Двойняшки в наследство (СИ) - Худякова Ксения - Страница 14

Через некоторое время слышу звук открывающейся двери и я иду встречать Даню. В глазах немой вопрос. Даня в проем открытой двери смотрит на двойняшек и показывает глазами на кухню.

— Выпустили сегодня. При мне, но он меня не видел. Приехал адвокат и два амбала, видимо, охранники будущего тестя. Адвокат заставил Славика подписать бумагу, где он не может приближаться к вам ближе чем на двести метров. Не знаю, законно это или нет, без суда. Как ты понимаешь, я всё знаю со слов Серёги. Поэтому думаю, что нам больше опасаться нечего. Его невеста и тесть присмотрят теперь внимательнее за Славиком.

Даня притягивает меня к себе.

— Прости, что не смог защитить и вам снова и снова приходится все переживать.

— Ты не виноват, — смело тянусь и целую любимого мужчину. — Гулять?

— Гулять! — чмокает меня в нос и идет к детям. — А кто хочет покататься на катамаранах?

— Я… — одновременно кричат двойняшки.

— Пап, а сто такое катараны? — интересуется Аня. Согласиться то согласились, а на что не знают.

«Катараны»! Даня тихо смеется, но не поправляет.

— Это что-то вроде лодки, кататься будем на воде!

— Катераны... — Кричит Никита. — Я тоже хочу кататься!

— Тогда собираемся! — улыбается Даня.

Малышня, конечно же, кинулась в детскую, открыли шкаф и комоды и встали, решая, что надеть.

— Достаем шорты и футболки! — командую я и беру сменную одежду. Уверена, что обязательно пригодится. Спрей от комаров, защита от солнца и толстовки, на всякий случай. Погода может поменяться мгновенно, хотя конец августа выдался на удивление теплым.

Мы собираемся быстро и уже через сорок минут подъезжаем на парковку возле парка имени Кирова. У причала стоят яркие разноцветные катамараны, похожие на гигантские резиновые пончики с двумя корпусами, соединенными платформой.

— Наверное я погорячился, лучше на лодках. Маловаты пока.

На удивление их даже уговаривать не пришлось.

Двойняшки сразу же бегут вперед, стараясь занять лучшие места. Даня помогает малышам сначала надеть жилеты, забраться внутрь, Я сажусь позади детей. Сам Даня садится спереди, лицом к детям, уверенно беря весла в руки.

Вода спокойно плещется вокруг, отражая солнечные лучи, создавая иллюзию золотого зеркала. Сначала движение кажется неловким:лодка покачивается, дети хохочут, когда мы слегка сбиваемся с курса. Но постепенно ритм устанавливается, и наша лодка плавно скользит по водной глади. Мы наслаждаемся свежим воздухом, теплом солнца. Я постепенно расслабляюсь, но не теряю бдительность. Во время прогулки Даня рассказывает истории о своей молодости, о первых поездках на озерах Подмосковья, о том, как впервые попробовал управлять таким судном. Дети внимательно слушают, задавая вопросы и фантазируя о собственных приключениях. Время пролетает незаметно.

Я делаю кучу фоток, чтобы потом распечатать и поставить в рамочку, в память об этом дне.

— Мама, у меня фуболка моклая!

— И у меня! Это папа нас намочил, — смеется Никитка.

— Брызги от весел, ничего страшного. У меня все в машине. Сейчас переоденем.

— Ну что малышня, предлагаю перекусить и домой! — оборачивается Даня к детям, когда мы уже сидим в машине?

— Да….

25

В течение следующих трех недель я занималась подготовкой в универ, подавала документы и проходила вступительные экзамены, так как ЕГЭ нужные мне дисциплины сданы не были.

Даня на работу уезжал до обеда, а после обеда проводил время с детьми. На заседание суда мой бывший муж не приехал, и его перенесли. Никаких новостей от него не было, и, честно говоря, это немного напрягало. Я помню, что его тесть вроде как какую-то бумажулю заставил его подписать, чтобы не приближался ко мне, но чтоб совсем исчезнуть с радаров?

Даня звонил матери, но та искренне недоумевала, почему Даниил пошел против семьи, ведь она всегда относилась к нему как к своему сыну. Впервые она сказала о том, что Даня ей не родной вслух. Но и мой мужчина ничего не стал спрашивать по той простой причине, что если он со мной, значит, он против нее и Славочки!

Молча обнимаю своего мужчину в поддержке. У него на лице маска, как будто его и не задело такое отношение, но я чувствую, как стучит его сердце.

— Я люблю тебя. Я и дети, — вжимаюсь в него, чтобы почувствовал мое тепло.

— И это лучшее, что случилось в моей жизни.

— Папа! — прерывают наши объятия детский голосок. — Никита опять лазблосал все иглушки!

Я закатываю глаза и иду в зал, Даня за мной.

— Ничего я не лазбласывал. Аня сама сломала башенку! — стоя на диване и смотря на сестру сверху вниз оправдывается сын.

— Ну-ка оба замолчали! — говорю строгим голосом, стараясь сохранить спокойствие. Дети тут же притихли и посмотрели на меня большими глазами. — Давайте разберемся спокойно. Что именно произошло?

Никита спустился с дивана и подошел ближе к Дане? Аня скопировала мою позу «руки в боки», слегка нахмурившись. Вижу, что Даня едва сдерживает смех. Тоже заметил. Расслабляю и опускаю руки и смотрю на детей.

— Мы иглали вместе, — начал Никита неуверенно. — Потом Аня лешила постлоить свою башню, а моя была лучше...

— Ты сказал, сто моя башня плохая! — перебила его Аня, обиженно глядя на брата.

— Нет, я не говолил... Плосто твоя башня была маленькая...

Дети снова начали спорить, но я подняла руку, призывая их к тишине.

— Стоп-стоп-стоп! — вмешался Даня, присаживаясь на корточки перед ними. — Послушайте, ребята, важно уметь договариваться друг с другом. Вы должны всегда защищать друг друга. Девочек нельзя обижать, Никита. Ты же мужик?

— Музык! — кивает сын.

Даня садится на ковер и рассматривает детали конструктора. Похожи на детали «Лего», только большие.

— Так, мы маму отпускаем, а я с вами буду строить башню. Договорились.

— Холосо, только пусть она будет больсая и класивая!

— Договорились, — смеется Даня.

Оставив детей с Даниилом, я отправилась в местный орган управления образованием, чтобы узнать насчет садика. Можно конечно подать заявление на госуслугах, нол мне почему-то кажется, что на месте будет быстрее.

Раз в сентябре у меня начинается учеба, надо успеть получить направление. Тем более Никита и Аня любили посещать данное заведение.

Едва я зашла за угол, как подъехал какой-то внедорожник. Я не успела не то что среагировать, увидеть не успела, как меня под белы рученьки уже сопровождают два амбала в машину.

— Что вы делаете! Помогите!

Но мне лишь заткнули рот огромной рукой в перчатке и настоятельно попросили не кричать!

— Так вот ты какая, Исаева Ульяна…

26

Меня бросило в жар. Откуда они знают мое имя? Кто они?

Машина тронулась, окна были глухими, непрозрачными, салон полумрачный, но просторный. Сердце бешено колотилось в груди, страх смешивался с недоумением.

— Кто вы?

— Бондарева Алина Федоровна, будущая госпожа Исаева!

Так вот ты какая, невеста Славика, чуть не сказала вслух. На меня смотрит красивая и надменная брюнетка, полная противоположность мне. И что она нашла в Славике?

«А ты?» – ехидно шепчет внутренний голос.

А это ее «госпожа»! Плетка и латексный костюм на ней хорошо смотрелись бы.

Боже, и о чем я думаю? От страха, не иначе, всякая ерунда в голову лезет.

— Что же ты молчишь, Уля?

— Думаю, зачем я вам понадобилась?

— Скоро узнаешь? – сладко улыбается она, и от ее улыбки у меня проходит дрожь по телу.

Мы долго мчались куда-то вдаль, словно убегали сами от себя. Время тянулось бесконечно медленно, мысли путались в голове, сердце стучало громко и тревожно. Наконец машина остановилась возле какого-то заброшенного здания, окна которого давно лишились стекол, двери заколочены фанерой.

Алина вышла первой, остальные последовали за ней. Меня вытащили из машины грубо, почти бесцеремонно, и повели внутрь мрачного помещения. Внутри темно, пыльно, воздух пропитан запахом сырости и запустения.