка полноват. А вот второй, стоящий справа, выглядит пугающе. Вернее, он вполне привлекательный, но вот взгляд… совершенно безжизненный, и лицо какое-то застывшее. И он так внимательно на меня смотрит, будто в душу заглядывает… Стало страшно. Я уже где-то видела такие глаза и такой взгляд. Во всяком случае, пока металась ночью в бреду. Или это был не бред? И разве меня зовут Элианна?

— Элианна, вы что-нибудь помните? — поинтересовался тот, что прикладывал к моему виску какую-то штуковину.

— Не знаю, — пробормотала я. Звук собственного голоса больно отдался в висках.

Сероглазый присел на корточки рядом с кроватью, посмотрел на меня с каким-то отчаянием и прикрыл глаза. Я последовала его примеру: хоть в комнате и полутьма, но всё равно глаза режет.

— Так, температура тела слегка повышена, но не критично. Сейчас измерим давление.

Он взял меня за руку и закрепил на запястье ещё какую-то прохладную штуку. Врач, значит… Я лежала неподвижно, пытаясь вспомнить, кто эти люди. Я их точно знаю, и они вроде бы не опасны.

— Да не волнуйся ты так, Адриэн, — пробасил доктор. — Пока ещё рано о чём-то говорить, она только-только очнулась.

Адриэн… Адриэн… Вот, значит, как зовут того, второго, с потерянным взглядом… Да откуда же я его знаю?

— Давление тоже слегка повышенное, поэтому придётся сделать пару уколов, — сказал врач и загремел какими-то склянками. Я внутренне поёжилась. Кажется, меня уже недавно чем-то кололи. Сквозь мельтешение неясных образов я временами чувствовала противную боль в руке.

Второй мужчина тяжело вздохнул, но ничего не сказал. Я попыталась прислушаться к собственным ощущениям. Кажется, я очень хочу по маленькому. Но как сказать об этом незнакомым мужикам? Ну то есть… они вроде знакомые, и всё же… Может, попробовать встать?

Я кое-как открыла глаза и попыталась оторвать голову от подушки. Виски пронзила уже привычная волна боли, передо мной всё закружилось, и к горлу подступил противный ком. Я зажмурилась и упала обратно на подушку.

— Что такое? — тут же спросил сероглазый. — Вам что-то нужно?

А, ладно, не время сейчас разыгрывать скромность.

— В туалет, — просипела я. — Дойду сама, только помогите встать.

Мужчина не стал спорить, взял меня за руки и осторожно потянул на себя, поддерживая под спину. Голову снова сдавило, тошнота никуда не делась, но я, сцепив зубы, кое-как села на постели. По телу прошёл озноб: кажется, моя ночнушка вся мокрая от пота. Вцепившись в свободную руку мужчины, я попыталась встать, но ноги не держали. Если бы не адская боль, я бы точно расплакалась от досады. Однако пока сил хватает только на то, чтобы не опозориться перед малознакомыми людьми.

Я с трудом сползла с кровати, и мужчина, которого доктор назвал Адриэном, крепко обхватил меня за талию и почти потащил на себе к выходу из комнаты. Не знаю, где мы, но, надеюсь, туалет близко. К счастью, он и в самом деле оказался близко. Я кое-как ввалилась внутрь и обернулась к мужчине. Надеюсь, он не останется тут?

— Будьте осторожны, — сказал он и прикрыл за мной дверь.

Я первым делом кое-как опустилась на пол и склонилась над унитазом. Когда внутренности перестали выворачиваться наизнанку, я привалилась к нему спиной и попыталась прийти в себя. Что со мной вообще такое? Вроде бы всё сознаю, но никак не могу вспомнить, кто я и что случилось. Почему мне так плохо? Я чем-то болею? Ещё недавно у меня было смутное ощущение, что умираю.

В конце концов я всё-таки заставила себя встать. С трудом поднялась, вцепившись обеими руками в бортики унитаза и кое-как села. Быстро управившись с тем, за чем сюда, собственно, и шла изначально, с трудом поднялась на ноги. Нетвёрдым шагом подошла к раковине и включила воду. Наверное, здесь есть зубная щётка… Должна быть… «Господин Адриэн отвёл вам левую половину», — прозвучал в голове строгий женский голос. Открыв подвесной шкафчик, я посмотрела налево и протянула руку к стаканчику, из которого торчит зубная щётка. А рядом, видимо, порошок.

Тщательно почистив зубы, я долго плескала водой на лицо и тёрла его руками. Может, прохладная вода освежит память? Когда я закрыла кран, в дверь тихо постучали, и мужчина поинтересовался:

— Вы в порядке?

— Да, я скоро, — отозвалась я, сняв с крючка полотенце. Моё оно или нет, уже неважно. Уткнувшись в него лицом, постояла немного. Надо бы сменить ночную сорочку, а то она влажная и противная. Я поморщилась и вернула полотенце на крючок. Хорошо бы ванну принять, но я еле на ногах стою, а просить этого мужика о помощи неловко. Хотя попросить его всё равно придётся. Я проковыляла к двери и, приоткрыв её, увидела, что мужчина подпирает стену напротив.

— А… Адриэн, — неуверенно начала я. — Простите за беспокойство, но… вы не могли бы показать мне, где взять чистую сорочку? Я хотела бы переодеться, но не помню, где лежит моя одежда.

И вообще не помню, где я и кто…

— Да, разумеется, — ответил мужчина и подошёл ближе к двери. Обернувшись куда-то, позвал: — Нэйлия, подойди.

Нэйлия… тоже знакомое имя… Видимо, она подошла, потому что Адриэн продолжил:

— Принести госпоже чистую ночную сорочку, поможешь ей переодеться.

«Госпоже». Это он про меня, что ли? У меня есть прислуга? Странно. Я наморщила лоб, но голова тут же снова раскололась на миллионы осколков. Я со стоном привалилась к стене. Очевидно, Адриэн услышал, потому что тут же открыл дверь, подошёл и крепко прижал меня к себе.

— Вам плохо? — спросил он, и я неопределённо пожала плечами, уткнувшись лицом ему в грудь. Раз он так меня обнимает, и в ванную меня вёл тоже он, значит, мы не чужие друг другу. А тот врач, видимо, его приятель.

— Вы сделали всё, за чем приходили? — уточнил Адриэн.

— Да, — еле слышно пробормотала я. Стоять уже тяжело, но я старалась этого не показывать.

— В таком случае, давайте я отведу вас в спальню. Нэйлия переоденет вас там.

И он, не дожидаясь согласия, осторожно потянул меня за собой, крепко держа за талию. Я покорно поплелась следом, с трудом переставляя свинцовые ноги. Когда мы вошли, второй мужчина встревоженно посмотрел на меня.

— Как вы себя чувствуете, Элианна? — спросил он.

Я замялась, не зная, говорить ли ему про тошноту. Конечно, он вроде как врач, но…

— Не утруждайте себя разговорами, — тихо сказал Адриэн. — Вам сейчас нужно хорошенько отдохнуть.

Он ослабил объятия и осторожно усадил меня на кровать. Кажется, будто я не до ванной комнаты дошла, а пробежала стометровку… Как раз в этот момент пришла Нэйлия: худая, прямая женщина с серьёзным выражением лица. Она держала в руках ночнушку.

Адриэн кивнул ей, и они вместе с доктором вышли из комнаты.

— Поднимите руки, госпожа Элианна, — сказала Нэйлия.

Я выполнила её просьбу. Нэйлия осторожно сняла меня мокрую сорочку, даже не задев волосы, и быстро надела чистую. Потом слегка встряхнула одеяло, и я поспешила нырнуть под него. Когда голова коснулась подушки, я блаженно прикрыла глаза.