Между решениями (ЛП) - Джинджелл Вэнди - Страница 26

Я всё ещё размышляла об этом, когда увидела самого Атиласа, стоявшего прямо перед нами и через дорогу.

— Там, — сказала я, указывая.

Он неторопливо шёл по дощатому настилу под деревьями, и по мере того, как он шёл, в его левой руке мелькал призрачный меч, а другой просто исчезал из правой. Эзри почти вприпрыжку бежала рядом с ним, её ботинки были развязаны, и она постоянно рисковала споткнуться; одной рукой она размахивала крикетной битой с довольным видом, который свидетельствовал о том, что она от души наслаждалась насилием, предшествовавшим её сообщению.

Я увидела синюю полосу, тянувшуюся от уха Атиласа к воротнику и оставлявшую за собой дорожку белой слизи, спускавшуюся до пояса и мерцавшую на его пиджаке в клеточку.

— Вот блин, — сказала я, впечатлённая, когда они перешли улицу, чтобы встретиться с нами. — Похоже, сирене удалось неплохо повеселиться!

Эбигейл резко сказала:

— Эзри! Докладывай!

— Не обижайся, босс, — сказала она, приподняв брови. Я не была уверена, забавлялась ли она или, может быть, просто напоминала Эбигейл, что ей не следует слишком беспокоиться о своих подчинённых — что-то вроде того, что могло бы произойти, если бы вы поменяли местами меня и Зеро. — Повстречали сирену, вот и всё. Оказывается, они довольно убедительны, если у вас открыто приложение для камеры, даже если вы ничего не слышите. Разве вы не получили сообщение?

— Нам не грозила слишком большая опасность, — спокойно сказал Атилас. — Девочка довольно умело обращается со своей крикетной битой.

— Послушай, дедушка, я не ребёнок, и я…

— Я бы действительно не советовал заканчивать это предложение, дитя, — вкрадчиво произнёс Атилас.

Эзри остановилась, сглотнула, затем ткнула в его сторону большим пальцем и сказала:

— Это он всё испортил; я была слишком занята, пытаясь не вынуть беруши, чтобы что-то предпринять, пока не уронила телефон и приложение не вылетело.

— В смысле, они более убедительны с помощью приложения «камера»? — спросила я. Я могла бы позже расспросить Атиласа об Эзри. Не то чтобы я ревновала — а может, и ревновала, кто знает? Всё, что я знала, это то, что, увидев их вместе, я внезапно поняла, как это, должно быть, выглядело со стороны, когда видели меня и Атиласа.

Дело не в том, что я думаю о нём как об отце или типа того: нужно было бы многое упустить из виду, чтобы думать о нём как об отце. Но он был моим странным дядей, и я не привыкла думать, что он может быть чьим-то ещё странным дядей — что, вероятно, было немного лицемерно с моей стороны, потому что я пыталась заставить психов осознать, что я не особенный человек. Что любой человек достоин любви и защиты.

Было просто немного неприятно осознавать, что они на самом деле способны так смотреть, и осознавать, что, возможно, придёт время, когда я не буду для них такой важной — особенной? Уникальной? — потому что найдутся другие люди, которые восполнят этот пробел. Не только для Атиласа, но и Зеро — и Джин Ёна.

— Ах, это интересно, — промурлыкал голос у меня над ухом, и я уловила запах одеколона Джин Ёна.

— Отвали, — раздражённо сказала я, ссутулив плечи и медленно отодвигаясь от него.

— Я не прикасаюсь к тебе.

— Ты стоишь слишком близко!

Брови Джин Ёна поползли вверх, и я заметила, как в его глазах промелькнуло веселье.

— Что случилось? — спросил он. — Ты снова стала колючей.

— Давай подождём, пока ваш большой парень и остальные вернутся, — сказала мне Эзри, шагая вперёд, хлопая шнурками на ботинках. — Знаешь, я не хочу повторять это по пятьдесят раз.

Было очень трудно удержаться, чтобы не показать язык ей вслед. Вообще-то, я уже слишком стара, чтобы так делать, и в последнее время стараюсь вести себя поприличнее со всеми, кроме Джин Ёна, но в тот момент это далось мне с трудом. Думаю, Эзри тоже это знала. Не думаю, что она могла бы вести себя более развязно, будь она Джин Ёном.

К счастью для моего терпения, Зеро и Паломена уже были с остальной группой, когда мы вернулись. Саму группу было не так-то просто разглядеть, и я поняла, что кто-то проделал хитрую работу с Между, чтобы на волосок отделить их всех от мира людей. Наверное, это была хорошая идея: не говоря уже о сиренах, это была не лучшая идея — позволить всему миру хорошенько разглядеть нас всех вместе. Всё ещё было слишком много людей, которым не следовало знать, что мы в сговоре с людьми.

Блин, о чём это я? Я тоже была человеком.

Эзри всё ещё была весёлой и непринуждённой, когда присоединилась к группе в парке. Она широко улыбнулась и спросила:

— Вам было так же весело, как и нам?

— Она называет это забавой, — сказал один из парней из команды Эбигейл.

— Просто расскажи нам об этом, вместо того чтобы хвастаться, как тебе было весело, — сказал другой. — Ты встретила сирену?

— Мой господин, — непринуждённо произнес Атилас, прервав их, чтобы доложить непосредственно Зеро. — С сиреной гораздо больше проблем, чем я предполагал. Возможно, нам придётся найти другой способ охоты, а людям, безусловно, понадобится больше защиты, если мы хотим продолжать работать вместе.

— Да, но я не умерла, — сказала Эзри. — И что ты имеешь в виду, говоря о продолжении совместной работы?

Атилас разговаривал с Зеро — подчёркнуто, но я заметила, что он позаботился о том, чтобы мы все слышали. Ещё мягче он добавил:

— Я бы предложил использовать магию, основанную на личном опыте, а не на безличном оружии, которое они используют в настоящее время.

— До сих пор наш арсенал помогал нам выжить, — сказала Эбигейл, и в её глазах тут же появилось недоверие. — С чего бы я стала позволять тебе накладывать на нас какие-то индивидуальные чары?

— Вы можете поступать, как вам заблагорассудится, — коротко ответил Зеро. — Предложение действительно, если вы решите им воспользоваться. Если нет, продолжайте в том же духе.

— Я собираюсь это сделать, — заявила Эзри, выпятив подбородок. — Я не понимаю, чем это отличается от того, что у нас есть волшебные броши и другие вещи, которые изначально нам не принадлежали. Может быть, они не будут такими глючными, если будут созданы для нас.

— Магия фейри… — начала Эбигейл.

— Это всё магия фейри, — пробормотал Атилас, — не так ли?

К моему удивлению, Эбигейл залилась глубоким, кирпично-красным румянцем. Однако, похоже, это не удивило Атиласа: он ещё немного посмотрел на неё — наслаждаясь её смущением? — Затем отвёл взгляд, слабо улыбнувшись. Зеро бросил на него быстрый взгляд, но не стал задерживаться на нём надолго.

— Ты нашёл гнездо? — спросил он.

— Поблизости не было видно никакого гнезда, мой господин. Однако сирена, которая подошла к нам, казалась вполне спокойной, поэтому я предположил, что её гнездо или её друзья находятся где-то поблизости.

— Друзья? — резко спросил Туату. — Что значит «друзья»? Ты сказал, что мы имеем дело с одним из них!

— Ты сказал, что мы должны найти гнездо, — сказала я Зеро, пока мои мысли были заняты другим. — Ты думаешь, именно поэтому сирена была настолько сильной, что обеспокоила Атиласа: она была связана со своим гнездом?

Был ли оттенок одобрения во взгляде Зеро, когда он посмотрел на меня?

— Я подозреваю, что да. Атилас?

— С ней было что-то связано, — согласился Атилас. — Не самонаводящаяся нить как таковая, но чувствовалось, что есть связь, благодаря которой она набирает силу. Я бы хотел проверить эту идею, но наша юная подруга-человек оказалась весьма… полезна со своей битой.

— Ты обвиняешь меня в том, что я ничего не могу сделать? — спросила Эзри.

— Я бы и не мечтал об этом, — сказал Атилас.

— Эта малышка тоже колючая, — прошептал Джин Ён мне на ухо. — Я думаю, ты потеряла сестру.

— Думаю, тебе стоит заткнуться, — пробормотала я, тыча левым локтем в спину. Раздался тихий вздох и лёгкое покашливание, когда локоть задел его диафрагму, но мне не нужно было оборачиваться, чтобы понять, что он снова ухмыляется.

— Ну извини меня за то, что я сохранила твою пыльный лоскутный пиджак!