"Фантастика 2025-151". Компиляция. Книг 1-33 (СИ) - Петров Максим Николаевич - Страница 448

— Тогда все в порядке, — кивнул водитель, бросая на меня еще один взгляд с примесью нового уважения.

Мы проехали через Нижний Манхэттен, миновали Сохо и въехали в Малую Италию.

Улицы здесь уже, освещение тусклее, а архитектура напоминала европейские города. Вывески на итальянском, запахи чеснока и свежей выпечки из подвальных пекарен, одетые в черное пожилые женщины на складных стульях у дверей в дома. Все это создавало атмосферу маленькой Европы посреди Нью-Йорка.

Такси остановилось у неприметного трехэтажного здания. Никакой броской вывески, только небольшая медная табличка с гравировкой «Винченцо» рядом с массивной деревянной дверью.

— Приехали, — объявил водитель. — С вас шестьдесят центов.

Я расплатился, добавив щедрые чаевые, и вышел из машины. Осмотревшись по сторонам, заметил двух крепких мужчин, стоявших неподалеку у аптеки.

Взгляды пристально направлены на вход в ресторан. Правые руки подозрительно неподвижны в карманах пиджаков. Охрана.

Подойдя к двери, я негромко постучал. Маленькое окошко в двери отъехало в сторону. Меня внимательно изучил чей-то глаз.

— Я к мистеру Мэддену, — произнес я спокойно.

Окошко закрылось, и через секунду дверь отворилась, пропуская меня внутрь. Массивный привратник в безупречно сшитом костюме не сказал ни слова, лишь кивнул в сторону лестницы, ведущей на второй этаж.

Глава 14

Новые сделки

Внутри ресторан оказался удивительно изысканным. Приглушенное освещение, темные деревянные панели, белоснежные скатерти на столах и тяжелые портьеры на окнах.

Тихо играла скрипка, виртуозно исполняя неаполитанские мелодии. Несколько столиков заняты. Я заметил холеных мужчин с дорогими часовыми цепочками и женщин с жемчужными ожерельями.

Все признаки высшего общества, но с определенной спецификой. У каждого стола стояла бутылка вина или более крепкого алкоголя, что в эпоху Сухого закона явно указывало на особый статус заведения.

Поднявшись по лестнице, я оказался в небольшом холле, где меня встретил элегантный метрдотель:

— Мистер Стерлинг? Мистер Мэдден ожидает вас в частном кабинете.

Он провел меня по короткому коридору к двери в конце. Постучав и дождавшись ответа, распахнул ее передо мной, после чего бесшумно удалился.

Просторный кабинет оформлен в темных тонах. Тяжелые бархатные занавеси, массивный дубовый стол, кожаные кресла.

На стенах несколько итальянских пейзажей в позолоченных рамах, возможно, оригиналы старых мастеров. В углу тихо играл граммофон, наполняя помещение звуками джаза.

Оуни Мэдден поднялся мне навстречу из-за стола, сервированного на двоих. Сегодня он выглядел несколько иначе, чем при нашей первой встрече в Cotton Club.

Темно-серый костюм отличного кроя, но без экстравагантности, что свойственна гангстерам в кинофильмах. Дорогой, но неприметный перстень на правой руке. Внешне он напоминал успешного бизнесмена средних лет, если бы не холодная расчетливость во взгляде.

— Мистер Стерлинг, — он протянул руку для рукопожатия. — Рад, что вы приняли мое приглашение.

— Трудно отказаться от возможности поужинать в лучшем итальянском ресторане Нью-Йорка, — ответил я, пожимая его руку.

Мэдден едва заметно улыбнулся:

— Вижу, вы уже навели справки о «Винченцо».

— Всего лишь разговорился с таксистом, — пожал я плечами.

— Садитесь, — Мэдден указал на стул напротив себя. — Надеюсь, вы не возражаете против настоящей итальянской кухни? Шеф-повар приготовит для нас особые блюда.

— С удовольствием доверюсь его выбору.

Мэдден кивнул стоявшему у двери помощнику, и тот удалился, вероятно, передать распоряжения на кухню. Через минуту другой прислужник бесшумно появился с бутылкой красного вина и двумя бокалами.

— Кьянти 1923 года, из личных запасов, — прокомментировал Мэдден. — Привезено из Тосканы на прошлой неделе.

Помощник наполнил бокалы и снова исчез. Мы остались вдвоем.

— За благоприятное деловое сотрудничество, — Мэдден поднял бокал.

— За взаимовыгодные отношения, — ответил я, поднимая свой.

Вино было превосходным, с насыщенным букетом и долгим послевкусием. Настоящий кьянти, не подобие, которое часто разливали в бутылки с соломенной оплеткой в дешевых итальянских ресторанах моего времени.

— Как прошел ваш день, мистер Стерлинг? — непринужденно поинтересовался Мэдден, отпивая из бокала.

— Продуктивно, — я решил быть откровенным, но осторожным. — Привлек нового крупного клиента для фирмы. Удачно предсказал движение рынка.

— Да, я слышал, — кивнул Мэдден, и от этого простого замечания по спине пробежал холодок. У него явно есть информаторы в финансовом районе. — Baldwin Locomotive, верно? Акции упали утром, но восстановились к закрытию торгов. Говорят, вы единственный, кто советовал не продавать.

— Новости распространяются быстро, — заметил я.

— В этом городе всегда так, — он слегка улыбнулся. — Особенно когда речь идет о деньгах. А деньги, мистер Стерлинг, интересуют всех, независимо от профессии.

В этот момент появились официанты с первой сменой блюд, закусками из морепродуктов, оливками, сырами и тонко нарезанной прошутто. Все подано на фарфоре с ручной росписью, с идеальной сервировкой, достойной лучших ресторанов.

Мэдден дождался, пока мы останемся одни, и продолжил:

— Знаете, что меня заинтересовало в вас, мистер Стерлинг? Ваша невероятная проницательность. В Cotton Club вы заметили готовящуюся облаву, когда никто другой не увидел ничего подозрительного. На бирже вы предсказали разворот рынка, когда опытные трейдеры паниковали. Это говорит о редком таланте.

— Или просто внимательности к деталям, — скромно ответил я, накладывая себе закуски.

— Назовите как угодно, — Мэдден отрезал кусочек сыра. — Но такой талант ценен. Особенно в нынешние нестабильные времена.

— Нестабильные? — я сделал вид, что удивлен. — Газеты пишут о беспрецедентном процветании. Экономика растет, фондовый рынок бьет рекорды.

Мэдден негромко рассмеялся:

— Вы достаточно умны, чтобы понимать. То, что пишут газеты, и то, что происходит на самом деле не всегда одно и то же. — Он отпил вина. — В моем бизнесе мы видим другие индикаторы. Спрос на определенные услуги и товары. Потоки наличных денег. Настроения в рабочих кварталах.

Он сделал паузу, изучая мою реакцию:

— Вы заметили, сколько новых спикизи открылось за последний год в рабочих районах Бронкса? Вдвое больше, чем год назад. И знаете, почему? Потому что люди боятся. Они чувствуют, что этот бум не может продолжаться вечно, и стремятся забыться, хотя бы на время.

Я внимательно слушал, удивленный таким анализом от человека, которого обычно считали просто гангстером.

— Интересное наблюдение, — заметил я. — Большинство экономистов не учитывают такие факторы.

— Потому что большинство экономистов никогда не выходят из своих кабинетов, — усмехнулся Мэдден. — Они видят цифры на бумаге, а не живых людей.

Он отодвинул тарелку, подался вперед:

— Но давайте перейдем к делу, мистер Стерлинг. Я не из тех, кто любит ходить вокруг да около. У меня есть деньги. Много денег. И я хочу, чтобы эти деньги работали эффективно.

— Вы могли бы обратиться в любую крупную инвестиционную фирму, — заметил я осторожно. — «Morgan», «Goldman Sachs», даже «Харрисон Партнеры».

— Мы оба знаем, что это невозможно, — Мэдден покачал головой. — Официальные финансовые институты не принимают клиентов вроде меня. Джек Морган может с удовольствием пить мой виски в закрытых клубах, но официально вести со мной дела? — Он сделал отрицательный жест. — Слишком рискованно для их репутации.

В этот момент появились официанты со следующей сменой блюд. Настоящая итальянская паста с морепродуктами и ароматный телячий оссобуко, приготовленный, видимо, тем самым кузеном таксиста.

Когда мы снова остались одни, Мэдден продолжил:

— Мне нужен человек с вашими талантами, мистер Стерлинг. Человек, который видит то, чего не видят другие. Человек, который может работать дискретно.