Зачем нам любовь. Том 1 (СИ) - Дюжева Маргарита - Страница 7

— Спим, — сказала я.

И продрыхли как два сурка до десяти утра.

В общем, мы оказались идеальными партнерами по сну.

Чуть позже выяснилось, что и по еде тоже – предпочтения на завтрак совпали на сто процентов.

Меня вообще одолевало ощущение, что я этого человека знала сто лет. Настолько просто было, настолько комфортно, что даже странно.

Пусть наш брак был фиктивным, но зарождающаяся дружба вполне могла стать настоящей.

Это радовало.

Меня вообще все радовало в свой первый день в статусе жены. Особенно то, как Матвей, привыкший считать себя царем и богом, и запросто распоряжаться моим личным временем, подкатил с каким-то требованием, но был жестко, хоть и вежливо послан Ремизовым.

— Оставь в покое мою жену, — сказал мой муж, с невозмутимой улыбкой глядя на брата, — она теперь не твоя забота. Если вдруг возникнут какие-то проблемы – обращайся напрямую ко мне.

Матвея чуть не разорвало от негодования, но сказать ничего не мог. Потому что кругом были гости, которым понравилась речь Ремизова, и то, как он защищал свою молодую жену.

Бросив на меня многообещающий взгляд, Мэт был вынужден ретироваться, оставив свои дурацкие требования при себе.

Ближе к вечеру мы опять-таки синхронно поняли, что наотдыхались и отправились домой.

Марат вел машину, а я сидела на пассажирском, привалившись к подголовнику и смотрела в окно и размышляла.

Определенно плюсы у брака были, даже у такого фиктивно-дефективного, как наш. А если не загоняться мыслями, что все это фальшивка, то вообще все было очень даже душевно. Свадьба прошла отлично, гости остались довольны, мы с мужем в принципе тоже. А то, что все это не по-настоящему…что ж, будем считать это репетицией перед чем-то серьезным.

Когда мы подъехали приехали в город, Марат неожиданно свернул в большой супермаркет.

— Надо затариться, а то у меня в холодильнике только лед в морозилке, да два яйца на подставке.

— Считаю своим долгом предупредить – повариха из меня так себе.

— Жаль. Я-то надеялся, что теперь будут щи, борщи, пироги и разносолы, — усмехнулся он.

— Боюсь, тебя ждет большое разочарование. Я, конечно, постараюсь, но с моей стряпни тебя или изжога замучает, или пронесет.

— Ммм, какие интересные перспективы, даже не знаю, что выбрать.

— Бери все, не прогадаешь.

Вот так, шутя и подкалывая друг друга, мы отправились в магазин. Там долго бродили с тележкой вдоль полок, набирая всего, что нравилось, и в итоге вернулись к машине с семью здоровенными пакетами. Там были овощи, мясо, молочка, куча каких-то круп и печенек. Даже вафельный торт и тот зачем-то купили.

— Кому-то будет очень вкусно, — довольно бухтел Марат, запихивая все это добро в багажник, а я была на подхвате и помогала по мелочам, невольно ловя себя на мысли, что со стороны мы, наверняка, казались обычной молодой семьей, приехавшей за покупками.

Затем мы отправились к Марату, в дом, который на ближайший год должен был стать для меня родным.

Как и предполагалось, жил он в хорошем районе, в новостройке с подземной парковкой. Пока мы поднимались на лифте, я снова немного подзабыла, как дышать, зато Ремизов, нагруженный пакетами, выглядел так, будто его все устраивало. Будто не было никаких проблем в том, что он вел в свой дом женщину, которую не любил.

Тьфу, опять я про эту дурацкую любовь.

— Так, — сказал муж, когда мы остановились возле красивой двери, — так…ключи…у меня в заднем левом кармане. Доставай.

В принципе, можно было просто поставить пакеты, и самому открыть дверь, но почему-то в тот момент никто из нас об этом не подумал.

Он развернулся ко мне спиной, я сунула руку ему в карман.

Ключей там не оказалось… Зато оказалась крепкий мужской зад, за который я от неожиданности ухватилась всей пятерней.

Крепко ухватилась. Со всей дури и замерла. Ремизов тоже замер. Нервно поджалась его бедная задница, не ожидавшая такого коварного нападения.

Где-то на нижнем этаже клацнули створки лифта, кокетливо шелестели пакеты с провизией, а мы так и стояли. Ремизов спиной ко мне, я – вцепившись в его зад.

Наконец, Марат медленно повернул голову и, взглянув на меня через плечо квадратными глазами, произнес:

— Это правый карман.

Ыыыы…

***

Вот это, я понимаю, позор так позор…

— Напомни мне не поворачиваться к тебе спиной, — кашлянул Ремизов, а я снова залилась краской.

— Я…это… как его…стороны путаю… С детства. Лево…право…

Боже, ну что за бред.

Если бы можно было сгореть со стыда, я бы сделала это прямо сейчас и с превеликим удовольствием. Потому что это не просто позор, а позорище!

Схватить ни в чем не повинного мужика за задницу. Причем крепко так схватить, от души. Да еще и не отпускать…

Запоздало сообразив, что я все еще жамкаю мужа за тугую булку, я выдернула руку из его кармана:

— Прости, — и отпрянула.

— Прощаю, но нам все еще нужны ключи, — сказал Марат, подставляя другую половину туловища, — напоминаю! Они слева!

Теперь в мужском голосе звучали плохо скрываемые нотки веселья.

Ему смешно! А я была готова провалиться сквозь землю. Стыдоба.

— Может, сам?

— У меня пакеты.

— Я…

— Давай уже, Есь. Я не кусаюсь…по крайней мере не с двух сторон.

Гад какой! Еще и глумится.

Я зажмурилась, двумя пальцами нырнула в карман и вытащила вожделенные ключи.

— Можешь же, когда захочешь, — прокомментировал муж, — теперь отпирай.

Пришлось повозиться с незнакомым замком, потом раздался щелчок, я опустила ручку и открыла дверь.

— Что встала, как неродная? Заходи! — шелестя пакетами, он напирал сзади, отрезая пути к отступлению, и мне не оставалось ничего иного, кроме как переступить порог.

— Можешь, пока осмотреться, а я на кухню.

— Я с тобой, — тут же всполошилась я, ощутив неожиданную робость.

Одно дело представлять, как придешь в дом к своему фиктивному мужу, и совсем другое – оказаться там на самом деле. Мне же теперь жить тут придется. Целый год! На правах пускай и фальшивой, но все-таки хозяйки.

Аж мороз по коже.

И в то же время волнительно. Кошачье любопытство коварно выпустило когти, и что-то остренькое в груди: тюк-тюк, тюк-тюк.

Торопиться было некуда, поэтому я отправилась за мужем на кухню, и пока мы разбирали пакеты, утрамбовывая их содержимое в ящики и холодильник, украдкой смотрела по сторонам.

Интерьер – аскетичный. Преимущественно в серых тонах, видно, что дорогой, но в то же время настолько сдержанный и лаконичный, что не на чем глазу задержаться. Сразу видно, мужик живет. Ни тебе оборок на шторах, ни полотенец красивых. Даже кружки и те ровной безликой вереницей стояли на полке.

Типичная мужская берлога.

И мне это нравилось, потому что подспудно я опасалась прийти в дом, в котором на каждом шагу будут следи пребывания другой женщины.

— Может, проведешь экскурсию, — спросила я, когда мы завершили с продуктами.

— Без проблем.

Он показал санузел размером со среднестатистическую комнату – тут стояла и душевая кабина, и большущая ванная с гидромассажем, и зеркало во всю стену, и технический шкаф, в котором притаились стиральная и сушильная машины. Потом мы прошли в такую же большую и пустоватую гостиную. Здесь не было ничего кроме огромного полукруглого дивана и телевизора во всю стену. Далее рабочий кабинет, заставленный книжными шкафами по периметру и с широким столом, на котором царил творческий беспорядок. Затем пришла очередь спальни. Тут тоже все ожидаемо – шкаф вдоль стены от пола до потолка, с зеркалами и подсветкой, и такая огромная кровать, что та, которая была в номере для молодоженов, казалась убогой кушеткой.

Больше комнат не было.

А это означало только одно. Либо мы снова будем спать вместе, либо кому-то придется переезжать в гостиную.

***

Марат по этому поводу явно не загонялся:

— Ну как тебе, хоромы?

Я тоже решила не заострять на этом внимания. Как будет, так и будет. Нам уже довелось ночевать вместе – ничего страшного в этом нет. Тем более на таком лежбище соседа и не почувствуешь – болтается где-то на другом конце матраса и ладно.